Предание Темных

Вспоминаю, какую ахинею он нес тем вечером про меркантильных
(..а если бы то же самое сделал обычный хороший парень, без жирного счета в банке и без дорогого костюма, без красивых голубых глаз и без каких-то тайн под покровом ночи.. так ли охотно девушка подчинилась бы обстоятельствам и поехала за ним?..)
женщин, которым только и нужны богатые властные мужчины и их замки.
– Допустим – фыркаю – но ты ведь не стал этого отрицать.
– Он говорил столько всего, но если бы я принялся отрицать каждый абсурд, мы бы и до утра не разобрались. Ему просто надо было выговориться и я ему это позволил – молчание – в разумных пределах.
– И после этого вы пожали друг другу руки, когда я ушла, и он согласился уехать?
Наконец, в голосе Влада вновь появляются раздраженные нотки:
– Да, Дженна. Так и было. Удивительно, что тебя так сильно стала волновать его судьба.
– Меня волнует не его судьба. А судьба всех, кто исчезает ночами из замка, или наоборот незаметно там появляется и связывает меня лозами. В общем всех тех, кто так или иначе связан с ним довольно странными обстоятельствами. Короче говоря – моих собратьев по несчастью.
Влад вздыхает:
– Дженна, я понимаю, этот замок пугает тебя. Но он старый и эти стуки вполне объяснимы..
– Меня пугает не замок, Влад! – взмахиваю руками, поражаясь его непонятливости (или искусной демонстрации оной) – меня пугаешь ты! Локид постоянно твердит про какие-то тайны, но знаешь что я скажу? Не одна раскрытая тайна, какой бы она ни была, не пугает больше той, которую так маниакально скрывают! Потому что явное ты видишь, ты способен это оценить и понять! Или хотя бы принять! А о тайном можно только догадываться. И поверь мне Влад, воображение всегда оказывается богаче, чем реальность. И пока в реальности ты, быть может , просто спер двадцатку у Локида или бросил беременную жену – в моем воображении ты уже предстал психопатом-убийцей, который совершенно невменяем и опасен для всех, кто рядом! И если ты хочешь, чтобы я действительно начала нормально к тебе относится – тебе следует все-таки придерживаться своих «принципов».
Хмурая, непонимающая расщелина появляется меж его бровей:
– О чем ты?
– А, ты уже забыл? Ну в самый первый вечер ты сказал, что очень ценишь правду. Но пока что я заметила, что ценишь ты ее только в форме сокрытия от остальных. Вот уж действительно удобно!
– Хорошо – устало кивает Влад – хочешь правду? Я могу тебе сказать кое-что. Не уверен, что ты останешься довольна, но это точно будет правда..
– Тогда я буду довольна в любом случае.
Скрещиваю руки на груди, и тут же ощущаю, как бешено бьется под ними сердце. Каждый удар – будто отбивание молотка. Вот, сейчас – он действительно ответит хотя бы на один из вопросов.
Прояснится хоть что-то из всей той череды безумия, что все это время была для меня покрыта мраком.
Влад опускает глаза в пол, словно о чем-то раздумывая – потому что взгляд его далеко отвлеченный от реальности – после чего, под той же туманной дымкой, поднимает его на меня.
Теперь в его голубых глазах нет раздражения, или недовольства моим агрессивным неуместным любопытством. Лишь усталость. Безмерная, нечеловеческая усталость и… какое-то томимое облегчение:
– Хорошо. Ты сказала, что слышала скрипы в этом замке.. Но Дженна, это логично, ведь этому замку уже больше пяти веков. Он кажется глухим и неприступным, бесчувственной каменной махиной. Но так было не всегда. Когда-то его стены были полны жизни. А потом.. жизнь погасла, и он совсем окаменел. На очень долгое время. Знаю, порой тебе бывает в нем страшно, но твое появление… за долгое время запустения.. оно пробудило его. Озарило лучом света вековую тьму. И он ни за что не причин тебе вреда. Никогда.
– Почему ТВОЙ замок вдруг пробудило МОЕ появление? – непонимающе хмурюсь – и как вообще замок сам по себе может навредить? Ну не считая пыточной, конечно..
Еще пару мгновений пытаюсь прокрутить повтором в своей голове слова Влада, найти в них какую-то крупицу, что-то, что зацепится и поможет мне.. но в итоге вконец злюсь и возмущенно взмахиваю руками:
 
–Что это вообще за правда? Ответом на какой хоть один из моих вопросов она служит? Ты говорил, что скажешь правду, но что за..
Его взгляд вновь меркнет, а голос становится ниже, будто надтреснутым:
– Я и так уже сказал больше, чем стоило. И это точно была правда. Но знаешь… порой правда, как фисташка: тебе ее дали, но чтобы достать этот орешек, необходимо вытащить его из скорлупы. Если начать жевать его сразу, со скорлупой – можно решить, что это вовсе не орех и тебя обманули. Выкинуть его, так и узнав, что сама фисташка все это время действительно была в твоих руках. Просто внутри скорлупки.
Я смотрю на него иступленным, непонимающим взглядом. Ожидаю, что раз уж он дал мне этот «орех», то уж тогда и сам вытащит его из скорлупы – чтобы я получила хоть одну несчастную фисташку.
Но после небольшой паузы Влад лишь кивает на коридор:
– Идем. Следует возвращаться в комнаты – ночь была тяжелая, но все-таки утро уже очень близко, а там и сделка с Грэдишом. Потребуется ясный рассудок, а для этого нужны хоть пары часов сна.
Я уже собираюсь вновь потребовать объяснений – уж черт с ним с остальными вопросами – пусть объяснит хотя бы ту ерунду, которую сказал. Потому что сейчас она кажется просто бессвязным набором слов,
(..можно решить, что это вовсе не орех и тебя обманули…)
пустой болтовней, призванной отвлечь мое внимание.. но Влад ловко обходит меня и принимается идти такими быстрыми и размашистыми шагами, что едва успеваю вовремя опомниться чтобы поспешить за ним.
Когда он доводит меня до самой комнаты и уже собирается возвращаться обратно к себе, я его окликаю.
Выражение лица, с которым он оборачивается, не иначе обреченное лицо мученика, которого вновь решили потерзать. Не давая мне сказать и слова, он опережает:
– Дженна. Я правда готов.. и больше всего хочу тебе сказать всю правду, которая только у меня есть. Ты – та, которая заслуживает ее больше всех остальных. Но поверь, есть в мире такие истины, которые человек принять просто неспособен без фатальных последствий для себя самого. Возможно, не сейчас, а быть может и никогда. Все, чего я хочу – это просто твоего благополучия.
– Как ловко ты прикрываешь ложь альтруизмом – щурюсь я – впрочем, как всегда.
– Мне жаль, что ты так считаешь – вновь сухой, безучастный тон – но, увы, сейчас я никак не могу этого опровергнуть. И не в силах заставить тебя изменить свое мнение.
Пауза:
– До завтра.
– До сегодня – машинально поправляю я – уже скоро рассвет.
Влад как-то неопределенно кивает, поворачивается и теперь уже гораздо более твердым шагом стремится прочь. Уверена, если окликнуть его сейчас – он даже не обернется.
В комнату я захожу в крайне противоречивых чувствах. Книгу, что все это время прижимала к груди – кладу на ближайшую тумбочку, дабы не забыть завтра отдать сестре. Если она сама за ней придет первей – примирения за счет вещицы не получится.
Сажусь на кровать и устало смотрю на закрытую дверь.
Теперь уже и Влад сам не отрицает, что у него есть какая-та тайна? Причем тайна достаточно серьезная
(..но поверь, есть в мире такие истины, которые человек принять просто неспособен без фатальных последствий для себя самого..)
и видимо, сугубо личная, раз он не хочет рассказывать о ней.
Однако, ведь Локид и говорил про какую-то серьезную тайну, там, на крыше..
И если это оказалось правдой, то с чего ему лгать на счет всего остального?
-2-
Я не понимаю, что мне удалось-таки заснуть, пока не просыпаюсь от какого-то навязчивого стука.
Тук-тук-тук.
С ужасом решаю, что вновь возвратились эти стуки, как понимаю – что это обычный стук в дверь. В мою дверь.
И с каждым стуком они становятся все более настойчивыми.