"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

Я поднялся навстречу гостю. Мимоходом взглянул в висевшее на стене зеркало. Из резной деревянной рамы на меня встревожено зыркнул худощавый молодой человек. Небрит, растрепан, рубашка небрежно расстегнута на груди. Вряд ли дэю Роджеру есть дело до того, как я выгляжу, но я все же пригладил волосы и привел в порядок одежду. Как раз успел до того, как дверь отворилась и в гостиную прошествовал высокий грузный мужчина лет пятидесяти. Черные с проседью волосы визитера были заплетены в короткую косичку. Усы тщательно напомажены и подкручены вверх, что придавало его облику некоторую комичность, но при взгляде в холодные голубые глаза нежданного гостя улыбаться совсем не хотелось.
За Лен-Лерроном, подслеповато озираясь, шел невысокий полненький человечек с рыжей козлиной бородкой и косматыми бровями. Этот тоже казался бы забавным, не будь на нем коричневой мантии мага-дознавателя.
— Дэй Селан, я полагаю, — с ходу обратился ко мне Лен-Леррон.
Если поднять архивы нашей семьи, можно легко, всего за час копания в пыльных документах, убедиться в том, что Селаны значились среди моих многочисленных предков. И я носил это имя с гордостью и на законных, с некоторыми оговорками, основаниях.
— Да, именно так. Чем могу служить?
Гость проигнорировал мой вопрос и повернулся к своему спутнику. Толстяк хмуро покосился в мою сторону и кивнул.
— Что ж, дэй Алессандро. Приступайте.
Даже решись я бежать, мне это не удалось бы: одного взгляда мага хватило, чтобы тело сделалось тяжелым и непослушным. Я застыл на месте, и ничто не помешало дознавателю приблизиться. Ноздри защекотал странный аромат — смесь сандала и чеснока — а на запястье защелкнулся ледяной браслет. Но когда я, сбросив оцепенение, поглядел на руку, то успел заметить лишь слабо светившиеся символы. Затем магические знаки будто впитались в кожу — премерзкое ощущение, как и любое, связанное с людскими чарами.
— А теперь поговорим, молодой человек, — после того, как маг скрылся за дверью, дэй Роджер без приглашения развалился в кресле. — Это ведь удобно — назвать вас человеком? Насколько я знаю, метаморфы не возражают против подобного обращения.
— Потрудитесь объяснить… — начал я возмущенно, но голос предательски сорвался на щенячий визг.
Лен-Леррон укоризненно покачал головой.
— Не кипятитесь. Присядьте. Объяснить? Пожалуйста. Вы только что были арестованы полномочным представителем префектуры Велсинга и в ближайший час предстанете перед судом — правосудие у нас вершится быстро.
Услыхав эту дивную новость, я ошарашенно шмякнулся в кресло напротив гостя.
— Два дня назад, — продолжал дэй Роджер, — во время приема в моем особняке было совершено дерзкое ограбление. Некий метаморф, используя вторую ипостась, сумел миновать охрану и пробрался в комнату моей жены. Зная, что облик оборотня, недавно перенесшего трансформацию, не откладывается в памяти обычного человека, грабитель не особо осторожничал, а отсутствие на нем одежды сыграло ему на руку — дэйна Аврора испытала сильнейший шок и не смогла ни помешать наглецу, ни позвать на помощь. Нужно сказать, что план был хорош, преступник знал, что охранные чары из-за находящихся в доме гостей будут сняты, а ограбленная им дама при встрече не вспомнит его лица. Но вор кое-что не учел. Да, все заклинания были деактивированы, но одно, действующее постоянно и наложенное независимо от защитных, сработало. Поймите меня правильно, дэй Селан, я уже почти старик, а моя супруга молода и красива. Я довольно снисходительно смотрю на некоторые вещи, но и оставить жену без присмотра не могу. А потому строго слежу за тем, кто и когда посещает ее спальню.
Я почувствовал, как холодеют вцепившиеся в подлокотники пальцы.
— Пришлось повозиться, чтобы вас опознать, — продолжил гость. — Потом потратить еще немного времени, чтобы выяснить, где вы остановились, и собрать полную информацию.
— Насколько полную? — выдавил я.
— Достаточную, чтобы подтвердить перед законниками вашу личность, — махнул рукой баронет, и я с облегчением вздохнул.
 
Впрочем, облегчение это было временным. Через месяц или два, когда отец, не получив ответа на очередное письмо, начнет меня искать, правда все равно откроется…
И как он воспримет известие о том, что его сын — вор? Что станет говорить обо мне своим детям Берни, если меня отправят в тюрьму? А дядя Грегори? У него, отставного генерала, часто собирались высшие армейские чины — будут ли они наведываться к нему как прежде, когда эта история всплывет? А если какая-нибудь старая грымза из пансиона Солайс, наслушавшись сплетен или начитавшись газет, расскажет обо всем тетушке Мадлен?
— Вижу, вы задумались, дэй Джед. Могу я узнать о чем?
— Конечно. — Я твердо взглянул в глаза гостя. — Мне интересно, зачем вы говорите со мной. Почему пришли лично? Почему выпроводили из дома мага? И, в конце концов, почему я до сих пор не предстал перед вашим скоростным правосудием?
— А вы так к этому стремитесь? Нет? Тогда, может быть, и не придется.
— Слушаю вас.
— Возможно, мы с вами сумеем помочь друг другу, — осторожно начал человек. — Не так давно я попал в щекотливую ситуацию, разрешить которую предпочел бы без посторонней помощи. Но, увы, я не обладаю вашими способностями, а довериться кому-либо… Разве что тому, чья жизнь и судьба целиком и полностью находятся в моих руках.
В груди шевельнулось нехорошее предчувствие, но мне оставалось только изобразить заинтересованность. Был же я заинтересован в том, чтобы выбраться из этой передряги?
— Но прежде позвольте сделать еще одно предположение, дэй Селан. Из того, что я узнал о вас, видно, что вы не стеснены в средствах и на обычного преступника мало похожи. А способ ограбления, который вы избрали, говорит о некотором э-э-э… непрофессионализме. И тогда я решил, что, возможно, вас лично интересовало ожерелье моей супруги. Точнее, один камень из этого ожерелья. Вспомнил, что трижды за последние два месяца у меня хотели его купить… Я с радостью продал бы его, если бы, как вы уже наверняка знаете, не сделал этого ранее. Но меня заинтересовало, чем же бриллиант так ценен помимо своей рыночной стоимости. И знаете что?
Я непроизвольно подался вперед.
— Ничего, — пожал плечами дэй Роджер. — За несколько лет камень сменил десяток владельцев, мне даже не удалось узнать, кому он принадлежал изначально. Знаю только, что у каждого нового хозяина неизменно находились причины для перепродажи. Такое ощущение, что алмаз намеренно не задерживается надолго в одних руках… Он убегает. Убегает от меня и прячется.
— К чему вы заговорили о камне? — спросил я, стараясь хотя бы внешне казаться спокойным.
— Да так, — хмыкнул в усы Лен-Леррон. — Оставим в покое алмаз и его тайны и вернемся к моей печальной истории. Я же могу рассчитывать, что она останется между нами, дэй Джед? Итак, в прошлом году, осенью, я по рекомендации целителей отдыхал на водах в Брейгене. Один. Я имею в виду — без супруги. Пробыл там почти месяц. Грязи, купальни. По вечерам — походы в местный театр, к слову достаточно неплохой для провинции. Свел некоторые знакомства… Думаю, как мужчина вы меня поймете.
Он снабдил выразительным взглядом образовавшуюся после этих слов паузу, и я решился на предположение:
— Речь пойдет о чести дамы?
Мужчина неприязненно поморщился:
— У этой особы нет чести. Меня представили ей на одном из благотворительных вечеров. Обычно я сдержан в эмоциях, но тут… Думаю, это не случайно и были применены некие средства: чары, дурманящий напиток, какие-нибудь специфические духи — мало ли подобных секретов у женщин? Но тогда я был уверен, что это внезапная и искренняя страсть. И в порыве этой страсти я написал два письма. Первое — практически невинное и, за исключением нескольких фраз, вполне пристойное. А вот второе было написано уже после… мм… совместно проведенных вечеров. В том письме я опрометчиво упомянул некоторые моменты нашего общения, которые, как тогда казалось, хотел сохранить в памяти навечно. А теперь и рад бы забыть, но, увы, мне никак не дают этого сделать. Эта дама — не стану пока называть ее имени — появилась в Велсинге в середине зимы. Послала мне записку, попросила о встрече. К тому времени я уже остыл и не желал продолжения знакомства, но из вежливости поехал. Поначалу она прикинулась овечкой, сказала, что попала в бедственное положение и остро нуждается в деньгах, попросила о помощи. Я решил, что разговор пойдет о займе, и готов был оказать ей эту услугу, но…