Возвращение

– Дангар его знает. Но нужно быть настороже. Шемия – опасный человек.
В трактире было шумно. За несколькими столами шла оживленная игра в кости, и отдельные игроки уже ставили на кон последние рубахи. От стойки время от времени отходил здоровенный парняга, который с отсутствующим видом вытряхивал из уж совсем ничего не соображавших посетителей кошельки и выносил «уплативших» за дверь. Между столами ловко сновали девушки, разносившие еду и выпивку. Впрочем, слово «девушка» подходило им только в качестве комплимента: самой молодой из них было лет тридцать пять. Вот эта самая «девушка», проходя мимо стола, который занимали Кир, Маркус и Лила, бросала на первого многозначительные взгляды.
– По-моему, ты ей нравишься, – толкнул спутника локтем Маркус. – А?
Кир проводил ее взглядом и фыркнул в кружку:
– Если бы она почаще мылась, чувство было бы взаимным.
– Неужели? – презрительно скривилась Лила.
– Да, кстати! – вспомнил Маркус. – Я давно хочу тебя спросить: а как вы в армии с грязью боролись?
Кир удивленно посмотрел на парня.
– С чего это ты спросил?
– Не знаю, – несколько растерянно ответил тот, – просто так.
– А с чего ты взял, что они с ней боролись? – фыркнула Лила. – У них, чай, другие противники были на уме. Кроме вшей.
Усмехнувшись, Кир поболтал пустой кружкой, поставил ее на стол и только тогда ответил:
– Когда я был солдатом, мы просто плавали в озерах, если попадались оазисы, а когда стал предводителем и увел армию на север Делаи, где рек больше… Почти в каждом караване были запасы мыльного порошка, а караванов попадалось много.
– Понятно, – закивал Маркус. Он заскучал и принялся оглядываться в поисках интересного занятия.
– Пойти, что ли, в кости сыграть? – пробормотал он себе под нос.
– Сиди, – одернул его Кир. – Не хватало еще, чтобы ты просадил все деньги, их и так немного.
– Да брось, Кир! – рассмеялся Маркус. – Перед тобой бог азартных игр! Не пройдет и часа, как я обчищу здесь всех до нитки!
– Сядь! – рявкнул Кир, но Маркус уже сидел за соседним столом и знакомился с партнерами.
– Слушай, Маджури, одолжи двадцать солнц. Я отыграю, клянусь, мы же партнеры! – спустя пару часов канючил Маркус. – Ну прошу тебя! Ты же видишь, у меня ничего не осталось!
С досадой и злостью глядя на проигравшегося в пух и прах приятеля, Кир испытывал сильное желание надавать ему по шее. Но вместо этого он встал, растолкал зевак, столпившихся вокруг столика, и встал позади Маркуса.
– Примете меня в игру? – спросил он самого богатого на данный момент игрока. – Ставлю свой меч против всего, что ты выиграл.
Игроки оценивающе посмотрели на клинок, который воин положил рядом с кучкой золотых монет. Кир отпихнул Маркуса и занял его место.
– Играем? – спросил он Маджури.
Толстяк со вздохом кивнул.
– За такой меч стоит побороться.
– Ты соображаешь, что делаешь? – зашипел Маркус. – У нас нет денег, чтобы купить другой, а Шемия не похвалит тебя, если ты явишься на службу без оружия. Между прочим…
– Заткнись! – оборвал его Кир, встряхивая в руках стаканчик.
Кости со стуком покатились по столу.
– Меч, звезда и анх, – будничным тоном произнес Кир. Маджури сгреб кубики, плюнул через левое плечо и предупредил:
– Три кона.
Выпали два меча и звезда. Маджури торжествующе улыбнулся.
– Прощайся со своим мечом, мой друг, – произнес он.
Кир молча метнул кости и поднял одну бровь.
– Ага. Звезда, стрела и кольцо.
Это было не так уж много, но и не мало. Маджури пошептал что-то в стаканчик, и кости вновь застучали по столешнице.
– Две стрелы и капля! – в голос расхохотался Маркус. – Ничего себе наколдовал!
На него зашикали, и парень заткнулся. Предстоял третий, решающий кон.
Первым бросал Кир. Выпали три звезды: крупнее этого ничего быть не могло. Победа Кира была почти предопределена: при лучшем для Маджури раскладе могло выпасть столько же, и тогда каждый остался бы при своем. В трактире повисла напряженная тишина. Толстяк долго встряхивал стаканчик, закатив глаза и беззвучно шевеля губами, потом крякнул и метнул кости на стол.
 
– Есть в мире справедливость!!! – заорал Маркус, сгребая золото в заплечный мешок. Маджури, не веря своим глазам, смотрел на лежавшие перед ним кости: две звезды и меч. Не хватило лишь одного-единственного очка до ничьей.
Кир убрал меч в ножны и усмехнулся:
– Не всегда будет везти только тебе, почтенный Маджури. Бывают светлые дни и для других.
Но проигравший уже расстроился и с мрачным видом отправился прочь из трактира. Впрочем, теперь, хоть на дворе была уже ночь, грабителей он мог не опасаться.
Довольный Маркус готов был от радости прогулять все выигранные Киром деньги и даже уже нацелился на огромный кувшин вина, когда от двери раздался знакомый голос:
– Хватит развлекаться. Пойдете со мной.
Кир и Маркус обернулись. В дверях стоял Шемия.
– Девчонку оставьте в гостинице, – предупредил он безапелляционно.
Лила хотела было что-то возразить, но Кир легонько пихнул ее в бок, и она замолчала, досадливо поджав губы.
– Сначала вы встретитесь с Нинуром, – негромко говорил Шемия, настороженно поглядывая по сторонам. – И я хочу, чтобы вы уяснили одну вещь. Нинур должен умереть в тот же день, что и принцесса. Стрела будет отравлена, и яд найдут в кошеле Нинура.
– А почему ты хочешь его убить? – поинтересовался Маркус. – Вы же вроде заодно.
– Ты и вправду такой тупой? – недоверчиво посмотрел на него наемник. – Этот трусливый ублюдок держит у себя золотой анх, разве Мегар не сказал вам? Ему ни к чему владеть такой ценностью, и потом, он запросто может избавиться от меня. Я опережу его.
– А как же Анх Амиры?
Шемия метнул на Кира колючий взгляд.
– Я заберу его у Нинура, – сказал он, – и продам. Этот кусок золота будет стоить бешеных денег.
Кир ухмыльнулся про себя. Его расчеты оказались верны. Этот служака действительно не думал ни о чем, кроме денег, даже не понимая, какой ценностью собирался завладеть. Кир взглянул на Маркуса и приподнял бровь. Парень понимающе кивнул и улыбнулся уголком рта.
Когда они переступили порог комнаты, в которую привел их Шемия, то увидели в углу на покрытом ковром тюфяке смуглого мужчину в расшитом золотыми и пурпурными нитями халате. Его холеные пальцы украшали крупные перстни со сверкающими камнями, а на ногах были мягкие сафьяновые туфли.
Нинур презрительно оглядел незнакомцев с головы до ног, потом взглянул на Шемию и спросил:
– Ты уверен, что мы можем им доверять?
Наемник кивнул. Нинур жестом велел ему удалиться и, когда Шемия ушел, поднялся с тюфяка и важно приблизился к новым знакомым.
– Я вижу, вы опытные воины, – проговорил он, слегка растягивая слова, словно разговор с таким отребьем давался ему с трудом, – и хочу, чтобы помимо того, о чем говорил вам Шемия, вы выполнили еще одно задание. Для меня.
Кир переглянулся с Маркусом. И этот туда же, пришла одна и та же мысль им в головы.
– Мегар рассказал вам об истинной цели нашего предприятия?
– Да. Он хотел вернуть в мир Эйдагора, – кивнул Кир.
Нинур нервно потеребил рукав своего одеяния, покусал нижнюю губу и продолжил:
– Для того чтобы никто не помешал Эйдагору вернуться, нужно было похитить из одного храма в пустыне золотой анх. Теперь, как я понял, дорога в мир для этого древнего бога закрыта, но реликвия Амиры осталась. Она бесценна, и Шемия наверняка решит украсть ее у меня. Этого нельзя допускать. Анх мой! Только мой, и никто другой не может владеть им! – произнося эти слова, Нинур изменился до неузнаваемости.
Кир и его спутник ошеломленно смотрели на трясущегося советника. В его глазах горел огонек безумия, руки дрожали, а по лбу и толстым щекам градом катился крупный пот, закатывавшийся за ворот тонкой шелковой рубашки. Нинур сошел с ума. Он обладал священной реликвией, думая, что это обычный кусок золота, его снедала алчность, а не религиозный фанатизм и преданность Эйдагору, как думал Кир до встречи с Нинуром.