Солнечная ртуть (СИ)

— Глупо посылать туда все силы! Скельтры не идиоты, они охраняют все свои владения, а не один жалкий хребет!
Канцлер, как истинный дипломат, сохранял ангельское терпение. Он был уверен в предложенной стратегии.
Фьёлы испокон веков берегли самую уязвимую часть своих островов. И, конечно, скельтры, захватившие их земли, делали теперь то же самое. Послать триста лучших воздушных судов туда, чтобы просто отвлечь мятежников от продвижений остальных войск — это казалось адмиралу губительной идеей. Враги насчитывали сотни тысяч солдат и владели особой магией.
Каганат установил господство не только на законных территориях, но и далеко за их пределами. То, что принадлежало им по праву, мало интересовало скельтров. Варвары хотели остаться на землях, которые некогда уступили фьёлам, и теперь, спустя столько лет, силой вернули обратно.
Йэррия не могла не вмешаться в войну своих вассалов. Но, ослабленная личными, никак не связанными с политикой проблемами, она рисковала потерять статус сильнейшей державы. Непокорность заразительна, и отдельные колонии под шумок уже затевали бунты. Королевство распадалось.
— Небесная армада не уступает воздушному флоту скельтров, — Сиена взяла в руки одну из алебастровых фигурок, обозначавших на карте силы враждующих сторон. — Пусть сухопутные и морские войска останутся на прежних позициях. Небо — это наша стихия. Главное сражение перенесём туда, куда противник стянул основные силы, и уничтожим их в воздухе.
Она была собрана и холодна. Даже канцлер не мог равняться в равнодушии с монархом. Казалось, что смерть её главного советника и предательство наследной принцессы ничуть не подточили душевное равновесие королевы, и только единицы знали, что это не так. Короткие рыжие волосы, плечи, увенчанные железными пластинами круглого воротника — Сиена былахороша в нём. В Йэре не ввели новую моду. Правитель всегда надевал этот тяжёлый атрибут во время войны, и не снимал, пока она не закончится.
— Ваше величество. Оказалось, что мы живём в тот исторический период, когда армада может и уступить. Не далее, как час назад лорд-адмирал похвалялся новыми линкорами. Безусловно, такой военной силы мир не видывал прежде, однако и скельтры не теряли времени даром. Нельзя полагаться только на машины в то время как у нас есть не менее грозное оружие.
Канцлер, будто бы извиняясь, склонил посеребрённую сединой голову. Мужчина был немолод, но полон энергии. Но в отличии от яростного, бесхитростного в общении лорд-адмирала, он умел это скрывать, надевая маску мудрой и бесстрастной старости. Раньше, когда Нердал был жив, это не так бросалось в глаза: одним взглядом дракон мог заставить замолчать обоих советников. А теперь, даже не взирая на присутствие Железной королевы, почтенные мужи всё более открыто выказывали свой характер: один рвал и метал по поводу и без, а второй улыбался и что-то скрывал. Адмирала Сиена умела приструнить без особых на то усилий. А что до канцлера, интуиция подсказывала ей, что что-то с ним не так, но доказательств не было никаких. Будучи от природы решительной и жёсткой, Сиена уже приказывала произвести обыск не только в личном кабинете сановника, но и даже в родовом особняке.
Скромняга канцлер оказался обладателем настоящих шедевров. Его коллекции оценивались в целое состояние, но самым удивительным был фонтан. Металлическое яблоко, в котором могло бы уместиться несколько человек, журчало в центре бассейна. Каждые десять минут от железного плода отходила долька, из образовавшейся бреши струилась подкрашенная бирюзой вода. Дважды в день яблоко обращало вспять все свои грани и становилось красивейшим серебряным цветком. Такой же механизм пытались заполучить как минимум двое герцогов и один граф, но советник устроил так, что никто не знал, какой мастер изготовил ему это чудо. Доподлинно было известно, что он заставил уничтожить чертежи фонтана. Странная причуда для человека, на первый взгляд, равнодушного ко всему, что не вмещается в рамки государственных дел.
 
Обыски не дали ничего, кроме списка сокровищ, но все они так или иначе были приобретены законно. Канцлер на то и канцлер: он слишком умён, и потому продолжает сидеть в совете по сей день. И не забывает, какой унизительной процедуре его подвергли. С каждым годом старик всё больше убеждался в том, что нет беды большей, чем Разделение Астор. До Разделения страной правили лучше, а монархи сменялись чаще, и многие из них были мужчинами. Канцлер усматривал прямую связь между этими фактами.
И, видимо, поэтому постоянно вставлял палки в колёса. Благо, его голос не был решающим.
Среди прочих здесь находились и фьёлы — серьёзные, не такие, какими их привыкли видеть. Беспечный и миролюбивый народ готовился сражаться не на жизнь, а на смерть. Ведь именно их острова оказались захвачены скельтрами. Ради того, чтобы вернуть всё как было, эти люди с лентами в волосах и цветочным дурманом в крови, последуют за королевой в самый ад. Они тоже ждали её решения, уповая на то, что оно будет единственно верным.
Сиена смотрела на деревянную фигурку у себя в руках, все смотрели. Королева тяжело оглядела тех, с кем вольно и невольно делила власть.
— Я выпущу чудовищ, но в начале мы обрушим на скельтров гнев наших машин. Оборотни не всесильны. Прежде чем рисковать ими, измотаем противника с помощью Небесной армады. Не зря же мы, в конце концов, строили новый флот.
Канцлер бросил злобный взгляд, но промолчал. По каким-то причинам ему не нравилось решение, но лорд-адмирал согласился, как и все остальные. Сиена поставила резную статуэтку обратно на карту. Война запустила щупальца во все стороны света, даже в отдалённые колонии, так что карту пришлось подыскать большую. Среди обозначений диспозиций и рельефа, по соседству с многочисленными моделями боевых кораблей и дирижаблей, фигурка дракона выглядела маленькой и бесполезной. Главный козырь Небесной армады казался беспомощной зверушкой, в логове железных хищников.
Что бы там ни говорили, но даже драконы могут сгореть.
Человек в фуражке метался среди рычагов. Свои лётные гогглы он потерял, перешитый с чужого плеча китель бросил на полу. Туда же полетел сломанный ключ: помощник капитана не мог вернуть на место выскочившую гайку, и с криком расколошматил его о приборную панель.
Сначала неверие, потом этот необузданный гнев, ну а после отчаяние. Умные книги обещали, что за этим должна следовать отрешённость, но они врали. Младший помощник не находил в себе сил для спокойствия, в отличии от смотрящего в одну точку капитана. Кто и когда дал звание этому бедолаге? Говорили, когда-то он и правда заслужил его, а не присвоил самовольно. Такое практиковалось в последнее время: стоило какому-нибудь работяге разжиться летающим корытом, и он тут же начинал именоваться чуть ли не адмиралом.
Всколоченный, в истёртых рычагами перчатках, мужчина сидел на полу, обнимал колени и выглядел как восковая фигура. Безусый юноша с досадой отвернулся от него и вытерев слёзы дрожащей ладонью. Впервые в жизни ему было всё равно, что кто-то видит, как он плачет. Ключ сломан, искалеченный корабль терял высоту, а в небе среди взрывов гремел драконий рёв. Его можно спутать с громом. Если не присматриваться, даже фиолетовые молнии казались обычной стихией.
Битвы на воде и земле давно стали дополнением к основной игре. Пехота и наземные орудия хорошо справлялись с оборонительной ролью, но только и всего. Нынче земля всего лишь ресурс для подкрепления воздушных сил. Небесная армада — вот кто теперь играет по-крупному.
 
Они находились далеко не в центре сражения, выбрав наиболее безопасную высоту. Капитан не был трусом, он просто понимал, что хилая посудина станет помехой под винтами хорошо оснащённого флота.
Мальчик вздрогнул от очередного взрыва и случайно прикусил язык. Наверное, больно — он даже и не понял.