Солнечная ртуть (СИ)

Что ж, по крайней мере с одним чудовищем ему всё же «повезло» встретиться лично.
Избавляться от тела не было смысла. Если выбросить его в окно, то гематомы на шее красноречиво расскажут то, о чём умолчит разбитая голова.
Поговаривали, что в старые времена на полях сражений драконы не только топтали и жги вражеские войска, но ещё и пожирали чужих солдат на скорую руку. Особенным шиком считалось проглотить вождя или главнокомандующего. Эрида передёрнуло. Чтобы ни подумали скельтры, найдя своего товарища мёртвым, пусть хотя бы похоронят со всеми подобающими, придуманными людьми почестями.
Тут он услышал странный шум. Жуткий, омерзительный скрежет, не похожий ни на один звук, который может издавать машина или животное. Его источник приближался. Спустя несколько секунд Эрид закатил глаза: он понял, что именно производило столько грохота. Это был крик дракона — молодого, озорного, который всю округу старается оповестить о своём прибытии, напугав детвору и заставив нервничать заморских гостей. У младших сестёр Агаты тоже есть оборотни, которые не прочь лишний раз покрасоваться при дворе. Вот кто так истошно верещит.
Может быть у них, в силу возраста, ломался голос, или молодняк что-то не то съел. В любом случае, Эрид не припоминал, чтобы его глотка когда-либо исторгала настолько чудовищные звуки, когда он обращался змеем. В любой другой момент он бы нашёл, что эти двое выставляют посмешищем весь их род, но сейчас они были для Эрида подарком судьбы. Он незамедлительно воспользовался им, и покинул замок — через окно.
Дракон Агаты, летящий в полном одиночестве, не мог не привлечь внимания. Слишком спорной фигурой он являлся, и многие его появления при дворе сопровождались скандалом или дебошем. Чего только стоил адмирал с откушенной рукой. Другие визиты Эрида хоть и были поскромнее, но так или иначе кто-то находил его поведение дерзким. За ним уже закрепилась репутация агрессивного и ненадёжного существа. Раньше это забавляло дракона, а теперь он просто устал. Даже образцовое поведение не могло изменить мнение людей. Они ждали подвоха. Увы, но как показал нынешний день, не напрасно.
Так, присоединившись к дуэту надрывно воющих рептилий, он сдержанно поздоровался и стушевался на их фоне, сделал вид, что так оно и задумано: оборотни решили нанести визит своим принцессам. Предельно просто и естественно.
Но не все были такого мнения. Стоило только трём монстрам приземлиться на отдалённом — Сиена запретила пугать гостей — дворе, как на встречу им вышел четвёртый. Нердал не мигая осматривал прибывших. Если его соплеменники были похожи на вольных охотников, то он напоминал вечно ожидающего боя командира: сухие, лаконичные фразы, напоминающие приказы, фанатичная преданность короне, коротко остриженные волосы. Он много времени проводил среди людей и много перенял от них — привязанность к «дому», военную дисциплину, привычку носить человеческий облик, оставаясь чудовищем.
— Можно было и не производить столько шума.
Старший дракон строго относился к молодым оборотням, но это была строгость во благо. Иногда в его нравоучениях проскальзывало нечто отдалённо напоминающее отеческую заботу. Совсем другие отношения у них сложились с Эридом. Стоило только ему показаться на глаза Нердалу, как тот сразу помрачнел. Густые брови сошлись на переносице.
— А ты зачем явился?
— И тебе доброго утра, — голос едва не срывался. Эрид радовался своей врождённой бледности, чувствуя, что кровь отливает от лица.
По одному этом вопросу было понятно, что ему здесь не рады. Но что поделать: с минуты на минуту скельтры обнаружат труп в покоях кагана — надо было по возможности делать вид, что всё нормально.
— Моя торитт взяла с меня обещание, что я прилечу, как и эти двое, на присягу. Я торопился как мог. Не хочешь проводить нас?
— Вы опоздали. Все трое. Присяга закончилась.
Молодой дракон, которого нервировало общество старших товарищей, опасных и упрямых как бараны, поспешил вклиниться в напряжённый диалог.
— Тем лучше, значит остался только пир. Нет ничего скучнее, чем люди, дающие клятвы!
 
Его приятель кивнул. Оба умолчали о том, что понятия не имеют, откуда Эрид вдруг появился рядом с ними.
— Ступайте в Тронный зал.
Так и сделали. Но стоило только Эриду переступить порог, как ему преградили дорогу.
— Без фокусов. Ты стоишь своей торитт: девчонка глупа, а ты безрассуден. Если вы вздумаете вести при гостях неуместные разговоры, перечить королеве или что-нибудь в таком роде…
О, если бы дракон Сиены знал, что дело зашло гораздо дальше безобидной болтовни! Их глаза находились на одном уровне. Нердал будто пытался подловить Эрида при помощи одного только зрения. Но тот лишь улыбнулся в ответ. Волнение вдруг отступило, а совесть сбавила обороты.
— Всё будет в порядке, — мурлыкнул дракон. И отправился на пир.
  
Глава 26 Пространственная параллель
 
— Ваше высочество, вы как маленькое солнышко!
Пожилые фьёлы, приходившиеся дальними-предальними родственниками королеве, с щенячьим восторгом смотрели на Агату. Девочка битый час занимала беседой гостей, как учили её наставники и как показывала на своём примере мать. Улыбалась, называла собеседников по имени, невзначай показывала свою эрудицию в тех вопросах, которые казались им важными. На свою голову принцесса понравилась этим пожилым супругам из свиты фьёлов, и те никак не хотели отпускать её. Сами они были бездетными и милыми. Довольно простодушны, как и весь их народ, но и не полные дурачки. В другой ситуации Агата была бы рада их вниманию, ведь в замке никто и не думает называть её солнышком. А если кто назовёт, так получится сахарно и мерзко. Но эти люди искренни, поэтому стоять рядом с ними и переживать о других вещах оказалось мучительно.
От Эрида не было вестей. Принцесса корила себя за то, что послала его на невыполнимое задание. Вдруг его заметят или навредят ему? Конечно, чтобы навредить дракону, надо постараться, но ведь никто не защищён от подлостей.
У неё вспотели ладони. Надо было послушаться и не спешить. И плевать на то, что больше всего на свете ей осточертело быть послушной.
Тут в зале кто-то появился. Сначала Агата не обратила внимания, пока гул толпы не стал слишком навязчивым. Мимо бронзовых, на золотых колёсах ваз с фруктами и цветами, шагали оборотни в черных одежда. Их было трое, при виде одного из них глаза принцессы заволокла ярость: Эрид не должен находиться здесь!
Его спутники доброжелательно осматривали убранство залы, на ходу хватая яблоки с подносов и скалясь иноземным гостям. Один из них не удержался и щелчком пальцев зажёг факел, скучающий на стене. Младшие принцессы радостно кинулись им на встречу.
Всё выглядело гротескно. Чёрный и серый мрамор мерцал там, где горели свечи, сиял под электрическими светильниками. Ночное освещение замка было почти таким же замысловатым как дневное, когда солнце преломлялось в тысяче углов. Гладкий бездушный металл на стенах и колоннах отвечал предпочтениям скельтров. Ленты, повисшие ламбрекенами на понаставленных всюду подсвечниках и вазах, были реверансом в сторону фьёлов. Такие украшения во дворце не любили, они не выдерживали натиска камня. Зато железные атлеты и нимфы казались вполне подходящими. Они важно кивали гостям и делали приглашающие жесты. Автоматоны, с которых сдули пыль и натёрли маслом в кои-то веки. Они стояли строго на местах, а вот гигантские этажерки и конфетницы не спеша кружили по залу на бронзовых колёсах. Люди ходили здесь как в очарованном сне. Кто-то поистине наслаждался вечером, а кто-то плёл интриги. Все шевелились, гудели, и отражались в чёрном глянцевом полу. Всё погрязло в гротеске. Музыка тоже.
 
Только Эрид не замечал этого. Он брёл вперёд с таким лицом, будто думает о чём-то совершенно постороннем. Наверняка о том, как избежать докучливых приказов принцессы.
Дракон её не послушался. Ведь они договаривались встретиться в библиотеке, как только Агата сможет выбраться. А вместо этого он заявился на прием вместе с другими оборотнями! С каких пор он вообще стал с ними водиться? Эрид более-менее нормально общался только с Варггой, которая сегодня отсутствовала.