Солнечная ртуть (СИ)

— Аврора, Пьер. Счастлива видеть вас в здравии, — повернулась мама к богато одетой парочке за спинкой трона.
Родственнички кинули. Оба примерно ровесники Агаты, плюс-минус пять лет. Женщина не очень походила на королеву: она была красивой, но не той притягательной красотой, которая досталась матери Ады. Мужчина выглядел эдаким молодцеватым франтом, говоря простым языком — мажором.
— Мы рады приветствовать тебя. Как видишь, твои брат и одна из сестёр здесь, помогают мне в делах. Твой отец… ушёл от нас. Если бы твой оборотень соизволил привести вас несколькими годами ранее, вы бы встретились. Теперь всё, что вы можете сделать — посетить фамильный склеп.
Агата не ответила. Аде никто не говорил, что её царственный дедушка умер, но она его никогда не видела и ничего о нём не знала. Но мама заметно помрачнела. Наверное, этот человек был ей дорог.
Сиена продолжала говорить, как ни в чём не бывало. Только девушка заметила, что при воспоминании об усопшем супруге, голос королевы стал глухим и безжизненным.
— А приведи Старший дракон вас хотя бы на день раньше, то встреча прошла бы в менее официальной обстановке. Мы ведем переговоры с послами мёрдов. Что, ты не знаешь? Этот маленький народ откололся от фьёльской державы после войны. Теперь они хотят проложить новые торговые пути, на которых не будут пересекаться с фьёлами. Хотя, в данный момент это не самая нужная тебе информация. Эрид молодец, но следовало быть расторопней.
Агата склонила голову набок. Её русые волосы уже начали сиять, как не никогда прежде. Должно быть, родные земли возвращали ей тот облик, который должна носить Астор. Принцесса негромко, так, чтобы никто лишний не услышали, сказала: «Он уже давно не мой оборотень, матушка».
Сиена кивнула головой, помолчала. И ответила так же тихо.
— Верно, не твой, у него больше нет торитт. Теперь Эрид стал ещё более уникальным, чем был до известных нам событий. Настоящий феномен. И не только он.
Она многозначительно посмотрела на дочь, а после — на Аду.
— Как тебя зовут, девочка? Сколько тебе лет?
Ада находилась в том возрасте, когда подобное обращение ещё было в порядке вещей. Но из уст королевы фраза прозвучала пренебрежительно. Глаза Сиены тёплого, более тёмного оттенка, чем у матери и дракона, но взгляд их резал как острая сталь. Агата всё-таки могла похвастаться своеобразным добродушием, но королева — ни в коем случае. Не считая этого, женщины невероятно похожи.
— Я Ада. Мне двадцать два.
Голос прозвучал достаточно твёрдо и чётко, что немного ободрило девушку. Миндалевидные глаза критически осматривали её наряд.
— Это славное имя. Его носила моя прабабка, она была мудрой правительницей. Ты, однако, не похожа внешне ни на неё, ни на кого-либо ещё в нашем роду. Не считая жёлтой радужки, конечно.
Сиена почему-то бросила мимолётный, и какой-то особенный взгляд на дракона. Аду передёрнуло. В Тронном зале, полном роскошных нарядов, они с Эридом казались братом и сестрой: черноволосые, высокие, бледные как поганки. Да и толстовка смотрелась рядом с кожаной курткой не так дико, как в окружении платьев и камзолов.
— Это липохром, — брякнула новоиспечённая Астор. Королева покачала головой.
— Нет, дорогая. Это фером, магическая составляющая нашего мира. Вижу, в вашей параллели всему умеют находить объяснение.
— Ваше величество, — Агата проворно вклинилась в разговор. Она держалась так легко и непринуждённо, будто ещё немного, и она попросит принести ей второй трон. — Позвольте узнать, на каких правах вы принимаете мою дочь и какой титул ей положен?
«Э» — пискнула Ада и сразу заткнулась. Девушка вытаращилась на мать как на чумную. Ничего не поняв по её безмятежному лицу, она оглянулась на дракона. Эрид усмехнулся, словно спрашивая «а чего ты от неё ещё хотела?».
Титул. Ей. Троечнице из скучного мира. Ай да каникулы!
— Она Астор, прямой потомок первых королев. Разумеется, она будет носить титул принцессы.
Женщина сделала паузу, изучающе смотря на Аду. Та из последних сил сдерживала нервный смешок.
 
— Разумеется, с некоторыми оговорками, — закончила мысль её величество.
Слово, которым Аду уже неоднократно называли ради шутки или оскорбления, вдруг превратилось в официальный статус. Наверное, следовало что-то ответить, а то вроде как не удобно.
— Эм, спасибо, — сказала Ада своим кедам. Щёки её загорелись.
Сбагрив кубок служанке, Сиена обратилась к ждущей чего-то толпе хорошо поставленным, громким голосом. Даже те, кого не интересовало ничего, кроме подносов с фруктами, прекратили жевать.
— Сегодня радостный день. Как вы заметили, в столицу вернулась моя старшая дочь. Она отсутствовала длительное время, что, к нашему прискорбию, плачевно отразилось на состоянии королевства. Разные причины послужили этому виной, вспоминать мы их не будем. Теперь все хранители ферома вновь собрались под этой крышей, и страна начнёт исцеляться. Вы заметите зелень гор и обильные урожаи наших полей. Ваши дети снова смогут развиться среди множества цветов, а сквозь тучи прорежется золото. И это главное. А теперь сделайте одолжение: веселитесь, отдыхайте. Я хочу видеть радостные лица. Однако, не переусердствуйте — вечером состоится обильный пир.
Люди одобрительно загудели. Далеко не все были счастливы видеть Агату. На сбежавшую принцессу многие смотрели с неприязнью, но королева обозначила свою позицию: она приняла дочь и, хоть упоминания о том, что Агата формально является наследницей трона, явно предпочла избежать, ни о каком изгнании не было и речи. Об Аде не посчитали нужным упомянуть. Девушка почувствовала укол обиды. Её стеснялись или даже стыдились, хоть и приблизили к трону. Полукровка. Это как признанный бастард: ему оказывают почести, но презирают.
Неопытному человеку трудно судить об этом здраво — может, дело обстояло и не так. Будто прочитав её мысли, Сиена повернулась к ней и тихо заметила:
— Прости, от официального представления мы пока воздержимся. Надеюсь увидеть вас на пиру. Да, Эрид, даже тебя. С Агатой мы поговорим вскоре, а ты, девочка, до вечера свободна. Тебя проводят в твои покои и ответят на всё, на что смогут. Заодно покажут замок Шамбри. Будь осторожна, в одиночестве тут можно заблудиться. Ванная и гардероб будут в твоём распоряжении. Дара, покажи… принцессам дорогу.
Юная девушка поклонилась и бросилась исполнять поручение. Сиена уже переключила своё внимание на дюжих вельмож, на которых строгие камзолы смотрелись не лучше, чем седло на корове. К обсуждению подключились Аврора и Пьер, причём последний откровенно скучал. Оба кидали странные взгляды на сестру и племянницу.
Дара повела их куда-то за трон. Оказалось, что за монаршей каменюкой ещё полно места для зеркал, часов и дверей. Через одну из них и прошли, тут же попав в лабиринты дворцовых коридоров.
Эрид шёл рядом. Дракон куда-то собирался, но выразил желание посмотреть, где устроят принцесс. На него и на мать Ада злилась решительно меньше: слишком много впечатлений за несколько часов, и мальчик-призрак уже не стоял над душой немым укором. Нехорошо, наверное, так быстро забывать такое, но что поделать.
— Она сказала покои? Не комната, не апартаменты, а именно покои? — шепнула оборотню Ада. Она всё не могла привыкнуть к новому статусу и новому миру.
— О, это местный жаргон. Когда я услышал из твоих уст слово "хата" — тоже не поверил своим ушам.
— Ты освоишься, — добавила Агата. — Даже если тебя поселят не в замке, а каком-нибудь отдалённом особняке — это будет лучший особняк из возможных.
 
Женщина лучезарно улыбнулась. Возвращение домой сделало её компанию более приятной. Покинув разношёрстную толпу, она перестала выглядеть как безучастная манекенщица на подиуме. Зато общие черты с Железной королевой не пропали — этой семье следовало взять девиз не про кровь, а про гордость. Вспомнив холодный взгляд Сиены, Ада поморщилась. Вряд её величество была рада обнаружить себя бабкой.
Тут она догадалась и обернулась к матери.