Эмиссар СИСТЕМЫ 4: Модификатор Реальности II (СИ)

Но Ганц лишь улыбнулся краешком губ. В его глазах горела уверенность и непоколебимость.
— Альтаир, ты спас мне жизнь там, на темном острове. Теперь моя очередь помочь. Доверься мне. Накинь на меня иллюзию, словно я иду с посланниками Мрака. Я уведу на себя столько преследователей, сколько смогу. А вы поднимайтесь наверх.
Его слова прозвучали очень искренне и убедительно. Я смотрел на этого упрямого солнечного и колебался. Да, пожалуй, это может сработать. Разделить преследователей, сбить со следа… Хотя риск все равно огромный.
— Я пойду с ним, — неожиданно вызвался Тео, решительно шагнув вперед.
Мы с Ганцем одновременно перевели на него удивленный взгляд. Тео смутился, но продолжил:
— Там могут быть механисты. Я их хорошо знаю. Знаю их тактику, приемы… Да черт возьми, я же столько лет был одним из них! А химерологов всей душой не выношу. Так что лучше мне идти с Ганцем.
— Нет, я справлюсь сам, не стоит так рисковать, — попытался возразить Ганц, но Тео уже смотрел только на меня. Ждал моего решения.
В его глазах светилась непоколебимая решимость. С тех пор, как он присоединился к нашему отряду, я еще ни разу не видел у него такого взгляда. Тео явно хотел доказать свою верность и готовность сражаться за наше дело.
Я медленно кивнул, принимая его выбор. А затем быстрым плавным движением накинул на Ганца и Тео видоизменение, создав рядом с ними две фигуры в темных плащах с глубокими капюшонами. Иллюзорные посланцы Мрака. Ну что ж, представление начинается.
— Будьте предельно осторожны. И не дайте себя убить, — бросил я им напоследок.
Ганц и Тео, кивнув, решительно вышли из переулка в сопровождении двух темных фигур. Сердце у меня сжалось, провожая их взглядом. Но выбора не было. Нужно довериться им и надеяться на лучшее.
Выждав пару минут, мы тоже осторожно покинули укрытие и двинулись вверх по улицам, к зданию Совета Звездных, со сверкающим шпилем на фоне неба. Поначалу оно казалось совсем близко, но город словно растягивался и ускользал от нас, не давая приблизиться.
Улицы стали заметно безлюднее. На третьем перекрестке я остановился, нахмурившись. Вокруг не было ни души, лишь какая-то давящая, неестественная тишина. Ощущение опасности стало почти осязаемым.
— Такое чувство, что нас загоняют, — напряженным голосом сказала Лина, нервно поправляя мантию. — Словно… заводят в ловушку.
— На тебе нет никакого воздействия, — тихо сказала Тали.
— Нет, не на нас! — меня вдруг осенило. — На сам город! Они изменили городскую структуру, чтобы завести нас сюда!
И в этот же момент, словно в подтверждение моих слов, из переулков и с крыш домов стали появляться фигуры. МножествоДесятки теней, окруживших нас плотным кольцом. Их было не меньше двадцати — различные бойцы в необычных доспехах и мантиях.
Но объединяло их одно — жажда крови в глазах и явное намерение нам помешать. Любой ценой.
Я быстро прикинул наши шансы. Даже со всеми артефактами и боевыми способностями нас было слишком мало против такого количества. Отступать тоже некуда.
Да и можно ли сражаться прямо в городе? Неужели у Звездных нет никаких патрулей?
Мы оказались в западне. Я чертыхнулся про себя и начал лихорадочно просчитывать возможные варианты. Главное — защитить Сатоку и Эдельвейса, без них переговоры точно сорвутся… Ну и Люту, что безвольным овощем плелась на цепи за Сатокой. Без такого подарка Звездные будут более предвзяты.
Лина неожиданно вспыхнула от возмущения:
— Тео! Этот бесполезный Тео! Он же вызвался увести преследователей! А в итоге все они здесь!
Я собирался ответить, но меня опередил низкий хриплый голос одного из преследователей в темной мантии:
— О, поверь, кое-кого он все же увел. Чтобы эти идиоты не путались у меня под ногами. Ха! Как же забавно! Не знаю, какую мощную иллюзию использует кто-то из вас, но, похоже, вы забыли одну простую истину — некроманты всегда чуют друг друга. Не так ли, Эдельвейс?
Кот мгновенно ощетинился и зашипел, выгибая спину. В его глазах вспыхнула неприкрытая ненависть и узнавание.
 
— Епископ Нортен! Какого черта ты здесь делаешь, выродок днища⁈ — прорычал Эдельвейс.
Фигура неспешно сняла капюшон, обнажив лицо — наполовину обезображенное страшными рубцами.
— Как грубо, — ухмыльнулся некромант. — Помнишь это? Дело твоих лап. О, не представляешь, как же я был счастлив, когда Кардинал наконец позволил мне убить тебя. Вы в ветви Тиши совсем отбились от рук!
Эдельвейс дернулся вперед, но Сатока удержала его за загривок.
В следующий миг Нортен резко вскинул руку, и десятки некромантов-убийц, окружавших нас, растаяли в воздухе, лишь для того чтобы мгновенно появиться прямо вокруг нас плотным кольцом!
Все произошло слишком быстро. Стены домов по бокам улицы дрогнули, пошли рябью и исчезли, являя совсем другие очертания. Так вот как они сумели исказить городскую структуру! Какая мощная иллюзия! И попались мы в нее как глупые мальки.
— Хель, щит! — крикнул я, вскидывая обе руки.
Мы встали спина к спине, закрывая собой Сатоку и Люту. Эдельвейс, зарычав, начал стремительно увеличиваться в размерах, обрастая костяной броней и вытягиваясь в жуткого монстра. Его лапы вспыхнули зеленым пламенем.
Лина, бледная как мел, быстро сплела пальцами хитрый узор и исчезла, а Хель тут же выставила пустотный щит. Некроманты ринулись в атаку.
— О, мы обзавелись пустотным магом? Как мило! Неужели Тишь и Покой таки приняли наши методы?
Впереди летели сгустки черной энергии, разбиваясь о щит Хель, многократно усиленный моей коррекцией и закрытый вторым слоем моего щита — барьера, который я создал ретрансляцией.
И все равно один из них прорвался внутрь, срикошетил и врезался мне в плечо, опалив кожу даже сквозь броню. Я зашипел от боли, но тут же ответил копьем, точно таким же, как запустила и Хель.
Несколько некромантов закричали, когда оба копья настигли их, продырявив насквозь. Эдельвейс, взревев, прыгнул вперед, сметая врагов гигантской костяной лапой. Те, кого он зацепил, корчились на земле от разъедающей некротической энергии.
И то, что они тоже некроманты никого не заботило.
Однако, на место павших тут же вставали новые. Их было слишком много! Щит Хель начал мерцать и идти трещинами, а следом за ним и мой.
— Назад! — рявкнул я, хватая за руку Сатоку и таща ее за собой. — Держитесь рядом!
Но отступать было некуда. Соседние здания и даже почву под ногами плотно оплетала чужеродная иллюзия. Где реальность, а где морок — уже не разобрать.
И что самое поганое, я не мог найти этот момент в справке. Просто не видел нужного параметра, на который мог бы воздействовать.
— Что за Нортен? — рявкнул я Эдельвейсу.
— Он из Отчаяния, — прогудел кот, вгрызаясь в очередного некроубийцу. — Больной ублюдок.
Я же поймал клинок другого на свой кацбальгер и, снизив коррекцией его вес, перекинул через плечо, вгоняя острие в шею.
— Альтаир, нам надо отступить!
— У них мощный иллюзионист, — буркнул я, но обернувшись, понял, почему закричала Сатока, и почему Нортена назвали Больным ублюдком.
Безумная рожа была искажена чем-то вроде радостной эйфории. Он вскинул руки вверх, а между ладонями завязывались толстые черно-фиолетовые линии, собираясь в громадную сферу.
— Почему маг шестисотого уровня может вытворять такое? — полушепотом спросил я.
— Потому что он пустотник , - ответила мне Тали.
* * *
Ганц и Тео неслись по безлюдным улицам, их шаги гулким эхом отдавались от стен домов. Город словно вымер, погрузившись в зловещую тишину. Лишь далекие отблески магических вспышек, озарявшие небо, напоминали о том, что где-то там еще кипит жизнь.
Внезапно Ганц резко затормозил и вскинул руку, призывая Тео остановиться. Пиромант чуть не врезался в широкую спину товарища, но вовремя затормозил, недоуменно нахмурившись.
— Что такое? — спросил он, пытаясь выровнять дыхание.