"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)
Эби не торопилась. Есть она не хотела, только пить. Дождалась, пока опустеет корзина и арестантки разбредутся по сторонам, жуя тюремное угощение. Подошла, взяла кружку, из которой пили до нее сокамерницы… И отшвырнула брезгливо. Зачерпнула воду ладонями прямо из ведра – руки, хоть и грязные, но свои. Попила немного. Умылась.
– Эй! Ты чего это вытворяешь?! – подскочила к ней тощая, не первой молодости тетка. – Не одна тут!
Она похожа была на ту, другую. На «воблу». Задиралась без причин и шило, наверное, так же прятала в складках цветастого платья.
– Одна, – коротко ответила ей Эби.
Оторвала от нижней юбки лоскут. В ведро макать не стала, слила немного, чтобы намочить. Обтерла шею.
– Глядите-ка, какая чистюля выискалась! – рассвирепела арестантка. – Я тебя сейчас умою!
Она замахнулась, но Эби ударила первой.
Как Курт учил когда-то: кулаком в бок, где печень. Или почки. Или еще какой-нибудь ливер – она не помнила.
Старая потаскуха замерла с открытым ртом, глотнула воздуха и с сипением согнулась пополам. Заскулила по-собачьи… И вдруг распрямилась и кинулась на Эби:
– Убью паскуду!
Не шило – вязальная спица, с одной стороны загнутая, а с другой остро заточенная. Эби выставила вперед руку, и эта спица проткнула насквозь открытую ладонь и застряла. Кровь потекла в рукав… будут новые пятна…
Не чувствуя боли, Эби подняла руку на уровень глаз, повертела, любуясь. Такие спицы, тонкие, металлические, использовали для ажурной вязки… она так и не научилась. И не научится уже, наверное…
Выдернула спицу из ладони и резко чиркнула ею обидчицу наискось по лицу. Та закричала, закрылась ладонями. Завизжали подскочившие к ней товарки. Охранник прикрикнул из коридора, постучал дубинкой по решетке.
Эби не было до этой суеты никакого дела.
Она вернулась в обжитый за ночь уголок. Села на пол. Оторвала еще один лоскут от юбки и перевязала руку. Спицу сунула в рукав.
Но не пригодилось.
И не помогло.
Днем утихомиренные охраной шлюхи держались от нее подальше, но ночью, когда единственным источником света остался висевший со стороны коридора тусклый фонарь, под которым похрапывал дежурный, а Эби задремала, обняв согнутые коленки, кто-то набросил ей на голову грязную тряпку и обмотал быстро, так что и дышать, не то чтобы кричать, было невозможно. А затем ударил… Ударили…
Били ее долго. Сильно. Молча.
Захотели бы – убили. Или покалечили. Лицо бы порезали.
Но обошлось.
Синяков понаставили. Два ребра сломали… или три… Доктор тюремный, что ее утром осматривал, точно не сказал…
Ничего страшного.
Зато в лазарете ей позволили наконец вымыться, и одежду дали старую, но чистую: рубашку, до дыр застиранную и серое платье мешком. И в другую камеру перевели, где, кроме Эби, только две женщины сидели. Одна чахоточная. Но это тоже не страшно…
Приехавший из столицы куратор центрального управления ВРО проводил все встречи в своем гостиничном номере. Так сказать, в неформальной обстановке. Мягкие диваны, бархатные портьеры, глушащий шаги ковер с высоким ворсом. Вместо чиновника в строгом костюме – добродушный пожилой господин в легкомысленно-пестром домашнем халате. Невысокий, полноватый, непоправимо лысеющий, но с пышными седыми баками и густыми, подкрученными вверх усами, прячущими приветливую улыбку. Кажется, вот-вот предложит вам бокал бренди…
Однако на опытного эмпата мэтр Джонатан Риган произвел иное впечатление. Не столь приятное.
– Фредерик Валье? – Куратор бегло оглядел вызванного по его приказу мага. – Это настоящее имя?
– На данный момент – да.
– Понимаю, – одобрительно крякнул мэтр Риган. – А вы, верно, понимаете, зачем я вас пригласил?
– Догадываюсь.
– Вы ведь уже знаете, что случилось с нашей дорогой госпожой Келлар?
– Насколько мне известно, этого никто не знает.
Настоящий эмпат должен равно хорошо уметь считывать чужие эмоции и скрывать свои.
– Да-да, – кивнул мэтр Риган, – именно так. Но, возможно, вам, в силу вашего давнего знакомства…
– Нет.
– Нет? – Господин куратор нахмурился. – Не буду ходить вокруг да около, Валье. Исчезновение вашей бывшей супруги… Кстати, как долго вы были женаты?
– Чуть больше года, – отчитался Фредерик. – Оформили официальный развод пять лет назад.
– И быльем поросло, – пробормотал себе под нос мэтр Риган то, в чем его, собственно, пытались убедить. – Ну-ну… Но я начал говорить, что исчезновение вашей бывшей жены не единственное происшествие. Той же ночью из нашей лаборатории был украден механический человек Лленаса. Удалось зафиксировать лишь короткий всплеск силы, однако с нашим агентом, охранявшим образец, разделались безо всяких чар, довольно грубо. Бедняга не скоро оправится от сотрясения. А следов постороннего присутствия, как и в деле с вашей женой… бывшей… не обнаружено. Охранные заклинания, настроенные фиксировать любые источники жизни, будь то человек или блоха, не повреждены. Есть какие-то соображения?
– Боюсь, я недостаточно компетентен в подобных вопросах. У меня иная специализация.
– Да-да, конечно. И в Салджворт вас вызвали за другим… Точнее, вы сами вызвались. Но это ведь несущественно, да? – Фраза явно не случайная, но мэтр Валье никак на нее не отреагировал, а Риган сделал вид, что тут же о ней забыл. – Главное, работу вы выполнили, убедились, что на сотрудницу нашего ведомства не оказывается стороннее воздействие. Я читал отчет, и у меня нет оснований сомневаться в ваших выводах… А раз так, нет и причин отказывать госпоже Адалинде. Она, конечно, ценный агент, но я решил принять ее отставку. Приказ уже готов. И так как госпожа Келлар уже не является сотрудницей внутренней разведки, полагаю, можно объявить ее в розыск… с некоторыми оговорками, естественно.
Внутренняя разведка одаренных не пользовалась особой любовью магов. В частности, по таким вот причинам. Сегодня ты – ценный агент, а завтра управление спустит на тебя всех собак.
– Это разумно, – не отведя взгляда, согласился Фредерик. – Ей может быть нужна помощь.
– Да-да, помощь, конечно. У нее ведь есть сын? Я записывал где-то. Леонард, осенью будет девять. Она поддерживает отношения с родственниками его отца?
– Нет, – ответил эмпат уверенно. – Не думаю, что это связано…
– И не думайте, Валье, не думайте, – улыбнулся куратор. – У вас, как вы сами изволили выразиться, специализация не та. Но уезжать не спешите, найдем, чем вас занять.
Покидать город Фредерик и без этого предупреждения не собирался. Он неплохо знал бывшую супругу и понимал, насколько бесполезно искать Адалинду по всей Линкарре. Если пропавшая госпожа Келлар жива и на свободе, рано или поздно она найдется именно тут, в Салджворте.
Дом выглядел неживым.
Если бы он был не домом, а человеком, его тоже положили бы на холодный металлический стол, чтобы изучать черную рану в первом этаже…
Вокруг неживого дома сновали какие-то люди. Выносили вещи, раскладывали на газоне. Пожилой грузный мужчина осматривал все и делал записи в толстой книге. Часы из гостиной. Кресло из библиотеки. Книги стопками. Круглый столик, прежде стоявший наверху, в обсерватории.
У ограды собирались другие люди… зрители… нет, не так – зеваки.
Они не зевали, но смотрели, что делают люди во дворе. Некоторые заходили внутрь. Расспрашивали тех, что носили вещи… Или наоборот: те, что носили, расспрашивали зевак…
Джек поправил шарф и вошел в калитку.
– Вы от Герета? – спросил мужчина, описывавший имущество. – По поводу распродажи?
Джек кивнул.
Он не знал никакого Герета и не очень хорошо понимал, что такое распродажа, но если бы ему велели представиться самому, вышло бы хуже.
– К сожалению, пока ничем не могу помочь. Наследники еще не объявлялись. Но… – Толстяк понизил голос: – Пожар ведь. Какие-то вещи не уцелели.
Он указал взглядом в сторону большого куста. Сквозь зелень проглядывали резные дверцы старинного секретера из кабинета мэтра…