Солнечная ртуть (СИ)

В ванной висел боксёрский халат с капюшоном. Ада с превеликим удовольствием в него облачилась, бросив чистую, в общем-то одежду в корзину для белья. Халат был подарен кем-то из друзей. Друзья сменились другими, эти, в свою очередь, уступят место следующим. Но вещь на веки вечные заняла место в сердце и гардеробе Ады. Она накинула капюшон и не собиралась его снимать в ближайшие сутки. Такая замечательная ограда от внешнего мира, лучше любого щита. Да и выглядит круто. Чёрный атлас под стать душевной гамме.
Тишина. Папа ушёл. Он покидал квартиру рано и возвращался поздно, многие часы проводя в университете. Ада не могла таким похвастаться, в своё учебное заведение она наведывалась редко и ненадолго. Специально отец никогда не прощался — только если случайно увидит дочь, прежде чем потушит свет в прихожей. И всё равно отчего-то было печально. Но отец ни в чём не виноват, он ведь не знает, что Ада не видела его несколько месяцев. Сам-то он говорил с ней только вчера.
Ну что, так будет проще: легче сконцентрироваться на главном. Оборотень, которого носило неизвестно где, долго и упорно вбивал ей в голову, как важно найти Агату. Девушка сама не заметила, как стала называть мать этим именем. Оно шло ей больше чем Анна — такой женщине нужно что-то более заковыристое.
Ада хотела позвонить, но передумала. Она взяла телефон и просто написала. Где ты, мол? Вот, надо бы увидеться. Ответ ожидаемо запоздал. Агата — занятой человек, да и просто может не среагировать, если не захочется. Ада помнила случаи, когда мама не отвечала даже на важные звонки, только потому что была не в настроении говорить. «Надо будет — перезвонят» — заявляла она.
Пока девушка ждала ответа, то успела прошерстить новостные ленты в соцсетях и поставить чайник. Взяла в руки карандаш и попыталась сделать набросок. Обычно это помогало собраться с мыслями. Но за несколько месяцев руки одеревенели и ничего путного не выходило. Аде это быстро надоело. Она свернулась клубком на диване, опуталась наушниками и погрузилась в дрёму. Провода змеями ползли в чёрный капюшон. Ритмичная агрессия музыки была обманчива, скрывая тоску и плач по красоте.
Электрический чайник успел остыть, пока девушка проснулась. Ада села на диване, выключила музыку и оглядела комнату. Мальчишка в кресле даже не переменил позы. Что, если он вдруг перестанет быть призраком и станет видимым для других людей? Объяснить отцу присутствие в доме чужого ребёнка будет, пожалуй, ещё сложнее, чем объяснить, откуда здесь молодой мужчина с золотыми глазами. Конечно, папа так редко покидает кабинет, что даже табор цыган в гостях у дочери заметит не раньше, чем на третий день.
Взгляд упал на старый разобранный телевизор. Раньше Ада цеплялась за старьё, теперь это казалось глупым. Хватит уже прошлого, видели, какое оно. Девушке так хотелось туда попасть, а потом — вернуться обратно, что Ада уже сама не знала, чего ей хочется теперь. Ещё этот чокнутый дракон со своими историями о Паровой столице. Наверное, там здорово, но будет ли там место для Ады? Да может, будущее попросту не наступит.
Девушка разучилась смотреть вперёд, пройдя дважды Коридор времён. Есть только сейчас: привидение, уснувшее в углу, карандаши, разбросанные по полу и холодны чайник на кухне.
Кухня — вот куда давно пора отправиться.
Студентка привыкла питаться тем, что попадалось под руку. В этот раз рука нащупала в углу шкафа бич-пакет — один из любимых деликатесов. Не раз знакомые пророчили Аде гастрит и язву, но она за всю жизнь ни разу не пожаловалась на желудок. Да и вообще отличалась крепким здоровьем и не собиралась о нём заботиться в ближайшие лет десять. Так что когда на пороге кухни бесшумно появился дракон, там царила полная идиллия: похожая на инквизитора фигура в халате склонялась над тарелкой, от которой шёл специфический аромат. Вместо ответа на приветствие, хозяйка дома ревностно придвинула тарелку к себе и намотала на вилку жёлтую, кудрявую лапшу.
Ада бросила на мужчину беглый взгляд. "Явился" — понеслось в голове. Источник всех её проблем в последнее время. В смысле, приключений. Он перевернул её жизнь вверх тормашками, а потом вернул всё как было. Как, собственно, и обещал. Развлекал рассказами о предстоящем и не менее занимательном путешествии в загадочный Йэр. Сказочная паровая столица с идиотским названием. Почему бы и не отправиться туда в самом деле? В случае чего, Ада всегда может отыграться на нервах дракона, рифмуя это название с очень недвусмысленными терминами. Такой поэзии девушка научилась в университете: как никак, а творческий вуз.
 
Ада не хотела признавать, но когда появился Эрид, на душе у неё потеплело. Как-то так оказалось, что оборотень значит для неё гораздо больше, чем прежние друзья-однодневки. Может, когда-нибудь Ада в этом признается. Откроет этот, а может, и ещё какой секрет, в котором и сама пока что не уверена.
Поток сомнительных раздумий прервала чужая реплика.
— Что. Ты. Ешь.
Девушка вдруг поняла, что дракон до неприличия долго смотрит в её тарелку. Ну, подумаешь, не самая здоровая пища. Даже если в этом их Шамбри едят только экологически чистые лакомства, это не повод всем видом изображать брезгливость. Ада с хлюпаньем втянула макаронину. У оборотня, который вряд ли видел лицо девушки под капюшоном, дёрнулся глаз.
— Говяжий дошик, — ответил капюшон. — Будешь?
Благородное лицо исказила смесь неверия и возмущения.
— Нет!
Ада поняла, и хлопнула себя по лбу.
— А, так я забыла, что ты бестелесен! А вот мне теперь постоянно хочется есть и спать. Хотя, я всё ещё студент и это, вроде как, естественно, — она сделала витиеватое движение рукой, чтобы в нормальности не осталось сомнений. — Да чего ты так смотришь? Еда простых смертных тоже вполне себе вкусная, — Ада вдруг обиделась за бомжовку. — Жаль, что ты не можешь оценить.
Мужчина подошёл к столу и сел, с любопытством поглядывая на кухонную плиту.
— Отнюдь.
С этими словами он взял из вазы яблоко и уставился на приклеенную к нему этикетку, будто в жизни не встречал ничего более странного. От удивления Ада стащила капюшон, на что Эрид немедленно отреагировал улыбкой — обворожительной наповал. Но на Аду его обаяние не произвело должного эффекта. Она лихорадочно соображала.
— Так значит, теперь ты материален в этом мире? Почему раньше не сказал? Я ведь живу не одна!
— Ну и что?
— Что? Ну как это что! Отец придёт, а тут незнакомый мужик. А что, если он тебя уже видел? Вчера я открывала дверь кабинета, а вы с мальчишкой находились в коридоре. Он как раз мог заметить!
— Смею тебя заверить, что не заметил.
Эрид засмеялся. Что-то накручивало его в последнее время, но он не поддавался мрачному расположению духа и вовсю потешался над Адой.
— Успокойся. Я обретаю физическое тело ненадолго и могу контролировать этот процесс. Всё дело в том, что здесь для меня не только параллель в пространстве, но и во времени. То есть мир другой, но эпоха та же. Этой маленькой зацепки достаточно, чтобы существо вроде меня могло взаимодействовать с твоим миром. Однако, лишь на время. Кстати, не удивляйся, что тебе хочется есть и спать больше обычного: пока ты была признаком, у тебя отсутствовало тело, которому это необходимо, однако нервы истощились и теперь их следует напитать энергией. Я же во сне не нуждаюсь, так как спал несколько недель там, в прошлом. Ещё одна особенность драконьей магии. Но позволь уверить, что сейчас не только тебя терзает голод. Дай мне какой-нибудь еды, и тем быстрее я вновь стану духом. Не говори, знаю: это очень странно.
 
Не то слово.
Ада жевала и отрешённо смотрела на силуэт. Нос с горбинкой, длинные волосы, волевой подбородок — было бы неплохо сделать набросок. Нужно только заново научиться держать карандаш.
— Ну, бомжовку ты не захотел. Можешь съесть яблоко, раз уж взял его.
— Хлебосольной хозяйкой тебя не назвать.
— Это было моё яблоко.
Дракон вздохнул и с сожалением посмотрел на фрукт, после чего положил его, где взял.