Предание Темных

– Ладно, черт с ним – отмахивается Лео – а что Влад-то там делал?
– В библиотеке? Понятия не имею.
Остаточное недовольство вновь возвращается тенью на мое лицо, покуда мы поворачиваем и выходим в главный холл:
– Я пришла поработать, пока жду тебя, после появился он и начал мне рассказывать о сантиметрах и километрах..
– Чего? – хмурится друг.
– Ага, ну повспоминали мы математику, я поняла, что никакой работы мне там не светит, и тут приходит Ноэ со своими рассуждениями о французских сказках и их морали в реальной жизни..
Теперь хмурость Лео сменяется какой-то озадаченной насмешливостью:
– Они там что, все коллективно рехнулись?
Теперь даже я не могу подавить смешок:
– Короче, ты меня действительно спас из этой палаты №6. Еще немного, и я бы с лихвой рассказала им обоим и про математику, и про классическую литературу.
– О, я бы на это посмотрел – смеется Лео и я дурачливо толкаю его в плечо.
– Так, значит, ты уже с работой закончил? – уточняю.
– Я да –опускает взгляд на картину – а вот ты, как вижу, только начала?
Отмахиваюсь:
– Да, но.. знаешь, бывает если не идет, то лучше не стараться. Только хуже будет. Да и если честно, мне изначально не сильно хотелось этим заниматься, но.. – изгибаю бровь – твоя рыжая наглая начальница не оставила мне выбора. Ей, кажется, совсем неведомо чувства такта и времени.
Лео хохочет:
– Ну это же Нелла. Она звонит когда захочет и приходит куда захочет.
Мы доходим до наших комнат и Лео галантно открывает мне дверь, пропуская вперед, но, немного подумав, приглашаю его следом. Он шутит:
– Это какое-то неприличное предложение, мадам? Такой поздний час..
– Да ну тебя. Просто ни поработать не получилось, и сна все так же ни в одном глазу. Можно, не знаю, фильм посмотреть, комедию какую..
– Тебе здесь комедии не хватило? Пойди еще раз пообщайся с этими двумя, обхохочешься – заметив, что я нахмурилась, он быстро вскидывает ладони вверх – да и к тому же, с этой сетью как ты вообще что-то посмотришь? Ставлю сотку, все встанет еще на поисковой строке.
– Ну да..
Поникаю. Лео о чем-то думает, после чего довольно щелкает пальцами:
– Есть одна идея! Подожди минуту.
– Ты куда?
Но друг уже выбегает в коридор, захлопнув за собой дверь. Жду еще пару минут, но он так и не появляется. Решаю, что либо подождать надо не «минуту», либо что-то пошло не так.
Умащиваю свернутое полотно обратно поверх чемодана, как замечаю знакомую тубу в том же углу, где я ее оставила (только картин там, конечно же, теперь нет). От восторга едва не хлопаю в ладоши – как порой оказываются необходимы такие простые вещи, которым, имея, мы совсем не придаем значения.
Покуда у меня была эта туба – я вообще не считала ее чем-то нужным.
Но стоило её лишиться и беспокоиться о целостности, хранении и переносе старых полотен без нее – как теперь я точно знаю, что это изделие бесценно.
На вес золота.
С радостью хватаю тубу и вновь убираю все полотна внутрь, теперь уже не беспокоясь о том, что они могут случайно повредиться. К моменту, когда я уже окончательно перестаю ждать Лео и переодеваюсь в ночную пижаму, дверь вдруг резко распахивается и друг, каким-то крабиком, заходит внутрь, едва передвигаясь.
Мгновение – и понимаю, с чем это связано.
В руках он держит какой-то металлический подносик, доверху заставленный всякой ерундой.
– Ночной пир в студию – улыбается, опуская поднос прямо на мою кровать – для него, насколько знаю, сеть не нужна. И вряд ли что-то из этого пойдет рябью, даже если пропадут все палочки.
Я смеюсь и удивленно оглядываю разношерстное разнообразие на подносе:
– Где ты это взял?
– Обшарил шкафчики летней кухни. Сначала думал найти что в основной – но там мышь повесилась. А вот в летней кое-какие остатки еще раздобыл.
– Это ты с летней кухни так – показываю крабика – шел?
Смеюсь:
– Вообще-то мог взять поднос с колесиками, так удобнее.
– С колесиками? Такие тут есть?
– Ну да, Локид мне на нем чай привозил, помнишь, я же рассказывала?
 
– Чтобы прям про «поднос с колесиками» – саркастично отвечает – не помню, чтобы рассказывала. Да и ладно. Знаешь, докатить на колесиках любой дурак сможет, а вот удерживая равновесие, с растопыренными локтями, обозревая сразу на все 180 градусов…
Он останавливается, потому что я уже сгибаюсь от хохота, и бросает на меня псевдо-обиженный взгляд:
– Какие милые благодарности. Что вы, не стоит распаляться, мне было совсем не сложно.
Продолжая смеяться, беру чашку с какой-то странной жидкостью (ни то вино, ни то сок, ни то вообще холодный чай) и поднимаю вверх на манер тоста:
– За самого изобретательного в мире друга!
Он поднимает свою:
– Ну вольно-вольно, хватит оваций. Кстати – в последний момент он отводит свою кружку, и у нас не получается «чокнуться» – а ты знаешь, откуда пошла традиция чокаться?
– Да. Что-то там про спартанцев или викингов. Они чокались так, чтобы жидкость переливалась из всех чашек как-то вместе, и короче таким образом убеждались что напиток не отравлен и все могут пить.
– Ну.. если совсем грубо, то что-то типо того.
– Хочешь чокнуться, как викинги?
Мгновение он думает, после чего вновь поднимает чашку:
– А почему бы нет? Даже если что прольется – дом не мой, и если на то пошло, даже кровать не моя, так что я «за»!
– Ах ты! – смеюсь, но все же с размаху стремлюсь своей чашкой на встречу его.
БАМ!
Я успеваю отскочить, а вот у Лео не получается. Жидкость, как он и подозревал, выливается конечно частично на мою постель и ковер.. но основная часть, по иронии судьбы, оказывается равно распределена между его лицом и футболкой. Видимо, я в свою чашку вложила силы куда больше – и ее содержимое перелилось не в чашку Лео, как задумывала традиция, а сразу ему на одежду.
Я хохочу, не в силах остановиться. Лео изгибает бровь, наблюдая за мной, после чего чуть поддевает пальцами мокрую футболку и отделяет ее вперед от тела. От этого вида начинаю хохотать еще больше.
– Как мило с твоей стороны.
Но тут отпускает один палец и сжимает-разжимает указательный с большим, будто бы что-то пытаясь понять. После чего закатывает глаза и чертыхается:
– Проклятье, это еще и было что-то сладкое. Пальцы липнут – кривится и оттягивает футболку от тела еще подальше – и футболка.. и кожа.. вот же черт!
– Ты наливал и не знал, что наливаешь?
– Да знал.. там было что-то.. ни то сок, ни то чай..
– А если бы это была отрава для мышей, а ты притащил ее нам?
– Отрава для мышей в хрустальном графине? – скептично уточняет– сомневаюсь. Ладно, черт с ним..
Он брезгливо снимает свою футболку и направляется в мою ванну.
– Эй, у тебя своя есть!
– Идти липким еще и по холлу? – успеваю услышать прежде, чем дверь закроется, отделяя ванную от главной комнаты – еще чего! Это ты меня облила – твоя ванна мой моральный ущерб!
Пока он ополаскивается, я встаю и сдергиваю с кровати эту темную простыню, которая подверглась варварскому нападению липкого «чего-то-там». В принципе, это даже радует – она никогда мне не нравилась, а теперь появился весомый повод ее наконец сменить.
Отдам Валентину и уже на сон попрошу себе другую.
Желательно, светлую.
Комкаю и бросаю в угол, после чего расправляю простынь под ней. Она вроде бы не липкая и даже не влажная – значит, попало не так много и не успело пропитаться. Удовлетворенно кинув, теперь поднос переношу уже на прикроватную тумбу.
Не успеваю даже расправиться с липким одеялом до конца, как дверь распахивается.
И в комнату влетает Милли, не поднимая глаз поверх книги и едва не снеся меня с ног.
– Ой.. – бормочет, едва увидев меня, и тут же утыкается обратно в книгу – смотри что я нашла!
Успеваю разглядеть обложку – это та самая старая книженция про карпатскую гадость, которую подарил ей Ноэ. Недовольно хмурюсь: