"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)
Длинная комната была складом. Множество грузов, ящиков и различных коробок стояло вдоль стен на сварных металлических стеллажах. Больше всего оказалось оружия; но нашлись и лекарства — индивидуальные аптечки, и комплекты бывшего когда-то новеньким обмундирования, и сапоги. Многие вещи были подпорчены временем, их скалолазы безжалостно швыряли на пол. Отбирали только самое ценное, самое необходимое в тайге. В поселок решили не возвращаться — тамошние находки, что были отложены «на обратный путь» потеряли всякую привлекательность. В огромной комнате, казалось, было все, кроме продуктов.
Отдельно отбирали оружие и боезапас. Отложили четыре ящика гранат и множество цинков с патронами — они уже убедились, какой это дефицит в здешних краях. Женька застелил брезентом угол и разложил там, выбирая, бронежилеты, несколько моделей пистолетов и автоматов, ракетницы, гранатометы, пулеметы ручные и станковые, карабины, винтовки, миномет… Здесь было много больше «добра», чем они могли забрать с собой, даже на двух тракторах, даже с прицепами. Собственно, так много оружия и не требовалось. Посовещавшись, ребята решили взять на всех укороченные автоматы с откидными прикладами — в рукопашной такой, конечно, мало на что годился, но зато весил меньше, и его можно было спрятать под одеждой. Пистолеты выбрали одной модели, что-то вроде «стечкина», приспособленные под стрельбу и одиночными, и очередями. К такому пистолету прилагался оптический прицел и съемный приклад, но таких комплектов взяли только два — просто на всякий случай. Три снайперских винтовки, четыре легких гранатомета со странным названием «Мальвина» — Димке очень понравилось это оружие, патроны к нему были не крупнее сигнальной ракеты, и заряжалось оно наподобие полицейского помпового ружья, до пяти зарядов под ствол. Ручные пулеметы и тяжелый гранатомет решили не брать вовсе. Противогазы все были старые — резиновые маски, закрывавшие целиком лицо; плащи химической защиты тоже не годились — от времени на ткани появились трещинки. Взяли коробку сигнальных ракет со шнурами, что используются как детская хлопушка, без самой ракетницы, и еще боеприпасы, и, наконец, нормальную обувь на всех, и…
Вскоре возле подоконника громоздилась внушительная груда ящиков и цинков. Женька, отдуваясь, примостил на самый верх турель со счетверенным пулеметом и две коробки с лентами.
— Хватит, Женька, остановись. Мы еще прицепы не нашли и второй трактор не опробовали.
Женька с сожалением выпрямился. Затем снова нагнулся к стеллажам, вскрыл какой-то ящик, раздраженно махнул рукой и закрыл его снова.
— Ладно, пошли. Жаба давит. Неплохо бы тут еще вокруг пошерстить. Где-то у них должен быть и продовольственный склад, и… — Он снова посмотрел на стеллажи. — Но теперь-то я точно раскручу второй трактор.
Продовольственный склад, расположенный в полуподвале, уже мало походил на склад. Хлопья какой-то осклизлой дряни покрывали деревянный пол, вернее, его прогнившие остатки. Ни крупу, ни муку использовать было невозможно. Рыбные консервы вздулись, что означало их полную непригодность, но зато большая часть тушенки и сгущенного молока оказалась вполне съедобной. Ни тушенка, ни молоко не испортились — только несколько нижних банок проела ржавчина. К великому счастью Димки нашли табак. Он тут же полез курить на крышу — там, на ветерке, не было ядовитого тумана и можно было, не рискуя, снять противогаз. Женька остался вытаскивать ящики с молоком, для чего ему пришлось сдвинуть в угол несколько лежавших на полу скелетов с остатками военной формы на костях, но такие мелочи давно уже никого не смущали.
Следующую ночь они ночевали в гараже, чувствуя, как саднит кожа лица и рук, понимая, что нужно отсюда убираться. Как можно скорее добраться до чистой воды и хорошенько вымыться.
Еще один полный день они сортировали груз, искали прицепы и приводили в порядок второй трактор. Женька долго выбирал между лишней бочкой соляры и возможностью взять на прицепы мотоцикл, но выбрали все-таки горючее.
Работали торопливо, жадно, чувствуя, как пригодится это богатство в пути. Работали весь световой день не отдыхая. Сначала самое необходимое, затем, до упора, горючее и боеприпасы.
Управились затемно, но чтобы не ночевать здесь еще одну ночь, скалолазы тронулись в путь поздним вечером.
Гусеницы печатали четкий след на отдыхавшем тридцать лет гнилом асфальте, прицепы колыхались, тащились следом, обтекая свежими каплями масла — Женька, не жалея, вылил в ступицы целую бутылку. А над мертвыми верхушками сосен, окружавших аэродром, угасал малиново-алый закат. Тайга вокруг как будто прислушивалась к давно забытому рокоту.
По заброшенной дороге двигались трактора.
ГЛАВА 30
— Это была нечистая сила.
— Настя, любушка, нечистой силы не бывает.
— Нет, все равно хорошо, что ты их ни о чем не спросил. Я этих ребят каждую ночь вспоминаю. Я бы, наверное, не то что следом, я бы и ехать с ними не смогла.
— Из электрички вышла бы, что ли?
— Зачем? Ушла бы в другой вагон. Если б ноги послушались.
Сергей почувствовал, что он силен и храбр.
— На самом деле ничего особенного. Проводил, на подъезд посмотрел, да и вернулся. Только варенье зря таскал, потом плечо болело.
— Нет, все равно ты молодец. Господи, в лифт с ними зашел. Кошмар какой. А если б они тебя там прибили?
— С чего это вдруг? Они же меня и не видели никогда. Хотя посмотрели странно.
— Не видели, — Анастасия села на кровати, задумчиво обхватив руками колени, — почем ты знаешь, что они видели. Может, они в темноте видят как кошки.
— Ерунда. Обычные люди. Вообще, надо как-нибудь собраться да сходить к тому оврагу еще раз. Днем. Посмотреть, что там за кольца такие.
Настя молча покрутила пальцем у виска. Сергей обиделся.
— Ничего подобного. Ночью да, страшновато, днем я бы сходил. Интересно даже.
— Сережа, ты что, забыл, как это было? Это ведь не шутка была, и не кино. Я тебе точно говорю, там настоящая нечистая сила живет. Пропадешь или порчу напустят. Обернутся эти четверо волками и сожрут. От волков в кустах не отсидишься. Или в болоте утопят.
Сереге стало не по себе. Не от перспективы быть съеденным, в оборотней он действительно не верил, от общего настроения, от уверенно-испуганных ее слов. В принципе, идти к оврагу он и не собирался. Так, обсудить с Настей возможность такого похода, послушать, как его будут отговаривать, похорохориться немного… и согласиться не ходить.
— Обещай, что без меня туда не пойдешь.
— Чего это вдруг?
— Нет, обещай. Сережа, я же спать спокойно не смогу. Обещай, что обязательно возьмешь меня с собой.
— Нет, Настя.
— Обещай. Обещай, а то придушу. Вот так.
Сережка легко разжал ее страшные руки, засмеялся и сказал:
— Хорошо. Обещаю.
— Нет, ты торжественно обещай. Скажи: ни за что на свете не пойду к этому оврагу без моей любимой Насти, клянусь ее здоровьем.
— Ни за что на свете не пойду к этому оврагу без моей любимой Насти, клянусь ее здоровьем.
— Ну вот и все. Слава Богу. Об овраге теперь можешь забыть, потому что я-то туда точно не пойду, ни за какие коврижки. — Голос у Насти предательски дрогнул. — Ни с тобой, ни даже с полицией.
Сергей понял, что его обдурили. Впрочем, в чем-то это было даже хорошо. Можно было забыть об овраге с чистой совестью.
— Зря, Настена. Нечистой силы не бывает. Вообще, понимаешь?
— Ну, как это не бывает? Вот у тебя сила есть? — Настя улыбнулась.
— Есть.
— А если тебя неделю не мыть, у тебя будет нечистая сила.
Сергей засмеялся.
— Разве что так. Намекаешь, не сходить ли нам в душ?
— Намекаю.
— И спинку мне потрешь?
— Как получится. — Анастасия широко раскинула руки: «обнимайте меня».
Сергей поднял свою драгоценную ношу и понес ее в ванную.
Известие о тракторах с наибольшим энтузиазмом воспринял Мирра. Пешие прогулки давались карлику нелегко, и теперь он блаженствовал, свесив с прицепа кривые ножки. Временами он начинал ерзать, что-то поправлять и вымащивать в созданном им «гнездовище-седалище», затем снова замирал и щурился на дорогу, осматривая ее сразу и назад, и вперед. Неизбалованный, как прочие, трамваями, машинами и поездами, Мирра, как выяснилось, очень любил кататься, и тряский бульдозер казался ему вершиной техники.