"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

— Кажется, с разговорами пора заканчивать, — сказал он спустя несколько минут. — Если только ты не хочешь обсудить мои предстоящие похороны.
— Рик…
Унери без слов прижал мою ладонь к успевшей пропитаться кровью повязке.
— Создатель Всемогущий, — прошептала я с ужасом, вдруг осознав, что скрывается под бинтами.
— Он не поможет. Только ты.
Джед
Успокоиться — это первое.
Подумать — второе.
А затем — снова успокоиться.
Не хотелось делать скоропалительных выводов. Но как быть, если эти выводы напрашивались сами собой?
Унго, выполняя мои указания, возился на кухне. Яра была с ним: что-то возбужденно трещала, кажется, о Рике, о Тропе, о доме. При этом жевала, чавкала и немилосердно царапала вилкой тарелку. И это — принцесса Андирская! Принцесса…
Не выдержав, я вызвал тайлубийца для разговора. Затащил в пустую спальню и плотно прикрыл дверь.
— Унго, скажи, ты помнишь Дэллу Эсти? Корделию Эсти, мать Яры?
— Видел ее несколько раз, — не выказывая удивления нежданными расспросами, ответил великан. — Она приезжала в имение со своим дядей, дэем Робертом. Лет двадцать назад, наверное.
— Я знаю, что они бывали у нас, но никак не могу вспомнить ее лица. Яра похожа на нее?
— Если память меня не обманывает, очень похожа.
— Замечательно, — угрюмо подвел я итог своим размышлениям.
Почему, как только я решу, что хуже быть не может, судьба тут же спешит доказать мне обратное?
— Что-то не так, дэй Джед?
— Все.
Я закрыл глаза, мысленно возвращаясь в дом с гостеприимным подвалом, куда нас доставили в волшебном сундуке. Вспомнил немую служанку, в этот раз стараясь воскресить в памяти каждую, даже самую мелкую деталь. Почему я решил, что она никогда не видела метаморфов? Потому что она удивилась, когда Яра перекинулась из волчицы в человека? Но она ведь не испугалась, нет. Хвост положу, она скорее обрадовалась. Узнала. Сначала не поверила, все пыталась потрогать девушку, а потом сообразила, что это не та Корделия… Шкафы, набитые одеждой: наряды хозяйки, любой из которых идеально подходил моей маленькой кузине, обувь, вещи слуг, новая, впрок сшитая униформа лакеев и горничных — когда-то в том доме жило немало народа. Теперь осталась лишь немолодая безъязыкая служанка. А в одной из комнат, наверное, до сих пор стоит детская кроватка и лежат игрушки… Только глупо было полагать, что пятнадцатилетняя девушка вспомнит погремушку, которой забавлялась в младенчестве.
Очень глупо. И я искренне желал, чтобы мои домыслы оказались такой же глупостью. Потому что одно дело — быть замешанным в неприятную историю и совсем другое, когда эта история напрямую касается твоей семьи.
Но, увы, слишком гладко все складывалось. И смерть Дэллы, и регулярные наезды Менно в Ро-Андир, и то, что Бертран прочно засел с семьей в горном селении, тогда как статус вожака позволял ему вести вольготную жизнь при дворе. И приемную дочь в людской мир дядька вывозил от силы три раза, да и то не в столицу, а лишь в гости к братьям, никогда не оставляя девчонку без присмотра.
Унго все еще ждал ответа, но вместо этого я забросал его новыми вопросами:
— Что, если дэй Людвиг уже знает имя? Для чего тогда ему бумаги? Чтобы уничтожить их и сохранить тайну? Или чтобы получить на руки неопровержимые доказательства? И если второе, то зачем?
Естественно, товарищ ничего не мог мне объяснить. Как не мог подтвердить или опровергнуть мои подозрения.
Был лишь один способ узнать все наверняка — прочесть дневник Тисби.
Решив остаться в случайно выбранной комнате (стол и стул — самое необходимое — тут наличествовали), я попросил Унго принести сюда бумаги и что-нибудь из съестного и следить за тем, чтобы меня не беспокоили, особенно Яра.
Чтение предстояло неприятное. Во всех смыслах.
Лисанна
На несколько минут я просто оцепенела. Не знала, что говорить, а тем более — что делать. Я не думала, даже не предполагала… Что уж там, в самых жутких кошмарах не могла бы представить, что так бывает. До последнего была уверена, что организм оборотня не справляется с повреждениями из-за большой кровопотери, что Рика ослабили частые путешествия Тропами, а рана гноится и кровоточит, потому что внутрь попала какая-то инфекция. Последнее, впрочем, недалеко ушло от истины, если, конечно, можно подхватить как заразу частичку мира мертвых…
 
О таком я не слышала, не читала, нас не учили ничему подобному. Так что же странного в том, что у меня случился настоящий приступ паники? Если бы саднящее горло было способно на какие-то звуки, кроме сиплого шепота, я кричала бы на весь дом. Если бы Рик не сжимал так крепко мою руку, я уже металась бы по комнате из угла в угол и рвала бы волосы… На его безмозглой голове! Мы были в Лазоревой Бухте, в настоящем городе, где есть настоящие лечебницы, в которых работают настоящие целители, а он притащил нас сюда, в эту глушь! А здесь… Здесь нет ни одного целителя. Кроме меня… Дурак!
Да я сама его убью, чтобы не мучился!
Потому что ничем другим помочь не сумею…
— Надо сказать Джеду, — решила я. — Нужно везти тебя…
— Куда? — спросил он отрешенно, так, словно речь не шла о его жизни.
— Куда-нибудь, где тебе помогут!
— На чем везти?
О-о-о, ну за что мне это?!
— Джед… — Я отчаянно пыталась вырваться, но шаман не отпускал. — Джед откроет Тропу. Он сможет, у него уже получалось…
— Отсюда не откроет.
Ненавижу! Просто ненавижу мерзавца!
Себя не жалеет, так хоть обо мне бы подумал. Что мне делать? Я же не справлюсь. Я точно не справлюсь. И все, останется только искать лопату и хоронить дэя виконта со всеми полагающимися почестями где-нибудь за сараем. А Тэсс меня потом на кусочки разорвет. Она же только лечить не может, а на кусочки — запросто…
— Сана. — Рик потянул меня за руку, заставляя поднять глаза. — Помнишь тот гон? Скажи, ты хоть на миг во мне засомневалась тогда? Подумала, что я тебя брошу?
Я замотала головой.
— Вот и я в тебе не сомневаюсь. А я — шаман. Чутье меня никогда не обманывает. У тебя получится.
— Все равно других вариантов нет. — Я заставила себя встряхнуться: на кусочки так на кусочки, но нужно хотя бы попытаться. — Только сразу скажу: метаморфов я никогда не лечила. А с людьми… С людьми бывали осложнения.
— Серьезные? — бесстрашно поинтересовался раненый.
— Ну-у-у… У тебя может вырасти борода.
— Замечательно, — улыбнулся он. — Наконец-то перестану выглядеть зеленым мальчишкой.
— Или рога, — пробормотала я, потупившись.
— Еще лучше! Появится Менно — я его забодаю. Так что, начнем?
— Да. Как только ты отпустишь мою руку.
Шаман осторожно, как будто опасался, что я от него сбегу, разжал пальцы.
Я тряхнула головой, сбрасывая остатки тревожных мыслей, и потерла ладонь о ладонь. Почувствовав знакомое тепло дара, потянулась к недавно наложенной, но уже мокрой от крови повязке. Разматывать бинты не стала. Прожгла тонкую ткань и легко стянула, открыв потемневшую рану на слабо раздувающемся животе оборотня — неровный, длиной в три пальца разрез чуть ниже пупа.
— Сейчас будет больно, — предупредила я волка.
Пусть помучается за то, как он со мной поступил!
Джед
Не знаю и никогда не узнаю, какими чарами защитил свои записи Натан Тисби, но его жена нашла способ прочесть дневник. Кровь. Универсальное средство. Не кровь девственниц или невинных младенцев — любая кровь: попадая на страницу, она делала видимыми скрытые символы. Анна использовала для прочтения свою, чтобы ни с кем не делиться секретами. Я решил поступить так же.
Разрезал ладонь, сложил лодочкой, дождался, пока наберется побольше алой жидкости, и аккуратно вылил ее в центр пустого листа, первого под обложкой. Кровь впиталась в бумагу, не оставив на ней ни пятнышка, а затем медленно-медленно проступила скрытая надпись. Я пробежал ее глазами и ругнулся сквозь зубы: на странице было выведено имя мага и дата начала ведения записок. И все. А самое плохое то, что спустя несколько секунд буквы стали бледнеть, а вскоре и вовсе пропали.