"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

— Так скажу, Елисей, — забыв, что к их разговору прислушиваются три царевны, две так точно, третья лопала пирожок с малиной, повернулась к нему девушка, — хоть ты и будущий царь, но рано тебе пока знать, что твой батюшка с одним недоделанным колдуном удумали. За отца можешь не беспокоиться, а вот кое с кого станется полезть геройствовать в первый ряд.
— Это так опасно? — мальчишка пристально смотрел на нее.
— А я откуда знаю. Главное, чтобы ядерную бомбу ненароком не сварганили. С них станется. А тогда хана всем, и им, и нам, и басурманам.
— Василиса, — строго произнес царевич, — снова твои секреты.
Девушка потупилась. Вот как ей рассказать ему, что она из другого мира. С одной стороны, с Елисеем они подружились, с другой — кто знает, что ее заставят вспоминать из реалий мира, в котором она родилась и училась. Понятно, что многое она не сможет им рассказать, поскольку просто не знает, что и как. При этом в родной ей медицине могла бы сделать прорыв. Но готовы ли жители хотя бы Городца, не говоря уже о Московии, к новшествам. Еще неизвестно, может, решат отправить ее на тот свет, чтобы чего не того не вышло.
Попытка отмолчаться провалилась. Елисей поднялся из-за стола, заставил девушку встать, взял ее теплый платок и повел за собой на крыльцо. Принцесса и сестры хотели, было, отправиться за ним, но царевич жестом показал им остаться.
— Ну, рассказывай, — когда он убедился, что дверь плотно закрыта, а сами они уселись на крыльце, причем ученицу Яги еще и тулуп заставили набросить, потребовал царевич.
— Что рассказывать? — сделала вид, что ничего не понимает Василиса.
— Все, — усмехнулся он. — Думаешь, я маленький не понимаю ничего. Это батюшка с тобой три минуты пообщался. А я вон сколько. Думаешь, не заметил и слов странных, и манеру речи отличную. Ты не та, за кого себя выдаешь.
— Ну, не то, чтобы, — заметила девушка.
— Тогда рассказывай, кто ты такая, откуда взялась и зачем.
— Зовут меня, действительно Василиса, — со вздохом заговорила девушка, понимая, от приятеля никуда не денешься, все равно все проведает. — Василиса Ивановна Князева. Князева — это фамилия, а не титул.
— Да понял я, — отмахнулся Елисей. — Хотя, не все своими мозгами дойдут. Так что Косте повезло. Ладно, рассказывай дальше.
— Там, откуда я взялась, я собиралась стать врачом, лечить людей. Специально для этого много училась, — девушка печально улыбнулась. — У нас в семье все врачи, начиная с прапрадедушек.
— Как-то ты об этом грустно говоришь, — заметил мальчишка. — Словно тебе чего-то другого хотелось.
— Угу, — Вася только что не хлюпнула носом. — Я рисовать всегда хотела. Пока возможность была, закончила художественную школу, но когда пришла пора выбирать профессию, то пришлось поступать в медицинский университет.
— Погоди, у вас девушки учиться могут? — удивился наследник престола.
— Не просто могут, — улыбнулась Василиса. — У нас все дети с семи лет в школу ходят. Обязательно девять классов учатся. Ну, там, чтение, письмо, математика, счет то есть, языки иностранные, потом специальные предметы, то, что у вас тут алхимией зовется. У нас это физика, химия, биология, потом история нашей страны и других земель, география — наука о странах, еще много всякого. В общем, только-только все в голове хоть немного уложить, да и то многое забывается, если этим всерьез не занимаешься потом.
— Ого, — выдохнул Елисей. — Так ты умнее, чем многие из тех, кто в Европу в университет учиться ездил.
— А много у вас ездит? — удивилась Василиса. Насколько она помнила, в это время Россия была довольно закрытой страной, а уж образование дети бояр и дворян получали на дому, чему священник научит.
— Да прилично. Батюшка думает свой пора открывать, только пока не может с учителями столковаться, больно много просят за труды. Ну да ничего, столкуется. Он уже придумал, как их к нам заманить. А ты не отвлекайся, рассказывай дальше.
— Да дальше почти нечего рассказывать. Пошла я перед началом нового учебного года в магазин. Ну, в очень большую лавку, где всем сразу торгуют, как на рынке, только платишь перед выходом. В общем, пошла за тетрадками, бумагой, чтобы рисовать, и карандашами. А на обратном пути в яму провалилась. Думала, сейчас все кости переломаю. А оказалась в стогу сена.
 
— Как же ты яму-то не рассмотрела? — справедливо удивился Елисей. Вот уж что не заметить сложно.
— Да я на солнце любовалась, — на этот раз Василиса все-таки хлюпнула носом. — Может, знаешь про неполное солнечное затмение?
— Знаю. У нас летом было. Часть солнца только закрывало.
— Вот и у нас часть. Я на него и смотрела… через облака. Очки от солнца дома оставила, и темного ничего не было. Вот и не разглядела, что под ногами.
— Зато теперь понятно, почему тебе удалось к нам попасть, — царевич немного неуклюже обнял девушку, погладил по плечу, утешая. — Жрецы Ярилины мне как-то рассказывали, что есть много миров. И когда в двух из них одновременно падает тень на солнце, то грани размываются, и обитатель одного мира может попасть в другой. Только у нас такого, насколько я знаю, никогда раньше не было. Для того нужно еще сильное колдовство или молитва. А кому охота невесть что в свой мир призывать.
— Вот Мария Данииловна и намолилась, — вздохнула девушка.
— Да тут не только молитва, раз оно так все обернулось, тут и колдовство сильное должно быть, и жрецы руку приложить могли. И как же ты теперь? — Елисей заглянул ей в глаза. — Яга с Кощеем могут попробовать тебя домой воротить. Если понадобится, еще и из жрецов кто к богам взывать станет, чтобы помогли дверь приоткрыть.
— Нет, — Вася покачала головой. — Домой мне пути нет. Яга карты раскидывала да воду смотрела. Раздвоило меня как-то. Одна я сюда провалилась, а другая препятствие заметила да обошла. Так что жить мне теперь с вами, если казнить не решите.
— А за что казнить-то? — искренне удивился мальчишка. — Ты и так будущая Яга, в тебе дар открылся. Если еще и знания твои прибавить — и вовсе равных тебе ведуний не будет, разве что дочь твоя, которой ты все знания передашь, включая те, что нам ведать заповедано.
— Это ты сейчас так говоришь, — заметила попаданка. — А лет так через десять-двадцать, когда сам править будешь, еще неизвестно, как все изменится.
— Вась, даю слово наследника, что никогда не причиню тебе вреда сам или через третьих лиц, но буду защищать, насколько это в моих силах, и будут мне все боги свидетелями.
Гром не грянул, молния не сверкнула, но чувствовалось, боги приняли эту клятву и покарают того, кто ее нарушит.
— Да я и так тебе верила, — покачала головой ученица бабы Яги.
— И все равно. Так-то ты права, мало ли кому что в голову придет. Встанет какой боярин утром не с той ноги, не понравится ему твое зелье опохмельное, и решит извести тебя. А тут раз и воля царская преградой встанет.
— Вообще-то лучшим зельем с похмелья рассол считается, даже в моем мире при наличии выбора все его предпочитают.
— Да знаю, — отмахнулся мальчишка. — Сам не пью, ты не думай, но наслышан. А рассол пробовал, мне больше с капустки нравится, хотя многие предпочитают огуречный.
— Это у вас еще помидоры не растут?
— Помидоры, — не понял Елисей.
— Ну, томаты, такие овощи, у нас их из Нового Света завезли.
— Кажется, не растут. Но можем завезти, — ухмыльнулся Елисей, — если они у нас расти будут. Хотя, думаю, ты того, что не приживется, не посоветуешь.
Василиса лишь улыбнулась, попыталась щелкнуть его по носу, но не вышло — соперник увернулся. Зато настроение стало улучшаться.
Тем временем из горницы донесся громкий мявк, после дверь распахнулась, и из дома вылетел ошалелый Васька. Перепрыгнув через беседующих, он извернулся, словно был обычным дворовым котом, а не раскормленным любимцем Яги, и в два прыжка оказался на крыше. Василиса и Елисей с удивлением проследили за таким кульбитом, после чего переглянулись.
— Киса, — услышали они младшую царевну, — киса, где ты. Выходи, киса, давай играть.