Возвращение

Через полчаса крепость наводнили осаждавшие, короткие схватки вспыхивали вокруг донжона, из которого изредка еще продолжали лететь стрелы. Кир приблизился к башне верхом. В одной руке он держал меч, в другой – поводья и окованный железными полосами круглый щит, из которого торчали три коротких металлических болта. Он приказал обложить донжон соломой с крыш ближайших домов и поджечь. Вскоре вокруг башни запылало чадящее кольцо – чтобы горело лучше, солому облили пальмовым маслом, в изобилии найденным в захваченном городе.
Отъехав подальше, Кир наблюдал за тем, как огонь все выше поднимается к бойницам, а дым окутывает донжон непроглядным туманом. Уцелевшие защитники Лимарана должны были задохнуться или сгореть заживо. Вдруг Кир увидел, как в одну из бойниц с трудом протиснулся воин и, взмахнув руками, полетел вниз – то ли потерял сознание, то ли решил не дожидаться ужасной смерти. Высокий огонь мгновенно поглотил его. На площадке башни показались стражники. Они размахивали руками и что-то кричали, но слов нельзя было разобрать за треском соломы. Внезапно дверь внизу распахнулась, и из нее выскочили пять человек. Двоих тотчас же охватило пламя, и они, пробежав не более трех шагов, упали, пронзительно крича и катаясь по песку.
– Добить? – спросил Кира один из всадников, поудобнее перехватывая пику.
– Нет.
Двое спасшихся от огня стражников подбежали к Киру и повалились на колени. Обоих трясло от страха, в глазах мелькало безумие.
– Великодушный господин! – закричал один, обливаясь слезами. У него стучали зубы, и слова едва можно было разобрать. – Я сдаюсь! – Он трясущейся рукой указывал на свою грудь. – Я сдаюсь! Я! Смотри! Умоляю, смотри: я сдаюсь!
Кир перевел взгляд на второго, лежавшего возле копыт его коня почти без сознания, только беззвучно шевелились губы.
– Господин! – Его товарищ подполз ближе, протягивая руки, порываясь схватить стремя.
– Что тебе нужно? – раздраженно бросил Кир.
– Пощади!
– Нет! – Меч поднялся и опустился, горячая красная полоса легла поперек лица Кира.
Он вытер кровь и огляделся.
– Убейте всех, кого найдете. От башни не отходить, пока последний из стражников не сдохнет.
– А что делать с этим? – Один из всадников указал на лежавшего на песке человека.
– Распните его над дверью башни, которую он так доблестно защищал, – ответил Кир, пришпоривая коня.
* * *
Из Лимарана тянулся длинный караван. Его охраняли угрюмые воины, чьи лица покрывала копоть, а одежду – песок. Они направлялись к ближайшему оазису, чтобы помыться, пополнить запасы воды, почистить оружие и поделить золото. Товары потом будут проданы в ближайшем городе, и вырученную за них звонкую монету тоже разделят между всеми.
Кир ехал впереди, в руках он держал флягу с водой и время от времени делал из нее маленький глоток. Солнце стояло в зените и пекло немилосердно, однако караван шел не останавливаясь, торопясь как можно дальше отойти от дымящихся развалин Лимарана.
 
Часть третья
Пеленар
 
Глава 1
Кир, Маркус и Лила ехали по тракту, ведущему на юг. Они покинули гостеприимный, но суровый Нордмир, и теперь направлялись к конечной цели своего путешествия – Пеленару, где родился Кир. Там он надеялся вновь обрести семью – отца и младшего брата Мирана.
Путь был долгим, и не раз им приходилось останавливаться для охоты на диких тайранов или гаухов, неповоротливых птиц с блестящим черным оперением, но восхитительным, нежным мясом. Ночевали они под открытым небом или, если были лишние деньги, снимали комнаты на постоялых дворах. Маркус упражнялся с шестом и саблей, Лила, обзаведшаяся в Нордмире небольшим луком, считавшимся на севере детским, посылала в деревья короткие стрелы и постепенно достигла в этом определенных успехов. Зачастую именно ей удавалось подстрелить на ужин дичь, хоть она и не любила охоту.
И в День Последнего Тумана друзья сидели вокруг костра, поглощая именно девушкой добытое жаркое. Они запивали его белым вином, оставшимся после посещения крошечного оазиса, где они поменяли лошадей и немного передохнули. Денег практически не было – все золото и серебро ушло на пополнение запасов провизии и новых скакунов (никто, естественно, не соглашался обменивать их без доплаты).
 
– А все-таки хорошо, что мы трое встретились, – говорил Маркус, отрывая от жаркого изрядные куски.
– Что это ты вдруг? – поинтересовалась Лила, отводя взгляд от звездного неба, где она пыталась найти созвездие Лани. – Напился, что ли? Развезло?
Макус помотал головой.
– Ну подумай сама: разве случилось бы с нами все… словом, все то, что случилось, не зайди Кир в тот кабак, где я его встретил?
– Невелика была бы потеря, – фыркнула Лила. – Вдвоем мы с ним, может, еще и раньше управились бы. А так еще пришлось вытаскивать тебя из лап этих Ютлинов.
– Ты несправедлива, – возразил Маркус, поднимая указательный палец. – Во-первых, я превосходный боец и, опережая твои возражения, которые, как я вижу, уже готовы сорваться с твоих прелестных губок, добавлю, что в отличие от некоторых членов нашего отряда я умею управляться с оружием. – Он едва успел уклониться от кости, которую запустила в него Лила. – Это не считается: ты схитрила!
– Хватит препираться, – вмешался Кир, и его голос заставил Маркуса и Лилу насторожиться. – Взгляните-ка туда. – Он указал в темноту.
– Похоже, у нас гости, – протянул Маркус, вынимая из ножен меч. – Сейчас и посмотрим, кто здесь умеет драться, – добавил он, подмигнув Лиле.
Та в ответ только состроила презрительную гримаску и подхатила свои лук и колчан. Забросив последний на спину, она выпрямилась, глядя вдаль, где двигались расплывающиеся во мраке тени.
– Кажется, всадники, – заметил Маркус.
– Не меньше дюжины, – добавил Кир. – Помоги забросать костер.
Вдвоем они засыпали огонь песком, поддевая его носками сапог.
Всадники приближались. Уже можно было расслышать тихое конское ржание.
– Может, окликнуть их? – предложил Маркус. – Спросить, кто они и что хотят?
– Полагаю, это мы и так узнаем, – отозвался Кир. – Приготовьтесь.
Он очень вовремя сказал эти слова, потому что всадники вдруг пришпорили лошадей и понеслись на них. В руках у них блеснули отраженным лунным светом изогнутые тулвары.
– Проклятие! – воскликнул Маркус. – Неужели… опять они?!
– Похоже на то. – Лила немедленно вытянула из колчана стрелу, наложила ее на тетиву и подняла лук, прицеливаясь. – Только боюсь, на этот раз Хорг не появится в последний момент, чтобы нам помочь.
– Справимся сами! – буркнул Маркус.
Лила сняла двоих прежде, чем всадники в желтых бурнусах обрушились на них. Кир ловко увернулся от просвистевшей в футе от его головы сабли, выбросил руку и перерубил лошади заднюю ногу. Животное с громким ржанием кувырнулось головой вперед, впечатывая своего седока в песок и падая сверху. Кир отбил удар другого кочевника, подрезал ему подпругу, заодно выпустив коню кишки, а третьего встретил нырком под тулвар и лезвием под ребра.
Маркус тем временем умудрился полоснуть двоих по ногам, а одному еще и отрубить кисть. Лила же только уворачивалась от круживших вокруг стоянки всадников, пытаясь улучить возможность натянуть тетиву и прицелиться. Сделать это ей никак не удавалось, поскольку кочевники нападали со всех строн.
Кир стащил на землю и прикончил еще одного всадника, когда Маркус удивленно и радостно завопил:
– Они уходят! Смотрите, бегут! – Он указывал в темноту, куда устремились оставшиеся в живых всадники.
Кир проводил их непонимающим взглядом и огляделся. Вокруг было пусто. Все враги исчезли. И вдруг Кира обожгла чудовищная мысль: Лила! Ее тоже нигде не было. Еще минуты две назад он видел ее уворачивающейся от кочевников, а теперь девушка пропала.
Та же мысль пришла в голову и Маркусу.
– Кир, – сказал он растерянно, затем сделал шаг вперед, наклонился и поднял с песка сломанный лук.