Солнечная ртуть (СИ)

Эрид тоже успокоился и даже утомился. Когда «первая радость встречи» осталась позади, он отошёл от Агаты и расположился в изысканном голубовато-сером кресле. Женщина устроилась на подлокотнике дивана, прямая и тонкая, как раньше. Она уже не была той юной девушкой, которой её запомнил дракон, но годы пошли только на пользу. Волосы принцесса больше не кромсала и даже не красила. Она чем-то обесцветила их, и золотые кудри выглядели просто русыми.
— Этот дом, — Эрид лениво взмахнул рукой, обводя комнату, — ты сама хоть видишь, как всё здесь напоминает место, в котором ты выросла? Этот металл, эти часы, камни на той стене.
Агата оперлась локтём о спинку дивана и повернула свой точёный, надменный профиль к настенным часам.
— Это не камень, а текстурная плитка. Конечно, вижу, я же не идиотка!
Дракон хотел возразить, что как раз-таки она самая, но это они уже проходили. Повисла тишина. Предстояло как-то сдвинуться с мёртвой точки и начать более предметный разговор, но в голову не приходило ничего, кроме неуместных, будничных фраз. Первой заговорила Агата.
— Так скучаю по дому. Ни в одном мире нет места, прекраснее Шамбри. Королевство моей матери находится в лучшей из всех параллелей, которые вмещает Мун. Я была только в двух из них, но не сомневаюсь в этом. Как мучительна оказалась разлука с пропитанной водородом и дымом страной! Пришлось выживать здесь, в этих незнакомых и непонятных условиях, куда я попала уже не принцессой, а попросту никем. Я исколесила этот мир. И не нашла ничего, что могло бы заглушить тоску по родине.
Эрид прикрыл лоб рукой и шумно выдохнул, тем самым давая понять, как тяжело ему слушать эту чушь. Полный абсурд! По одной простой причине:
— О боги, женщина, ты же всю душу вытрясла из меня, чтобы сбежать из королевства. Определись уже!
Агата страдальчески, как хорошая актриса немого кино, вздохнула.
— Я была не в порядке. Я была… не в себе. К тому же, повторюсь: мы договорились, что ты поможешь мне вернуться через год или около того. А вместо этого ты пропал. У меня не возникало даже подозрений, что начнётся война. Сиена всегда была к ней готова, и поэтому никто не решался выступить открыто против Йэррии. Так как ты назвал эту кампанию?
Вообще-то ни о чём таком они не договаривались. Да, Агата собиралась вернуться, но о том, что она рассчитывает на помощь бывшего слуги, которого сама же освободила, она не говорила. Это был очень странный ребёнок.
— При тебе никак. Но другие назвали её Войной Четырёх небес.
— Хорошо звучит.
— Там были и другие участники, не только скельтры. Империя пришла в упадок, многие захотели этим воспользоваться.
— Я сожалею. Надеюсь, ты всё подробно мне расскажешь, а также объяснишь, почему пришёл за мной так поздно.
Странно, раскаяния в её голосе не было, однако и былая уверенность в том, что лишь она всегда права, куда-то пропала. Эта стройная гордая женщина уже всем всё доказала и теперь просто хотела домой.
— Я не мог забрать тебя раньше.
— Но должен был! — зло перебила Агата. Внешнее спокойствие дало первую трещину. Принцесса повторно взяла себя в руки. Дракон понуро разглядывал стены.
— Я не мог забрать тебя, — повторил он. — Что-то при том перемещении пошло совсем не так, как мы рассчитывали: ты зря не завершила обучение у магов. Пришлось это делать мне. Да-да, именно так: я стал первым драконом, который прошёл школу Чёрных островов. Конечно, только после того, как Сиена бросила меня сначала в темницу, а потом под перекрёстный огонь скельтров. Королева затем сменила тактику и пообещала полное помилование, если я верну обратно её ребёнка. А ведь ты могла бы куковать здесь по гроб жизни. Учитывая, каких успехов ты тут добилась, не такое уж тяжкое это наказание. Но не смотря на предательство, вы, ваше высочество, носитель ферома. В вас заключена сила и энергия, которые нужны нашим землям. Так что будь добра, собирай вещички, бери в охапку дочь и вперёд — замаливать грехи.
Щёлкнув пальцами, Агата оживилась. Кажется, она уже забыла о том, что поблизости находится Ада.
 
— Кстати, о последней. Как получилось, что с ней ты встретился прежде, чем со мной?
— Очень просто. Она первой оказалась рядом с магнитом, точнее, приманкой, которую я оставил. Маги объяснили, как можно найти тебя в этом мире, думаю, ты и сама догадываешься. Иначе не поселилась бы в таком маленьком и скромном для королевской персоны городке. Вместо тебя Мун привёл меня к ней, а стало быть, Ада отправляется в Йэр вместе с нами. Сиена решит, что делать с внучкой. Откуда она, собственно, взялась?
Пожав плечами так, словно её спросили, который сейчас час, женщина зевнула. Манера так себя вести когда-то забавляла дракона. Особенно когда Эрид видел, что некоторые жесты и усмешки торитт переняла от него.
— Тебе рассказать, как делаются дети?
Он нахмурился. Дерзость принцессы с годами только окрепла, хоть и стала сдерживаться какими-то внутренними рамками. Всё просто: она повзрослела и стала серьёзней. Но не до конца.
— Поняв, что застряла здесь надолго, я стала налаживать то, что тут называют жизнью. Это оказалось просто: я всё схватывала на лету. Разыграла элементарную комедию с потерей памяти, оказалась в приюте, через полгода стала совершеннолетней и поступила в университет. Редкий случай, один из пятисот. Кстати, учёба здесь одно удовольствие, никогда так не веселилась, как в эти пять лет. Тогда я ещё не осознала, как это страшно — навсегда расстаться с фамильным замком. О чём это я… Ах да. Я никогда не выпускала из виду будущего отца этой девочки, так как чувствовала некоторую вину перед ним. Видишь ли, тот ребёнок, с которым ты поменял меня местами — это его младший брат. Ну а потом так вышло, что мы оказались женаты. Не знаю. Мне просто начало становиться скучно и захотелось чего-нибудь нового. А он как раз заслуживал какой-то награды.
Эрид не выдержал и перебил.
— Жениться на тебе — это награда? Нет, я даже не смею сомневаться! Но всё-таки хочу уточнить.
— Естественно, — Агата даже глазом не моргнула. — Теперь он связан с древней и могущественной династией. И не важно, что сам не знает об этом.
Дракон захохотал. Вот она, та самая наивная заносчивость. Такой он запомнил свою принцессу, которую хотелось придушить по двадцать раз на дню.
— Да ведь вы разошлись?
— Мне снова стало скучно.
Женщина обворожительно улыбнулась, а вот мужчина в кресле сразу помрачнел. От легкомыслия других слишком часто страдают другие.
— Ты бросила дочь на семь лет.
Она кивнула — грустно, как-то бессильно.
— Что поделать? Мою мать бросили на сеть лет, мою бабушку и всех, кто был до неё: обязательная традиция. Всех наследных принцесс отлучают от семьи на этот срок, и со мной было то же самое. Только мне пришлось пробыть в изгнании не семь лет, а более двадцати. Не знаю, считается ли Ада хотя бы номинальной претенденткой на трон, но любом случае, я решила не нарушать обычая. Хотя всю жизнь и занималась именно этим. Я поступила более гуманно, чем принято в моей семье: отдалилась сама, а не выслала девочку на чужбину. У неё остались отец и свобода движения. Ведь Астор отправляют на Чёрные острова в том числе и для того, чтобы они оказались наедине со своими мыслями. И ничто не мешает этому так, как ближайшие родственники по материнской линии. Я должна была оставить Аду, что и сделала. Повторяю, мой муж был с ней рядом.
— Должно быть, ты его безмерно осчастливила, оставив одного с дочерью-подростком.
Агата отвернулась к окну и раздражённо бросила:
— Он тосковал по пропавшему брату. Того мальчишку мы с тобой похитили, так как требовалась замена. Не лучшая моя задумка, согласна. Но я была так юна и так ненавидела! Был один ребёнок, а я дала мужу другого. Не велика разница.
 
Дракон не верил ушам. Не то чтобы Эрид любил детей, этих мелких человеческих отпрысков, но «не велика разница»!
— Вот это ты сейчас серьёзно?
— Разумеется. Не думаю, что они сильно намучились друг с другом за эти годы.