Девственница (ЛП)

- Тебе запрещено иметь какие-либо контакты с Кингсли. Пока я не разрешу.
- Он подарил его мне. Он был мой. Не твой.
- Все что твое - мое, - ответил Сорен. - Ты принадлежишь мне. Твое тело принадлежит мне. Твое сердце принадлежит мне. Твое будущее принадлежит мне. Твои решения - мои. Твоя жизнь принадлежит мне. Ты моя.
Элли не думала, что сможет это сделать. Она не думала, что у нее хватит сил встать еще раз. Но каким-то образом она нашла в себе силы и наконец поднялась на ноги.
- Я своя собственная.
- Что ты сказала? - спросил Сорен, прищурившись на нее.
- Я своя собственная, - повторила она, прижимая к груди обломки стека. Она повернулась к нему спиной и пошла прочь.
- Куда ты идешь? - крикнул Сорен.
Элеонор не ответила. Она продолжала идти. Она прошла по коридору и спустилась по лестнице. Нашла свое пальто и сумочку, и направилась к задней двери.
- Элеонор, куда ты собралась? - спросил Сорен укоризненным тоном. Ты никуда не пойдешь, говорил его тон. Мы с тобой оба знаем, что на самом деле ты не уйдешь. - Элеонор, вернись сейчас же.
У двери она остановилась и обернулась. Она посмотрела на Сорена и произнесла последнее слово.
- Бармаглот.
 Глава 30 
 Север штата Нью-Йорк 
Элли посмотрела на Кайри, лицо которой было в слезах.
- А потом я ушла, - продолжила Элли. Три коротких слова, подытоживающие самое тяжелое, что она когда-либо делала в своей жизни. - После стоп-слова, я села в машину, и уехала. Мне не следовало садиться за руль, не тогда. И не со всей той болью, которую я испытывала. Но я села. Я ушла от него.
Кайри молчала. Элли протянула руку и смахнула слезы с лица девушки. Горло Элли сжалось, болезненно сжалось. Но слез не было, ни одной. Она выплакала их все тогда, на полу ванной, когда рассказала Сорену о случившемся. У нее не осталось слез ни для себя, ни для него.
- Почему ты плачешь? - спросила Элли, улыбаясь Кайри. - Это я ушла от него.
- Он сломал твой стек, - ответила Кайри, глядя на три куска сломанной ветки на одеяле.
Элли опустила руку и провела по ним кончиками пальцев.
- Если бы он разорвал мое тело на три куска, мне было бы не так больно, - ответила Элли. С каждым треском ломающегося дерева Элли ощущала, как что-то внутри нее ломается. Когда он разбросал щепки по своей спальне, ей показалось, что он швыряет ее об стену, выбрасывает ее.
- Ты правильно сделала, что ушла от него, - сказала Кайри.
- Знаю. Но от этого легче не становится. Хотя думаешь, что поможет. - Элли сделала глубокий вдох. - Раньше я думала, что хочу выйти замуж за Сорена. Я имею в виду, я действительно хотела выйти за него замуж. Когда мне было шестнадцать, и для меня это единственное, что ты должен был делать с тем, в кого влюблен - жениться и завести детей. Я стала старше, и мои мечты изменились. Но он всегда был в них. И в моих мечтах он всегда был священником. Потому что он священник. Это не его работа. Это то, кем он является. И к тому же он хороший священник. Я не могла позволить ему отказаться от того, кем он был ради себя.
- Он хотел, чтобы ты отказалась от того, кто ты есть, ради него.
- Да, - ответила Элли. - Да, хотел. - Она собрала веточки с пола. - Поэтому я здесь. Здесь он не может добраться до меня. Если бы я осталась, он позвонил бы епископу, сказал бы ему, что оставляет священство, и заставил бы меня выйти за него замуж. Если он не сможет добраться до меня, он не сможет заставить меня выйти за него замуж, и у него нет никаких причин оставлять церковь.
- Ты ушла от него, чтобы он мог вести ту жизнь, которой должен был жить.
- Несмотря на всю ненависть, я все еще люблю его, - ответила Элли.
- Я бы не смогла, - сказала Кайри. - Я бы не смогла уйти от кого-то, в кого была бы так влюблена. Не думаю, что у меня хватило бы на эти силы.
- Я ушла от него не потому, что я сильная, - ответила Элли. - Ушла потому, что у меня не было другого выбора. Я не могла позволить ему выбросить самую важную часть себя ради меня.
 
- Он все равно мог сделать это, - возразила Кайри. - Я имею в виду, оставить церковь. Ты ведь не разговаривала с ним с тех пор, как уехала, верно?
- Верно, - призналась она. Она не слишком задумывалась над этой возможностью, о том, что Сорен оставил иезуитов, оставил священство, пока она пряталась здесь, в монастыре. - Надеюсь, что нет. Если да, то мой уход был напрасным.
- Не напрасным, - ответила Кайри, и Элли бросила на нее взгляд, полный глубочайшего извинения.
- Да, не напрасным. Здесь я встретила тебя. И здесь написала книгу.
- Мы знаем, что Бог все обращает во благо для тех, кто любит Его и кого Он призвал по Своему замыслу, - ответила Кайри. - Мой любимый Библейский стих.
- Думаешь, мне было суждено прийти сюда?
- Если ты здесь, значит велики шансы, что да. Может, тебе было суждено встретить меня, чтобы ты написала книгу, и получила агента, который хочет прочесть ее.
- Может, я здесь потому, что ты не должна становиться монахиней, и это твой единственный способ узнать об этом.
Кайри улыбнулась.
– Может, и так.
- Так, когда мы уходим? - спросила Элли. - Ты и я?
- Когда закончишь книгу. И как только она будет завершена, мы уйдем.
- Это даст мне время подумать, куда мы можем пойти, - ответила Элли. - Безусловно, я знаю того, кто сможет приютить нас на несколько недель, пока будем решать, что делать. Может, я смогу даже вернуться на свою старую работу в книжном магазине. Мой босс обожает меня.
- Я тоже могу работать, - ответила Кайри. - У меня есть степень.
- В чем?
- Библиологии.
- Бакалавр библиологии. Нам будет чем оплачивать счета.
- Ой, замолчи со своей степенью английского.
- Ты сказала мне заткнуться?
- Да, - ответила Кайри, скрестив руки в игривом вызове. - И что ты мне сделаешь?
- Я найду способ заткнуть нас обеих, - ответила Элли и схватила Кайри за запястье. Она притянула девушку к себе и толкнула ее на спину на одеяло. Элли легла на нее сверху и поцеловала со всей страстью. Кайри ерзала под ней, прижимаясь бедрами к бедрам Элли, ласкала ее спину, задыхаясь от желания большего. Элли стянула ее сорочку и отбросила ту в сторону.
Элли села на колени и достала веревку из своей сумки. Не настоящую веревку. Она не смогла найти ее в аббатстве. Но в ее распоряжении были старые простыни, и она разорвала их на полосы и сплела в свою самодельную веревку. Она обвила белую веревку вокруг запястий Кайри и привязала их к резной ножке ближайшей церковной скамьи.
- Б - бондаж, - сказала Элли, завязывая узел. - Д - Доминирование. Если хочешь еще один оргазм, не говори ни единого слова, пока я не разрешу говорить. Кивни, если поняла.
Кайри кивнула. Энергично.
- С - садизм и М - мазохизм, - сказала Элли, щипая Кайри за соски, пока та не отпрянула от боли. - Так закончился твой урок алфавита на сегодня.
Она раздвинула коленями бедра девушки и проникла двумя пальцами в ее влажное лоно.
Кайри выгнула спину и Элли улыбнулась, опьяненная властью, которую она имела над прекрасным маленьким телом этой девушки. Она опустила голову между ее ног и облизнула ее набухший клитор. Кайри тихо хмыкнула от удовольствия, но ничего не сказала. Элли провела языком по всем самым чувствительным местам Кайри, и вскоре хныкание превратилось в стоны, и когда Элли просунула пальцы внутрь Кайри и погладила ее самые мягкие места, стон превратился в один долгий рык экстаза.
Когда ее оргазм утих и ослаб, Кайри лежала на одеяле, делая короткие неглубокие вдохи. Элли провела следующий час, лаская и прикасаясь к каждому дюйму Кайри. Массируя ее тело, помечая его.
 
- Мои ладони, - сказала Элли, лелея ладони и пальцы Кайри, один за одним. - Не так ли? Можешь говорить.
- Твои руки, - ответила Кайри, шевеля пальчиками для Элли.