Солнечная ртуть (СИ)
— Не умничай и смотри!
Дальше случилось невообразимое. Агата грохнула рукою по столу.
— Не смей повышать голос на моего ребёнка.
И Ада, и Эрид медленно повернулись к ней и застыли. Лица обоих, особенно девушки, выражали шок. Впервые в жизни мама заступилась за неё. Видя, что такая забота произвела эффект разорвавшейся бомбы, женщина решили пояснить.
— Ты отправляешься туда, где все будут знать тебя как Астор, а не девочку, которая в свои двадцать два так и осталась трудным подростком. Придётся привыкать к уважению и требовать этого от других. Ты — внучка королевы. И даже драконья наглость не должна это затмевать.
Глава 81 Врата в утопию
Как и в предыдущие разы, мир пошатнулся как пьяный на бордюре. Стало не по себе, а затем — ничего так, нормально. Когда комната начала таять и показывать иную реальность, Ада кивнула со знанием дела. Ей удавалось не удивляться ещё какое-то время. Но потом на горизонте показались летающие корабли.
С винтами и киями — самые, что б их, настоящие лайнеры. Они шли среди облаков, от коричневого металла отскакивали и ослепляли блики. Солнечные лучи струились водопадом, они были не в пример ярче и нежнее того, к чему привыкла Ада. Оранжевый, розовый — просто пир закатных красок. Но не мимолётный, как в только что покинутой параллели: здесь небесное золото не угасало до самой ночи. У Ады захватило дух.
То, что помимо этого неба есть что-то ещё, девушка заметила не сразу. Они втроём стояли на высоченном мосту, слишком совершенном в техническом плане и слишком изящном для средневековья, которое она себе представляла. Внизу, между раскидистых крон, прятались крыши. Черепица, камень, железо — всего было вдоволь, и всё находилось в гармонии. Постройки объединила одна общая черта — трубы. Не все они исторгали дым, но смога хватало. Он не портил жизнь на вершине моста, но там, внизу, воздух наверняка оставлял желать лучшего. Листья на деревьях казались слишком редкими, а ведь, судя по всему, был самый разгар лета.
— Я скучала.
Ада посмотрела на мать. Та улыбалась, подставила лицо солнцу, но сказанное было адресовано другому. Женщина развернулась на девяносто градусов и любовалась чем-то за спиной дочери. Дракон тоже смотрел туда с выражением однозначной неприязни. Ада крутанулась на пятках и онемела: гранит и мрамор застыли в одном страстном, скреплённом металлом порыве. Соединение романской архитектуры и модерна, немного от диснеевских сказок и чья-то мания гигантизма. Шпили и башни завораживали, флаги развивались, а из-за крепостной стены то и дело вылетали странные машины. Замок венчал собой скалу и был прекрасен.
Ада таращилась всё то время, пока они шли по мосту, её спутники молчали. Голова немного кружилась, чувство нереальности смешивалось с эйфорией. Возле открытых ворот в полосатой будке сидели привратники в серых мундирах. Разглядев как следует троицу гостей, они выпучили глаза и отодвинулись подальше в тень.
— А что? Перед тобою лоб не будут расшибать?
Вновь обретённый дар речи Ада использовала на то, чтобы поиздеваться над матерью. Нервы.
Эрид довольно фыркнул, Агата ничего не ответила, только по-королевски вздёрнула подбородок и зашагала дальше. Серебристое платье так и сверкало. Однако с сиянием золотых глаз это не шло ни в какое сравнение. Увидев маму без линз, Ада даже немного испугалась, но вскоре привыкла. Тем более, что одно существо с такими глазами она уже знала.
Они миновали ворота и первым, что привлекло внимание девушки, стала бронзовая ажурная сфера, размером с добрый комод — парила себе метрах в четырёх над землёй. Подобные штуковины делали в старину китайские мастера: вырезали из слоновой кости и помещали шары-головоломки один в другой, будто матрёшки. Но даже у восточных умельцев они не умели летать.
— Это не просто узоры, — пояснил дракон. — Присмотрись, и ты увидишь руны: это девиз Астор на мёртвом ныне языке. Твой девиз.
— И что он означает?
Ей ответила мать. С каждым шагом по родной земле женщина расцветала.
— Правом крови.
Аде не понравилось.
— Такое себе. Кто это вообще придумал?
— Придумали люди, которые осознали, что трон будет занимать только одна династия во все времена, и никто другой. Это попытались вкратце донести людям. Что с тобой?
Девушка хотела спросить что-то ещё, но у неё закружилась голова. Ада глубоко вздохнула, моргнула несколько раз — вроде помогло. А глаза выцепили уже новое чудо: самоходную карету, всю в заклёпках и с трубой вместо козел. Протарахтела по брусчатке и была такова.
Агата и Эрид быстрым шагом приближались к парадной лестнице замка. Времени устраивать обзорную экскурсию у них не было.
Людей тут сновало немало. Женщины, в основном, носили платья, но можно было встретить и брюки, не иначе как в сочетании с удлинённым камзолом. Всё выглядело добротным, дизайнерским, но без особых украшений. В самом деле, вышивки, рюши и прочие навороты тут не в почёте. Что не мешает столичным гардеробам выглядеть изящно.
Ада разглядывала людей, а они удивлённо расступались перед двумя статными фигурами и косились на третью — с зачатками сколиоза и в странной одежде.
Гости поднимались по мраморным ступеням с бронзовой окаймовкой. Необычный шум наверху заставил девушку запрокинуть голову. На зубчатой стене ожила горгулья, отделилась и устремилась прямо к ним. Аде доводилось видеть дракона, но тогда он не летал, а только закатывал глаза и ехидничал. Ей уже объяснили, что оборотни брезгуют человеческим мясом, однако приближающийся монстр выглядел очень хищно. Хотелось спрятаться за колонну или сигануть в фонтан, но виду девушка старалась не подавать. Ада догадалась по лицу матери, что она узнала существо и не испытывает никакой радости от скорой встречи. А вот Эрид ухмылялся.
Чудовище спикировало на верхнюю площадку парадной лестницы изящно и легко как птичка. И сходу обратилось молодой и сногсшибательной женщиной. Чешую сменила чёрная кожа — костюмчик, похожий на тот, что носил Эрид, только более раскрепощённый и облегающий. Знойная и загорелая брюнетка вальяжно спускалась им на встречу, и не имела ничего общего со столичными барышнями, которых уже успела рассмотреть Ада.
Женщина — ей было лет тридцать — остановилась возле сородича и положила руку ему на плечо. Вместе они уставились на Агату.
— А девка подросла, ничего не скажешь. Кстати, что с её волосами?
— Обесцветила. В том мире, где она жила, золото на голове притянет множество ненужных вопросов.
— Ну да, помнится, в тринадцать лет милая Агата столкнулась с похожей проблемой и подошла к её решению более радикально. Тогда она была похожа на бродяжку, а теперь вырядилась как принцесса, которой когда-то являлась. Чего не скажешь об этой желтоглазой прелести. Что за зверёк такой?
Она обратила внимание на Аду. Девушка молчала и смотрела исподлобья. Вряд ли драконша хотела её намеренно оскорбить, скорее всего у неё такая манера вести разговор. Но красноречивый взгляд блуждал по рваным джинсам, толстовке не по размеру. А когда остановился на лице, золотистые глаза женщины расширились.
— Не может быть! Только не говори, что это её…
Она смотрела то на Агату, то на её дочь. Сравнивала. Покуда длилось это замешательство, Ада поняла, что ей есть, чем ответить.
— На счёт зверька: я, вообще-то, не умею отращивать хвост и чешую. Ну, в отличии от некоторых.
Брюнетка заулыбалась, показав острые зубки.
— Туше, красавица!
Она обошла девушку кругом, на этот раз забыв о присутствии Агаты. Та равнодушно наблюдала за происходящим, посматривая на дворец. Наверное, матери не терпелось пойти туда.
— Где твои косы? Ну да, они самого обычного цвета, но это же не повод срезать волосы почти под ноль. И чего такая дёрганая, принцесса? Нет, совсем не похожа на родню!
Ада вовсе не дёргалась. Ей было неуютно, когда это существо рассматривало её как диковинную вещь. От драконши исходила энергия, напоминающая об охотниках. Общаясь с Эридом, девушка не замечала ничего подобного, хотя, возможно, он просто никогда не пытался её запугать.