"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

— Компаньонка? — заинтересовался я.
— Да. Жила при дэйне Анне девица. Сиротка. Хозяйка ее из приюта взяла. Она, Анна, до того как с дэем Натаном случилось, очень, скажу вам, хорошая женщина была. На милостыню никогда не скупилась, храму всякий раз немалую сумму жертвовала. И девчонку вот взяла. Как раз за год до того, как с ее мужем несчастье приключилось. Это ж какая радость была для сироты безродной в хороший дом попасть! Девица-то была премиленькая, а дэйна Анна ей еще и приданое богатое сулила… Да не вышло. Ни приданого, ни красы — волосы огнем пожгло, лицо обгорело. Сам не видел, но сильно, говорили, обгорело…
— А как звали девушку?
— Не припомню уже, — прошамкал расквашенными губами трактирщик. — То ли Оливия, то ли Валерия.
— Виктория! — воскликнули мы с Саной одновременно.
— Точно, Виктория! — обрадовался вернувшейся памяти человек. — Виктория Росс. Хорошенькая такая, чернявенькая… была.
— Вряд ли она успела так уж сильно обгореть до того, как решилась прыгнуть, — задумчиво, словно говоря сама с собой, произнесла княжна. — А хороший целитель уберет свежие ожоги без следа. Кости срастить — вообще не проблема.
И сиротка Виктория — снова красавица. Остается лишь уехать из города на холме, туда, где ее никто не знает, и начать новую жизнь: выйти замуж, сменить имя… Чтобы спустя полтора десятка лет быть застреленной за то, что потревожила старые тайны.
Лисанна
Минувший день был долгим и трудным, насыщенным новостями и событиями, подробный разбор которых решено было отложить на завтра. Мы все устали и нуждались в отдыхе, а я — еще и в хорошем успокоительном. Но ничего подходящего под рукой не было, и, наверное, поэтому мне никак не удавалось уснуть. Яра уже давно сопела на соседней кровати, а я все еще вертелась с боку на бок. Пыталась не думать ни о чем, но мысли гудящими пчелами роились в голове, мешая расслабиться.
В конце концов я поняла, что сон мне грозит лишь в том случае, если удастся отдать кому-нибудь хотя бы половину улья. Оделась и вышла в коридор.
Правильнее было бы поделиться пчелами… то есть мыслями с Джедом, но я не знала, как с ним говорить после происшествия у источников, да и вообще заметила, что жутко теряюсь в его присутствии. А потому решила обсудить свои измышления с Ричардом.
Шаман, как я помнила, взял себе номер рядом с нашим. Я потопталась недолго у двери и, чтобы никого больше не потревожить лишним шумом, без стука вошла внутрь.
— Не спится? — глухо спросили из темного угла комнаты, в остальном достаточно освещенной заглядывавшей в окно луной.
— Джед? — смутилась я. Снова все перепутала! — Прости, я думала…
— Застать здесь Рика? — прозвучало это устало, но насмешка слышалась отчетливо. — Мы поменялись, унери зачем-то понадобилась комната с окнами на север. Найдешь его за дверью напротив.
— А… где Унго?
— Думаю, спит. Я взял ему отдельный номер, хотел побыть один.
— Тебе нехорошо?
Меня тревожило то, как тих его голос, и то, что я по-прежнему не вижу его лица.
— Нет. А тебе?
— Мне? — Я вдруг испугалась. Не знаю чего. Темноты? Его странного тона? Непонятных вопросов? — Со мной все в порядке, если забыть о возможности быть убитой в любую минуту, — затараторила я, спеша сменить тему. — Просто не спалось, все думала…
— О чем? — перебил он меня.
— О Виктории, — с трудом взяв себя в руки, я на шаг приблизилась к его укрытию. — Можно зажечь свечи?
Он не ответил, но что-то зашуршало, а через миг в полной тишине чиркнула спичка.
— Что там с Викторией? — Метаморф, полностью одетый, словно и не собирался этой ночью спать, сидел на кровати. Вид у него был болезненный: заросшие щетиной щеки впали, ноздри широко раздувались от тяжелого дыхания, нос словно стал тоньше, и сильнее обозначилась горбинка.
Еще за ужином он выглядел куда лучше.
— Ты уверен, что нормально себя чувствуешь?
— Вполне. Так что ты хотела сказать?
— Та Виктория… — Я запнулась. Никак не получалось, глядя на него, сосредоточиться. — Та Виктория, которую я знала, никак не могла быть компаньонкой Анны Тисби. Имя совпадает и возраст по документам, но женщина, которую я видела после того, как смерть отняла у нее чужую молодость, была намного старше. И я думаю, что…
 
— Это была сама Анна, — сказал за меня оборотень. — Мы с Риком поговорили еще немного, пришли к тем же выводам. Сиротка Виктория вряд ли успела бы за год в доме Тисби поднатореть в ритуальной магии. А Анна была в курсе работ мужа. После того как его убили — вряд ли магистр по собственной инициативе отправился на встречу с Создателем, — его жена испугалась, что скоро явятся и за ней. Прятаться, когда за дело берутся люди вроде Менно, было бы бесполезно, и она придумала замечательный план. Инсценировала собственную смерть, предварительно высосав жизнь и молодость из юной компаньонки. Вы немного опоздали со своими догадками, дэйни Лисанна. Думать я еще не разучился.
— Она не просто инсценировала свою смерть. — Я сделала вид, что не заметила издевки в последней фразе. — Она убила всех своих людей, тех, кто хорошо ее знал и никогда не перепутал бы с Викторией. Скорее всего, отравила или усыпила еще до пожара. Потом провела ритуал. Перекрасила запавшие в душу трактирщику золотистые волосы в черный цвет, высушила…
Теперь никто не скажет наверняка, как все было на самом деле, но я была уверена, что в своих подозрениях недалеко ушла от истины. Озноб пробегал по коже от мысли, что можно было действовать так методично и безжалостно.
— …полила все вокруг маслом и подожгла. Потом скорее всего обмотала голову какой-то тканью и подпалила ее, чтобы обжечь лицо. Вряд ли просто держала его над огнем. А затем выпрыгнула. Может быть, предварительно дождалась, пока ночевавший в конюшне грум поднимет панику и соберутся свидетели.
— Холодная расчетливая тварь, — с чувством выговорил Джед. — А ты…
— Не такая дура, какой ты меня считал? — Наконец-то представилась возможность вернуть насмешку, но удовлетворения мне это не принесло. — У меня есть еще одно предположение. Насчет того, что может быть скрыто в этих бумагах.
— У меня тоже, — сказал оборотень. — Но говори первая.
— Лучше ты.
— Вместе? — предложил он. — На счет три.
Он поднял вверх палец. Потом второй. Третий…
— Ребенок, — выпалили мы одновременно.
И так же одновременно вздохнули.
Да-а-а…
Джед
Волк всегда просыпался ночью. Раньше я никогда не замечал этого, но сегодня понял. Именно сегодня, когда впервые за всю жизнь остался наедине с темнотой. Это было странно. Необычно. Неприятно.
А потом пришла Сана, и отсутствие зверя вновь напомнило о себе.
Волк чувствует иначе. Глубже, острее. Привязывается сильнее. Запоминает все: запах, голос, прикосновения… А потом злится и мучается оттого, что голос вдруг звучит не так, а к знакомому аромату теплой кожи примешивается резкий запах чужака, как в той комнате в доме Ленсвитов, куда она привела меня…
Человек не замечает этих нюансов, переносит все проще. Даже когда ему прямо заявляют, что хотели бы видеть на его месте другого.
А еще человек способен присмирить неуместные мысли и заставиться себя сосредоточиться на главном.
— Ребенок.
По-настоящему серьезная проблема. И для ее величества Элмы, и для нас.
— Мы с Риком засиделись немного. — Я перевел взгляд с взволнованного лица девушки на трепещущий огонек свечи. — Поговорили. В этой суете не получалось даже обсудить все нормально, подумать… Иначе давно догадались бы. Какие еще тайны может раскрыть кровавый отпечаток? Только тайны кровной связи. Кровного родства. Второй патент был уничтожен не случайно. И этот, как я понял, тоже пытались.
— Виктория… То есть, Анна просматривала вестранские легенды перед встречей с герцогом, — сказала Лисанна. — Легенду о Джанелл. Помнишь эту историю? О девушке, которая отвергла короля, а он пришел к ней под личиной ее возлюбленного? Дэйни Мадлен сказала, что магистр Тисби создавал для Эдуарда личины.