"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

— Тебя не проведешь, — хмыкнул Жозе. — Но раз уж я первым завел этот разговор, давай доведу его до конца, а ты уже делай свои выводы.
— Только прошу тебя, не переводи… э-э-э… курс на всех испанцев чохом. Говори о конкретных людях.
— Как хочешь, — сказал Дуарте. Заглянул в опустевший стакан, налил себе рома и выпил еще, хотя и так уже был «под подогревом». — У моего отца был компаньон. Как-то отец занял у него четыре тысячи реалов. Дело в порядке вещей, они друг у друга часто занимали деньги под разные сделки. Отец провернул свое предприятие, честь честью отдал долг, да вот незадача: не успел оформить возврат денег на бумаге. Заболел. И на следующий день умер. Через день умерла мать. А еще через день контору опечатали, имущество описали и продали якобы за долги. А когда оценщик объявил, что стоимость имущества не покрывает стоимости долга, — это Дуарте сказал с такой ядовитой иронией, что Галка мрачно усмехнулась, — с торгов продали меня. Единственного наследника, слишком хорошо знавшего подоплеку дела.
— А этот испанец?
— Сын компаньона моего отца. Было время, когда я называл его братом… Выпьем?
— Ты поаккуратнее с ромом, особенно в таких делах, — предупредила его Галка. — Думаешь, он тебя узнал?
— Не знаю, и это меня бесит.
Разговор состоялся две недели назад, но настроение Дуарте никак не желало улучшаться. Даже отплытие с Мартиники ничего не изменило. Португалец стал, мягко говоря, слишком часто заглядывать в бутылку, а сильно пьющий капитан на корабле — жди беды. Потому Галка попросту запретила ему пить до возвращения на Тортугу. В общем-то это мало что изменило. Дуарте все равно был мрачен, как грозовая туча, хоть и трезв. Когда брали на абордаж намеченную жертву — испанский галеон, перевозивший золото и серебро из Маракайбо в Санто-Доминго, — оставался отменно спокоен. Что на него вообще-то не очень было похоже. А на Тортуге сорвался, ушел в запой. Такого не могли припомнить даже те, кто горбатился с ним вместе на плантации. Как друзья ни старались его расшевелить, ничего не выходило. Но этим утром капитан «Дианы» явился трезвым, чисто выбритым и одетым с иголочки. Со стороны — так и вовсе настоящий испанский идальго.
— Я в порядке, капитан, — сказал он, заметив вопросительный взгляд Галки. — Все прошло, честное слово.
— Точно прошло? — Да, внешне все было замечательно, но Галка-то чувствовала в нем напряжение. Дуарте сейчас был как натянутая струна. Чиркни ножиком — и все.
— На какое-то время, — честно признался Жозе. — Не волнуйся, Алина, это не помешает мне в бою.
— Рвешься в следующий рейд? — хмыкнула Галка. Она сейчас как раз читала корреспонденцию, накопившуюся за время ее отсутствия в Кайонне. И среди писем было одно весьма интересное, грозившее обернуться неплохой прибылью. — Придется подождать, брат. Пока вы с Причардом брали галеон на абордаж, нас порядком издырявили эти клятые фрегаты охраны. Пока все корабли не будут в полной готовности, я из бухты не выйду.
— А я и не спешу. — Дуарте присел на резной стул — мебель на «Гардарике» была еще испанская, наследство от прежнего капитана. — Просто у меня возникла неплохая идея. Дай, думаю, поделюсь ею с тобой, вдруг понравится.
— Предлагаешь совместить приятное с полезным? — усмехнулась Галка. — То бишь личную месть с прибыльным рейдом? Что ж, это интересно.
— Дело в том, что контора… э-э-э… одного моего старого знакомого расположена в Картахене…
Вот с этого все и началось.
Я дрейфую, как корабль при полном штиле. Дрейфую по течению.
Что же изменилось во мне за эти два года?
Да, я освоилась в этом непростом веке хотя бы потому, что и в своей эпохе не жила, а выживала. Но там мне не приходилось для этого убивать. А здесь… Я — пиратский капитан. Я — заложница собственного положения. Потому что если я откажусь от рейдов, команда разбежится, и я в лучшем случае просто останусь голодной, никому не нужной. В худшем меня повесят на первом же суку. Испанцы — народ не только прижимистый, но и злопамятный. Вот и ношусь по Карибскому морю в поисках очередной жертвы. Моего имени боятся теперь не меньше, чем боялись имени Моргана. И иногда мне начинает казаться, что это месть сэра Генри. Проклятый пират наверняка смеется в аду, видя, как я стала его фактической наследницей… Это как лабиринт. И я пока не вижу выхода из него. Ариадна, ау! Дай мне свою путеводную ниточку…
 
Джек говорит, что я когда-нибудь найду свое предназначение. Лучше бы раньше, чем позже.
2
— Пятьдесят тысяч?
— Да, сумма именно такова. Испанцы могли бы, впрочем, предложить и больше, не обеднели бы.
— Это целое состояние. Пятьдесят тысяч за живую и двадцать за мертвую… Не многовато ли за бабенку, цена которой от силы полторы сотни песо?
— Сразу видно, что вы недавно из Европы и не в курсе наших дел. Эта, как вы выразились, бабенка…
— …обходится казне куда дороже означенной вами суммы. Хорошо, экселенц. Я возьмусь за это дело… Говорят, она не в ладах с англичанами. С каких пор?
— С тех самых, когда сожгла их линкор с Морганом на борту.
— Молодая волчица сожрала старого волка, только и всего.
— Тем не менее она опасна. Опасна как раз тем, что слишком независима, и ее дальнейшие поступки малопредсказуемы. В данный момент она служит Франции, но я не обольщаюсь на этот счет. Французы пригрели на груди змею, и она рано или поздно их ужалит. Впрочем… Если вам удастся нейтрализовать эту даму, не прибегая к крайним мерам…
— Если верить тому, что вы сейчас мне наговорили, она не станет вам служить.
— Тем хуже для нее.
3
Услышав слово «Картахена», Джеймс несколько секунд смотрел на этих двоих как на сумасшедших. Но затем мелькнула мысль: а почему бы и нет?
— Что и говорить, предприятие смелое. Рискованное, — сказал он, глядя на свою жену. — Я бы даже сказал — чрезмерно рискованное.
— Ну, Джек, ты же меня знаешь. — Галка весело улыбнулась. — Безнадежных дел я не затеваю.
— Я не о том, — сказал Эшби. — Кто предложил такую идею? Ты или Жозе?
— Я, — прямо сказал Дуарте. Ну не умел он лавировать между рифов в словесных баталиях, что поделаешь. — Если Моргану удалось взять Маракайбо и Панаму, почему мы не можем взять Картахену? Я там жил четыре года и знаю город.
— Подождем Билли. — Эшби хоть и не был капитаном, но его слово на совете значило немало. Все-таки кадровый военный. — Если он явится с хорошим уловом, тогда можно будет о чем-то говорить. Если нет…
— …придумаем другой план, только и всего, — подмигнула ему Галка.
— Авантюристка, — усмехнулся Джеймс, когда Дуарте ушел с квартердека. — С кем я связался?..
— Дорогой, ну должна же я сделать любимому мужу хоть какой-то подарок к годовщине свадьбы. — Галка поддержала его игру и весело рассмеялась.
Она смеялась, но на душе у нее было не так уж радостно, как хотелось бы. И Джеймс об этом знал.
Вообще-то он был единственным человеком, кто знал о Галке если не все, то все существенное. Включая и истинную историю появления на необитаемом острове двоих русских. Она боялась недоразумений, но Эшби оказался человеком вполне практичного ума. Доказательство — мобильный телефон, из которого на последних крохах энергии Галка выжала максимум возможной информации — его вполне удовлетворило. После этого многое для него встало на свои места. Сразу нашли объяснение кое-какие странности. Жена, кроме всего прочего, рассказала ему вкратце историю будущих столетий — ту, которую знала. И тогда он выдвинул предположение, что она здесь объявилась вовсе не случайно, а очень даже целенаправленно. «Пусть так, — ответила тогда Галка. — Я не знаю, КТО это с нами сделал, и знать не хочу. Единственное, что меня действительно интересует — зачем. Я хотела бы разгадать эту загадку». — «Не мне судить о намерениях Всевышнего, — ответил ей Джеймс. — Однако я уверен, что если ты оказалась здесь не случайно, то рано или поздно возьмешь нужный курс». С тех самых пор, когда ушла последняя тайна, разделявшая их, Галка могла доверять мужу безоглядно. Он и правда был надежнее любого сейфа.