"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

– Вы хорошо его знали? – спросила она, приложив кружевной платочек к глазам. Ткань была щедро пропитана настоем перечной мяты, и стоило лишь мазнуть ею по векам, как слезы исправно лились в два ручья. – Говорят…
Неуверенная пауза вновь заставила мага насторожиться: что же такое о нем говорят?
– Говорят, вы… не слишком дружили…
– Не дружили, – проворчал мэтр Герберт. – Но общались порой достаточно тесно.
– Дориан прежде часто у нас бывал, – вклинилась госпожа Маргарет, перемежая слова мечтательными придыханиями. – Всегда приносил цветы или конфеты.
– Не говори ерунды, – мрачно осадил ее муж. – Такое было лишь раз: кто-то из студентов поздравил его с окончанием семестра, и Лленас прямо из Академии притащился к нам с розами и шоколадом и всучил тебе за ненадобностью.
Адалинда невольно улыбнулась. В каких бы отношениях ни был мэтр Герберт с Дорианом, он его неплохо знал. Лишь испорченная легковесным дамским чтивом женщина вроде госпожи Маргарет могла усмотреть романтические порывы там, где их и в помине не было. А самое интересное – продолжала выдавать желаемое за действительное даже под воздействием зелья.
Магиня отметила на будущее, что не стоит использовать подобные снадобья с людьми, обладающими слишком живым воображением, и вернулась к ненавязчивому допросу.
– Мне говорили, он не работал в Академии в последние годы, – будто бы припомнила она, продолжая тереть платком покрасневшие веки. – Вроде бы занимался самостоятельными исследованиями.
– Вы наводили справки? – отметил Найлс. Впрочем, без подозрительности.
– Мне хотелось, чтобы Дориан узнал как можно больше о своем настоящем отце.
– И что же такое он узнал обо мне, что примчался сюда с первыми лучами солнца? – не забывал о собственных целях мэтр Найлс.
– Ох, это такая глупость. Один человек сказал… сказал, будто вы часто вздорили с ним…
– Что за человек?
– Какая разница? – горестно вздохнула Адалинда. – Это ведь все неправда. Не могу представить, чтобы вы могли быть героем подобных россказней. Вы ведь не из тех, кто устроил бы скандал в клубе или плеснул собеседнику кофе в лицо. И не стали бы ничего поджигать в его доме…
Она могла припомнить еще несколько эпизодов из тех, которыми, не объясняя причин, делился когда-то Дориан, но и уже сказанного оказалось достаточно.
– Почему же? – с вызовом приосанился господин Найлс. – Я на многое способен, если мне дадут повод.
– Герберт! – Госпожа Маргарет более с восторгом, чем с испугом прижала руки к высоко вздымающейся груди и глядела на мужа, широко распахнув горящие глаза: очевидно, видела себя первопричиной вражды двух магов. Все же зелье действовало на нее престранным образом.
– Лленас был невероятным… занудой, – продолжил Найлс, пропустив мимо ушей возглас супруги. «Зануду» он вставил в последний момент, заменив этим словом другое, которое отчего-то не хотел произносить. Возможно, оно было не из тех, которыми бросаются в присутствии дам. – И скрягой в придачу!
– Дориан? – искренне удивилась Адалинда.
Зануда – пожалуй, да. Но скряга?
– Считал каждый рейл! – распалялся между тем Найлс. – Записывал все сделки!
– Записывал? – снова изумилась магиня: Дориан не имел подобных привычек, не доверял бумаге ни в делах, ни в быту. Но удивление не мешало отмечать главное: – Сделки?
– Он нуждался в деньгах, чтобы продолжать свои эксперименты. Я взялся помочь ему их раздобыть. Лленас не имел полезных связей и совершенно не обладал, как это называют, коммерческой жилкой. А мне удалось выгодно продать кое-что из его технических штучек.
– Кому? – Сердце вздрогнуло в предвкушении ответа, но Адалинда постаралась, чтобы вопрос прозвучал отрешенно и недоверчиво: мол, кто же захочет купить бесполезные механические игрушки.
– Кому-кому, – криво усмехнулся мэтр Герберт. – Уж точно не гилешским лазутчикам, как считали ни разу мною не уважаемые господа из ВРО.
Женщина, которой не полагалось знать о существовании внутренней разведки одаренных, недоуменно нахмурилась, услыхав «незнакомое» сокращение, но Найлс без пояснений досадливо отмахнулся. Видимо, беседа с одним из бывших коллег Адалинды надолго останется для него неприятным воспоминанием.
 
– Как специалист по бытовой магии я нередко принимаю частные заказы, и кое-кто из моих постоянных клиентов заинтересовался изобретениями Лленаса, – пояснил маг. – Небольшие и не слишком дорогие безделушки – я не вхож в дома, хозяева которых могут легко позволить себе потратить тысячи на механические игрушки. Однако музыкальные шкатулки и замки с секретом они приобретали охотно.
История оказалась довольно проста. Однажды Дориан Лленас пожаловался давнему знакомцу Найлсу на то, что вынужден остановить работу из-за нехватки средств. Он-де рассчитывал, что удастся выручить хоть сколько-то на продаже своих изобретений, но производители оказались в них не заинтересованы. Мэтр Герберт, к тому времени на себе испытавший все тяготы безденежья, в которое семью вверг склонный к азартным играм и сомнительным финансовым вложениям наследник, предложил товарищу решение. Что, если продавать его устройства не в производство, как мечталось Лленасу, а поштучно? Пусть общество в целом не слишком заинтересовано в технических новшествах, отдельные чудаки, по мнению магистра бытовой магии, не отказались бы заиметь себе в коллекцию парочку механических диковинок. И они не отказались. А мэтр Герберт не отказался от процента за свои услуги посредника.
Процент этот был не слишком велик, а господин Найлс нуждался в средствах куда сильнее товарища-изобретателя. И исключительно ввиду этой нужды решился однажды на небольшой обман. Нет, он не перепродал игрушку Лленаса по завышенной цене, не присвоил вырученных денег… Вернее, присвоил, но лишь на несколько дней, в течение которых рассчитался с кредиторами и оформил очередной заем в банке, а затем собирался вернуть все Дориану… Кто же знал, что Лленас окажется лично знаком с покупателем и тот пришлет ему письмо с благодарностью, присовокупив к нему небольшой презент «в довесок к скромной сумме, что уже была уплачена»? Когда Найлс пришел, чтобы отдать долг, его встретили как вора и буквально выставили за дверь вместе с деньгами. Лленас припомнил все предыдущие сделки, откопал «в записях» – как полагал мэтр Герберт, не знавший о феноменальной памяти изобретателя, хранившей точнейшие цифры, – какой-то старый случай, когда Найлс округлил сумму до рейла в свою пользу, и тот рейл – всего один рейл! – тоже вменил ему в вину… В общем, они не на шутку разругались, и оскорбленный бытовик еще месяц пытался вернуть «чванливому технарю» выручку от последней сделки: тот неизменно отказывался, и вспыхивала новая ссора. Но в итоге Лленас все-таки принял деньги, и добрые взаимоотношения худо-бедно возобновились.
– Ох, Герберт, – вздохнула госпожа Маргарет разочарованно.
Магиня с трудом сдержалась, чтобы не последовать ее примеру. Не сказать, что визит к Найлсу совсем не дал результатов, но все же не стоил таких приготовлений.
Тем не менее она попыталась выжать из мэтра Герберта еще больше. Исподволь подвела мага к воспоминаниям о последнем званом ужине в доме Дориана («Ах, вы общались с ним незадолго до трагического конца!»), но не узнала ничего нового сверх того, что уже было ей известно от Ранбаунга.
– Благодарю вас. – Адалинда убрала в ридикюль слезоточивый платок. – Простите еще раз возмутительное поведение моего сына, но если бы не это, наш разговор не состоялся бы… А мне так нужно было поговорить с кем-нибудь о нем.
Вставая, она задела лошадиный скелет, и хоть это вряд ли имело какое-то отношение к цели ее визита, не удержалась, чтобы не поинтересоваться, что символизирует сей необычный предмет декора.
– Вечную нехватку средств, – с неохотой, которая, впрочем, не помогла ему воспротивиться действию эликсира, ответил Найлс. – Взял на реставрацию у знакомого коллекционера.
Магиня подумала, что владелец столь занятного экспоната может быть одним из купивших механические изделия Дориана, но решила об этом не спрашивать. Мэтр Герберт обмолвился, что имел беседу с представителем ВРО, а значит, кое-кто может раздобыть протоколы той беседы… и многое другое тоже…