Девушка по имени Каламити (ЛП)
Холод, который ощущался моим телом, усилился, когда я была полностью окутана Красным лесом. Я резко повернула голову и замедлила ход, заметив, что всадник остановился перед входом в лес.
Я слышала, как стучит мое сердце в ушах, когда я смотрела на него. У меня кровь застыла в жилах, когда он наклонил голову под неестественным углом к шее, его плащ развевался на ветру. Он схватил поводья своей лошади и направился на восток; я предположила, что он планировал обогнуть лес. Это займет несколько дней. Я знала это из-за всех разговоров ворчливых путешественников в Алжире. Я даже не собиралась позволять своим мыслям блуждать в направлении того, почему он не вошел в лес. Я не могла справиться с таким количеством вопросов.
Я обернулась и немедленно сосредоточилась на звуках леса и осмотрела местность. Он тихо гудел, и я расслабилась, пока не почувствовала, как множество темных беспорядочных гудений прокатилось по моему позвоночнику. Мое сердце забилось сильнее, если это вообще было возможно, когда я развернула свою лошадь по кругу. Холодный пот покрыл мою кожу покрывалом страха, когда я увидела пару глаз, уставившихся на меня из кустов. Они были красными, только с крошечной черной полоской посередине.
Остальные начали появляться на деревьях и в кустах вокруг меня. Я верила, что именно здесь я умру. Я почувствовала шум в ушах, в то время как страх обрушился на меня, как ведро ледяной воды.
Слишком долго я продолжала кружиться в ужасающем танце. Волосы у меня на затылке встали дыбом от осознания того, что я не смогу уйти, не имея за спиной никаких существ.
Единственным движением в лесу было случайное медленное моргание их глаз. Со страхом, закрадывающимся в мою грудь, я подумала о том, чтобы вернуться тем же путем, которым пришла. Но там был по крайней мере один всадник-нелюдь, и я сомневалась, что он был единственным.
Существа не предприняли никаких действий, и я с трудом сглотнула, принимая решение, что не могу отступить. Ужас был почти парализован, но с неровным биением моего сердца и ощущением, что что-то набросится на меня сзади, я продолжила спускаться по тропинке.
Глаза задержались на моей коже, но не было слышно шелеста листьев, вообще никаких звуков. В лесу стояла гробовая тишина, если не считать стука моего колотящегося сердца и стука копыт моей лошади о землю. Мы шли по тропе, их взгляды были настолько сосредоточены, что у меня возникло ощущение, что если я побегу, они не смогут удержаться и погонятся за мной.
Мои руки дрожали, и я вцепилась ими в гриву моей лошади, чтобы успокоиться.
Когда начало всходить солнце, свет засиял в темном лесу, и скользкие тонкие руки и ноги сами собой убрались с тропинки. Я увидела костлявую сгорбленную спину, когда одно существо повернулось, чтобы посмотреть на меня, прежде чем уйти.
Ее зубы были маленькими острыми остриями, и я содрогнулась, представив возможность того, что они могут меня укусить. Ее серая кожа была тонкой и испещренной красными струпьями и шрамами. Она была на четвереньках, и ее когти были острыми и длинными, как мои пальцы. Хотя за нечеловечески раскосыми глазами скрывалась глубина знаний. И я знала, что в них было слишком много разума, чтобы это могло быть безмозглое существо-людоед.
Они не издавали ни звука, когда уходили, и я подумала, что это противоречит всякой логике. Но я поняла, что логики в этом лесу не существует. Когда я увидела, как уходит последняя, я выплеснула весь свой страх на одном большом вдохе.
Я похлопала своего коня по шее, главным образом, чтобы успокоить дрожащие руки, а потом поняла, что еще не дала ему имени. Я остановилась на ‘Галантном’, потому что он был самым храбрым конем, которого я когда-либо встречала.
Солнце, сияющее над горизонтом, было прекрасным зрелищем. Я впервые увидела лес при свете. То, чего, как я думала, никогда не случится. Всего несколько часов назад я крепко спала, а теперь была в бегах, спасая свою жизнь. Это было почти невероятно. За исключением того, что это было слишком страшно, чтобы быть чем-то иным, кроме реальности.
Лучи света падали на алые листья, заставляя их казаться покрытыми красной росой. Я наблюдала, как на восходе солнца раскрываются цветы на виноградных лозах, цепляющихся за красные стволы деревьев. Цветы были более темного оттенка, чем виноградные лозы; они были такими темно-красными, что казались почти черными. Красные листья всех оттенков упали вокруг меня. Я протянула руку, чтобы поймать одну, и заметила липкость, оставшуюся, когда я отпустила ее. Я потерла пальцами густую жидкость на ладони и поморщилась, когда поняла, что это кровь.
Я слышала истории о лесе, но думала, что это просто то, чем они были — сказками. Когда после запечатывания магии произошла битва при Тьянке, в этом лесу было так много жертв войны, что земля впитала кровь, как вино. Кровь солдат смешалась с волшебной страной и просочилась в растения, поползла по деревьям и захватила лес.
Земля разверзлась, и на нее упали мертвые солдаты. Говорили, что существа были павшими мертвыми солдатами, но никто не мог быть уверен. После того, что я видела, я не сомневалась, что это были они. Я задавалась вопросом, почему они отпустили меня и был ли кто-нибудь еще когда-либо так близок к ним и выжил ли, чтобы рассказать об этом.
Я вытерла руку о плащ, когда мы обходили большую красную лужу, которая, как я предположила, вероятно, была кровью. По мере того, как мы продвигались дальше в лес, облака начали закрывать солнце, и сильный металлический запах ударил мне в нос. Я услышала звук бегущей воды и остановилась, чтобы спешиться с Галланта, мои ноги провалились в землю, красная жидкость просачивалась на мои ботинки.
Деревья устрашающе скрипели, когда я вела его через кустарник на звук. Поднялся ветерок, и я задрожала, но не от холода, а от того, как странно он касался моей кожи. Я вышла на поляну и тупо уставилась на ручей. Красная жидкость не могла быть ничем иным, как кровью. Я должна была знать…
Я вздохнула.
— Прости, Галантный.
Я потерла его нос.
— Мы должны будем найти тебе немного воды, когда выберемся из леса.
Мой голос звучал здесь хрипло, и я вздрогнула. Мы возвращались к тропинке, когда в моих ушах раздался громкий раскат грома. Я посмотрела на небо, когда по небу полетели красные полосы, и начался дождь.
Даже после того, как я увидела лес, я все еще была поражена, что это был кровавый дождь.
* * *
Густая жидкость просочилась сквозь мой плащ. Капля скатилась по моей щеке, и я еще глубже натянула капюшон на голову. Я почувствовала зуд повсюду, когда кровь засохла на моей коже. Галлант был больше не каштановым, а рыжим. Тошнота подкатила к моему животу при виде такого количества крови.
Мы шли по тропе так долго, что я наблюдала, как солнце ползет по небу. Я тащилась рядом с Галлантом столько, сколько могла выдержать, шлепая по лужам крови, пока не решилась проехать остаток пути.
Дождь все время вызывал мурашки по коже. Я не видела ни одного путешественника, но могла представить почему. Если бы у меня был выбор, я бы тоже обошла вокруг.
Запах металла был единственным, что я чувствовала с тех пор, как начался дождь, и мои легкие молили о глотке свежего воздуха. Когда я решила, что никогда не выберусь отсюда, я увидела просвет между деревьями. Я пустила нас рысью, и мы вырвались из Красного леса.
Кровавый дождь прекратился.
Перед нами простиралась пустая долина, единственное, что украшало ее — зеленые холмы и скалистые участки. Солнце согревало мою кожу, и не было видно ни облачка. Я вздрогнула, когда оглянулась назад и увидела грозные облака над Красным лесом. Красный был цветом, который я никогда не хотела видеть снова.
— Пошлиещ, Галлант. Давай найдем тебе немного воды и уберемся подальше от этого места.
Мы ехали недолго, пока не наткнулись на озеро. Противоположную сторону окружал лес, и я скрылась за деревьями в поисках укрытия. Когда вода в озере стала красной, смывая кровь с моего тела, я подумала об уродливой правде.