"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

— Ох, милая, давай твое средство расчудесное, — оживилась бабка, — а я твоей доброты век не забуду.
Девушка подошла к одному из шкафчиков, открыла, сделала вид, что что-то долго ищет, потом достала маленькую глиняную баночку, коих по ее рисунку наделал в большом количестве гончар с соседней улицы. Закрыла шкафчик и вернулась обратно.
— Вот, Матрена Поликарповна, — чуть наклонившись к ней, с серьезным видом прошептала Василиса. — По десять капель в день во время еды, и хвори как рукой снимет.
— Спасибо, внучка, — бабка схватила бутылек и спрятала за пазуху. — Молиться за тебя буду.
— Не стоит, бабушка, будьте здоровы.
Будущее светило медицины сопроводило пациентку до калитки, там вежливо с ней распрощалось, после чего вернулось в терем.
— Василиса, — строго произнесла Яга, глядя на довольное лицо девушки.
— Уважила бабушку, — спокойно доложилась девушка. — Выслушала все ее жалобы, причитания, ахи да охи, посочувствовала, лекарство дала, чтобы бегать она могла резво.
— Да куда резвее-то? — покачала головой кощеева нянька. — Она ж и так за день город раз десять оббежать умудряется. Молодые лошади завидуют.
— Так тут вопрос не как бегать, а куда, — многозначительно произнесла девушка. — Можно сказать, бабка Матрена на пару дней нейтрализована.
— Маловато, на пару дней, — вздохнула ее наставница.
— Хватит, — раздалось от двери. Женщины повернули головы, чтобы увидеть, как Кощей старательно счищает снег со штанов и валенок. — С завтрашнего дня скорбная седмица объявлена. Службы по невинно убиенным от рук басурманских пойдут. А там и вовсе пост начинается. Так что много народу по трактирам сидеть не будет.
— Все равно будут, — покачала головой Яга. — А раз будут, то и к нам будут пропоец до чертиков наклюкавшихся приводить.
— Погодите, — Василиса встала, прошлась по горнице, потом посмотрела на всех и счастливо улыбнулась. — Ведь можно же будет объявить, что тех, кто до чертей упился в такие дни, Господь наказал. Мол, установления церковные нарушили, предков не почтили, еще что-то в том же духе. Ведь тут важно не то, что произошло, а как народу это преподнести.
Яга и Кощей переглянулись, потом дружно уставились на девушку.
— Вась, надо тебя к Елизару отвести, — после продолжительного молчания изрек Костя. — Вы с ним быстро договоритесь, что к чему. И откуда ты во всем этом разбираешься только?
— В том мире, откуда меня сюда забросило, даже дети в этом разбираются, — пожала плечами девушка. — Вот только не надо меня в политику. Так, пару советов дать я еще согласна. Но чтобы каждый день в этом барахтаться — увольте. Не мое это дело. Да и не гоже, чтобы лекарка государством управляла. У вас на то царь и бояре есть. Их дело — править, мое — лечить.
— Вообще, боярское дело — думать да советы давать, — поправил ее Костя. — А уж следовать им или нет — то царь сам решает. Может, как лучше для всех поступить, а может, как самому захочется.
— Издержки абсолютной монархии, — улыбнулась попаданка, после чего пошла наверх, в свою комнату.
Костя только улыбнулся вслед девушке. Яга же, покачала головой, а потом принялась собирать на стол. Ушел-то мальчик ее рано, а сейчас уж сколько времени, обедать пора. Василиса почти сразу спустилась вниз, только стащила юбку, благо в доме посторонних нет, да убрала тетрадь, и принялась помогать хозяйке. Но не успели они сесть за стол, как в ворота вновь постучали.
Василиса уже метнулась к лестнице, но Яга остановила.
— Погоди, сама схожу.
Девушка осталась в сенях возле маленького оконца. Вот хозяйка спустилась с крыльца, подошла к воротам, отворила небольшую калитку. Во двор прошел молодой служивый в форме царской охраны.
— Кощея Бессмертного царь Елизар Елисеевич к себе требует, — гаркнул он что было сил.
Костя поморщился.
— Вот что ему неймется. Был же утром, так опять тащись.
Василиса вздрогнула — так близко стоял к ней мужчина. Между тем Яга что-то сказала посыльному. Тот ответил. Женщина топнула ногой. Мужчина покосился на терем, после что-то начал объяснять, но, видимо, взгляд Яги был красноречив, или она что-то еще сказала, но было видно, как посланник сдался. Перебросившись с гонцом еще парой фраз, кощеева нянька поспешила к терему, а служилый покинул двор и направился в сторону царского подворья. Два шпиона, не сговариваясь, отступили в горницу и поспешили накрыть на стол, словно и не выглядывали только что из окошка, следя за спором хозяйки и посыльного.
 
— Вот же люди, — вошла в дом Яга. — За такой ерундой посылают.
— А что случилось? — напрягся Кощей.
— Да Елизар гонца прислал, мол, в городе появились первый, кому черти после выпивки видятся, — отмахнулась Яга. — А то мы не знаем. Так и велела этому хлопцу передать, что ты и так понятие об энтом имеешь. Ежели кто упьется до состояния непотребного напитком неведомым, тех к нам что б несли на двор. Мы им противоядие дадим, а потом могут ступать на все четыре стороны. А то привыкли, чуть что не так — сразу Костю к царю. Как будто никого больше нет. Бояр бы своих послал делом заниматься, а то только и могут, что по терему шастать, да бредни всякие нести. Толку от них, что от козла молока…
— Нянюшка, — окликнул ее колдун, — ты говори, да не забывай, что и я царев слуга. Коли приказывают пред царски очи явиться, приказ сполнить должен. А ты заботой своей мало того, что перед царем меня в неприглядном свете выставляешь, так еще и поводы для сплетен даешь, что Кощей Бессмертный без дозволения няньки своей и шагу ступить не может. Этак скоро весь город потешаться начнет, бабка Матрена первой будет.
— Допустим, бабке Матрене пока не до того будет, — улыбнулась Василиса. — Я ей средство хорошее дала. А то жалуется, что ходить не может. Так пусть побегает.
— Это какое такое средство?
— А настойку из корня ревеня с льняным маслом перемешанную.
— Василиса! — хором воскликнули Кощей и Яга.
— Вася, — уже тише, но обеспокоено произнес Костя, — ты же убьешь ее.
— Такую? — искренне удивилась девушка. — Скорее сама помрет, от любопытства, что все интересное пропускает, с одного конца участка на другой бегая.
Мужчина вновь посмотрел на девушку и рассмеялся. Ну почему им раньше не приходил в голову такой простой способ убрать подальше вечно сующую нос, куда не просят, бабку Матрену, да и особо рьяных бояр в придачу.
— Надо будет Елизару подсказать, что с особо ретивыми боярами делать, — улыбнулся Кощей. И почему-то девушка почувствовала уверенность, что ее метод будет одобрен и не раз использован.
До конца дня к терему привезли еще с десяток решивших попробовать новинку в кабаке. Кто-то выпил медовухи, кто-то самогона, а одному старику не повезло с квасом. Им давали зелье, оставляли тех, кто здоровьем слаб, в сараюшке, а мужиков крепких и вовсе на дворе, дабы быстрее трезвели. Как только те приходили в себя, уходили сами или с ожидавшим их провожатым, кой заодно рассказывал, что чудил несчастный любитель перехватить стаканчик-другой-третий.
Стоит ли говорить, что кабатчики, почуяв неладное, и сами начали проверять свои запасы. Несколько человек лично пришли к Яге на поклон, чтобы выдала она им свое средство чудодейное, наваждение прогоняющее. Мол, будем сами запасы свои пробовать, а ежели что не так пойдет, на месте зелье лекарственное и примем. Кто-то просто опрокидывал приобретенные у сомнительных поставщиков бочки в выгребную яму, от греха подальше. Но сколько таких честных было по городу? Десятка два, не более, а кабаков? Потому после ужина Василиса с Ягой вновь отправились в избушку варить зелье, на этот раз на два котелка. Много — не мало. Стоять оно может долго, а если и придется потом вылить, не страшно. Хуже, если не хватит. К тому же некоторых кабатчики просили кощееву няньку сварить им зелья впрок. Мало ли не уследят, или кто в проверенную бочку чего непотребного добавит, так они быстренько незадачливого любителя выпить на ноги поставят. Все не по морозу людям бегать, по ночам лекарей дражайших не тревожить.