Солнечная ртуть (СИ)
Приходилось довольствоваться холмом, палисадниками и огородами. На опушке леса тоже было, на что посмотреть: сюда долетали певчие птицы, а под ногами мелькали ящерицы. Прекрасные создания, Ада восхищалась ими почти так же, как и змеями.
Ещё от похода в лес останавливало одно воспоминание. В день её, если можно так сказать, прибытия — когда страшный грохот огласил окрестности, и народ собрался вокруг пепелища, — она заметила след, идущий в глубь леса. Люди стояли под гипнозом и не обратили на внимания, а вот Ада увидела сразу. Возникло стойкое убеждение, что «это» — нечто совсем иное, даже более странное, чем она сама. Хотя и не таит прямой угрозы — теперь некоторые вещи девушка просто знала.
Так что с дальнейшими путешествиям она медлила. Пока что — рано или поздно желание нового подтолкнёт Аду на какую-нибудь из тропинок. И пусть там поджидает пряничный домик или леший с оленьими рогами, ей будет уже наплевать.
А в рёбрах зудел лёгкий страх. По-своему здесь, в прошлом, здорово, однако застрять тут навсегда слишком жёстко. К людям Ада никогда не испытывала особо тёплых чувств, но так и остаться для них невидимкой не хотела. Возможно, она бы согласилась проводить в таком состоянии треть своей жизни, может даже четверть. Но не всегда!
Это жутко, это даже страшнее, чем заблудиться в грёбаном лесу. А что, если там, в чаще, прячутся ответы?
Кто бы ни наблюдал за ней, девушка надеялась, что он действительно существует. Он был ей очень нужен, и она продолжала ждать. Спотыкаясь на кочках, скользя по сырой траве, Ада бродила по чужой эпохе и вполголоса ругалась на рельеф. Наверное, нахваталась этого у деда, который клял всё на своём веку, убивая время за готовкой и огородом. Она вот убивала время, представляя себя живой.
***
Ждать пришлось долго. Но однажды, в утреннюю хмарь, Ада снова почувствовала затылком чей-то взгляд. В тот момент она находилась у опушки леса и занималась тем, что считала муравьёв у коряги.
Девушка подняла голову и обнаружила себя под прицелом глаз. Они находились на одном уровне с её глазами, только вот сама Ада сидела, а тот, кто был напротив, стоял в полный рост.
Лет мальчишке было девять или пять — Ада не разбиралась в возрасте детей. Поняв, что его рассекретили, он улыбнулся во все двадцать восемь зубов и помахал рукой. На всякий случай девушка огляделась. Никого, кроме них, поблизости не нашлось: значит, ребёнок видел и приветствовал именно её. Она вскочила на ноги. Мальчишка продолжал улыбаться, но как только девушка приблизилась, дал стрекача.
— А ну стой!
Но тот был уже на полпути к верхушке холма. Всю свою жизнь Ада ненавидела бегать, хотя телосложением отличалась крепким и выносливым. Лишённая нормальной физической оболочки, она сравнительно легко преодолевала большие расстояния на предельной скорости, но всё равно это было утомительно.
— Я кому сказала, стой!
Паршивец засмеялся. Он продолжал убегать так, что аж пятки сверкали. Никак решил поиграть!
Девушка опасалась, что ребёнок удерёт в лес и там она потеряет след, даже если будет преследовать его до самой чащи. Но беготня развернулась исключительно на холме, по чужим огородам. Ада никогда не умела ладить с детьми, да и не пробовала. Никогда прежде она не попадала в такую идиотскую ситуации, которую, по сути, сама же и спровоцировала: ну зачем было гнаться за мальчишкой? Но она очень боялась: вдруг пропадёт? Растворится в воздухе, провалится под землю, попадёт в пасть более крупного призрака — сейчас она допускала любой неприятный исход. А он всё смеялся, и Ада не спускала с него глаз. Впервые появилось подтверждение её туманных надежд: подобные ей существуют. Мальчишка скачет и хохочет, наверное, он недавно оказался здесь. Не знает ещё, каково это — увязнуть во времени, перестать есть и спать, потерять голос и видимость для живых и для мёртвых.
Она остановилась и упёрлась руками в колени: невидимка невидимкой, но усталость дала о себе знать. Мальчик постоял в ожидании, готовый в любой момент снова сорваться, но, видя, что догонялки окончены, подошёл сам.
— Прив-вв-вет.
Все вопросы успели вылететь из головы, пока они носились как сумасшедшие по холму. А ведь их было много, неужто пробелы в памяти? Что ж, когда тебя откидывает на сто лет назад, где ты становишься персонажем для фильмов ужасов, то мозги, вероятно, страдают в первую очередь. Ада мрачно разглядывала мальчишку и не говорила ни слова. Он заикается, бывает. Зато проблем с коммуникабельностью у него, как видно, не было.
— Ух ты, у тебя ж-жёлтые глаз-за!
Как давно она не слышала этой фразы. Когда-то она преследовала Аду в любой новой компании, а теперь некому даже спросить у неё время или попросить передать за проезд. Девушка и раньше не была общительной, а за последние дни совсем одичала. Она молча смотрела вниз. Ребёнку это не понравилось, и хотя прямого вопроса не было, он ждал ответной реплики.
— У ть-тебя глаза ж-жёёлтые! — он подошёл и слегка потянул её за руку. Получился очень детский, доверчивый жест. Затем обежал вокруг незнакомки, и снова остановился. В школах такие дети обычно носятся на переменах со скоростью, от которой пол гудит, а стены дрожат. Энергия так и плескала через край, странно только, что при всё том мальчишка выглядел очень застенчивым.
— Я в курсе, — огрызнулась Ада. Она глядела на него сверху вниз и не знала, что делать. Хотела догнать? Пожалуйста. Дальше-то что?
Карие глазищи смотрели на неё доверчиво и весело. «С кем-то из нас точно что-то не так» — подумала она. Девушка уже готова была пожалеть о том, что мечтала встретить других фантомов. Кто же знал, что единственным, кто подвернётся, окажется надоедливый ребёнок-заика. Но вскоре Ада спохватилась: так не пойдёт. Маяться в ожидании, когда произойдёт хоть что-то, а дождавшись, быть недовольной — в этом вся она. Но сейчас не время претензий. Да и чего она, спрашивается, хотела? Торжественного явления призрачной делегации?
— Ты кто такой?
Этим вопросом Ада подразумевала имя, возраст и краткий пересказ того, почему и как давно мальчик здесь оказался. А также с каких пор он за ней следил. Но ответил он только на первый пункт.
— Я — Тоша. У тебя странный го… го… голос. Это потому что ты куришь?
Мальчишку вообще не смущал угрюмый вид девушки, которая не проявляла особой радости от встречи. Его вопрос её удивил, Ада подняла брови и уставилась на любопытное создание. С таким выражением она сразу стала выглядеть добрее.
— Почему это он странный?
— Он глухой, р-раньше я не слышал таких голосов. Или просто за-забыл. Но мне нравится, как… как… как он звучит. То есть, ты не куришь?
— Ну курю. Раньше во всяком случае, когда была живой. Ну, в смысле… Слушай, у меня с рождения такой голос! — нетерпеливо закончила она.
— А к-как тебя зовут?
— Ада.
— Аааа…. — разочаровался пацан.
— А ты что, ждал кого-то другого? — усмехнулась девушка. Странный ребёнок. Или дети все такие?
Мальчишка заметно приуныл, и Аду почему-то это задело. Даже тут она сумела кого-то разочаровать, да ещё спустя минуту после знакомства. А ведь сначала ей показалось, что мальчик ей обрадовался.
— Да, я ждал, н-ну, то есть не совсем й…йя. Ты не знаешь никого с и… именем Агата? — застенчиво спросил ребёнок. Ресницы у него были длиннющие, а брови — сильно изогнутой дугой, от чего казалось, что у него постоянно удивлённый вид.
Ада покачала головой. Сроду не встречала людей с таким именем, разве что в книгах. В одной уж точно.
***
Дальше дни стали живее. Гнёт фотографии, который преследовал свою жертву довольно долго, немного ослаб. Ада перестала думать о себе как о зомби и фантоме в провинции.
Мальчишка занимал её нескончаемой болтовнёй, постоянно придумывал какие-то игры. Некоторые из них казались странным выбором для активного ребёнка: он мог предложить состязание, кто насчитает больше муравьёв или сможет дольше не шевелиться. И при этом неизменно выигрывал. Он сильно заикался, но к этому она быстро привыкла. Девушка постоянно ворчала, но, в свою очередь, развлекала его рассказами о мире будущего. Правда говоря, Тоша — он не признавал никакой другой формы своего имени, хотя этот вариант напоминал Аде кличку собаки — не сильно отстал от двадцать первого века.