"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

Запасов еды, конечно, нигде не нашлось. Гера обратил внимание на то, что собаку не съели, и это действительно было странным. Но ломать себе голову над здешними загадками никто не хотел. Закоченевшую, но уже тронутую разложением тушу пса Игорь оттащил к ближайшему оврагу и спихнул вниз.
Хотелось вымыться, согреться и уснуть. Из колодца натаскали воды — сколько нашлось чугунов и ведер, и вскипятили ее в печке. Подмели и слегка убрали комнаты, соорудили подходящую «братскую» постель, поели горячего. Закрыли окна и двери, и все провалились в сон.
Караулить оставили Ромку.
Первое, что увидел Женька, когда открыл глаза, был Мирра. Сон исчез мгновенно. Ромка сидел возле окна в странной позе — запрокинутая голова и отвисшая челюсть; на полу рядом с ним валялся автомат. Женька мягко потянул из-под рубахи оружие, одновременно оглядывая комнату, насколько это было возможно сделать, не поворачивая головы. Мирра — упырь из ночного кошмара, сидел на стуле посреди комнаты, скрестив короткие ручки на животе и глядя в потолок бельмами своих жутких, огромных, раскосых глаз. Казалось, он ничего не замечал, но Женька знал, что это не так, как знал и то, что кошмарного гостя зовут Мирра, и не удивлялся этому своему знанию. Пистолет удобно лег в ладонь; плавным движением большого пальца, кожей убирая щелчок, Женька снял его с предохранителя и рывком вскочил, оглядывая комнату — ничего необычного. В следующую секунду в лоб Мирре смотрел тусклый зрачок ствола.
Мутант никак не отреагировал на это движение. Глаза его продолжали блуждать по комнате, короткие пальчики шевелились. Женька медленно подошел почти вплотную к гостю, глядя на него через прорезь мушки. И тут Мирра улыбнулся. Это было жутко. Завораживающе жутко. Так мог бы улыбаться удав, если бы удав умел улыбаться. Затем Мирра поднялся, протянул свою коротенькую руку и взял у Женьки пистолет.
А Женька вдруг понял, что Ромка спит, просто спит, что с ним ничего не произошло. Даже похрапывает немножко. И что невежливо тыкать в гостя пистолетом, не поинтересовавшись, зачем он к вам пришел.
Мирра покрутил пистолет в своих пальчиках, как причудливую, ненужную безделушку, не пытаясь взять его по-боевому, и снова протянул Женьке. Тот молча принял оружие и засунул его за пояс. Какое-то время они внимательно друг друга рассматривали. Женька впервые почувствовал пульсацию и мысли чужого мозга; ощущение было незнакомым и очень странным. Сила от этого карлика исходила огромная, но никакой угрозы в ней не было. Мирра начинал ему нравиться. Карлик, похожий на монстра из фильма ужасов, в свою очередь, пытался сфокусировать на Женькином лице свои непослушные, подслеповатые глаза. Они все время соскальзывали в какую-то странную, бессмысленную пляску. Казалось, глаза жили отдельной, собственной жизнью — зрачки блуждали по крупным, красными жилками пронизанным белкам, сходясь и расходясь в разные стороны, иногда случайно набредая на Женькино лицо, и тогда в них, пробивая студенистую кожицу бельма, вспыхивали искры.
— Вас зовут Мирра? — спросил наконец Женька.
Карлик кивнул. Маленькие его пальчики сплелись в подобие чаши, и Женька ощутил, как вязкой, ватной волной на него наплывает чужое биополе. Он и сам умел делать нечто подобное, но его воздействие было намного, в несколько раз, слабее. Он, однако, постарался «поймать шарик», почувствовать собственную силу и направить ее встречь. Получилось плохо, даже рук не разогрел, но кое-что получилось.
Бархатистое прикосновение, шелковая кисточка из пустоты, мягкое движение кошачьих лап, готовых мгновенно ощетиниться когтями жесткого болевого блока. Карлик снова удовлетворенно кивнул и раскрыл черный щербатый рот. Зубы у него были отвратительные.
— Здравствуйте. — Голос у Мирры оказался сиплый и тихий, но слова слышались очень отчетливо. — Ваш часовой спит, я его не обижал. Вы, пожалуйста, меня не бойтесь.
— Да я, в общем… Постараюсь не бояться. — Женька усмехнулся и еще раз оглядел комнату. Окна были наглухо закрыты, входную дверь подпирала та же палка, что и накануне. — Если не секрет, как вы вошли?
 
— Я, с вашего позволения, местный. «Ни хрена себе местный, — подумал Женька. — Нечистая сила, что ли?»
— Нет, что вы. Какая нечистая сила? Я, с вашего позволения, мутант.
Женьку передернуло. Он же молчал. Или начал говорить вслух? Или…
— Совершенно верно, — Мирра опять улыбнулся своей жуткой улыбкой, — я могу слушать мысли. Или читать мысли, как вы это обычно называете. Это качество как-то компенсирует мою внешность.
Женька несколько раз растерянно моргнул. Судя по всему, заявление гостя было правдой. Это что же значит? Господи, надо бы повежливее о нем думать, а то ведь обидится… Зря обидится, но как же думать вежливее, когда думаешь о том, что надо думать вежливее, да еще о таком красавце? Сейчас как полезет в голову всякая дурь…
— Не волнуйтесь так, я привык. Собственно, я даже не привыкал, подобные казусы окружают меня от рождения. А думаете вы как раз хорошо и говорите честно. С вами очень приятно общаться, Женя.
Вежливый монстр. Со мной говорит очень вежливый монстр. Надо бы называть его помягче, что-нибудь нейтральное, лилипут, например. Или Квазимодо. Квазимодушка. Квазимордушка. Хотя все равно он все слышит. И мою попытку отлакироваться тоже слышит. Неудобно как… М-да. Так откуда этот парень все-таки взялся, и что ему от нас нужно? Судя по всему, он мог нам здорово напакостить. И не сделал этого. Уже хорошо. Уже спасибо, такое здесь не часто встретишь.
— Совершенно верно, Женя. Для здешних взаимоотношений подобная терпимость — нонсенс. Хотя столь необычных людей, как вы, да еще в таком количестве, я тоже вижу в первый раз. Так что мой интерес к вам вполне понятен и объясним. А наносить вам какой-либо вред я действительно не собираюсь.
Надеюсь, это не ловушка. Пистолет он отдал, хотя стрелять наш красавец, похоже, не мастак, так что ему пистолет и не нужен. Ему же мало пистолет взять, ему надо еще и глаза в одну точку направить. А может, тут еще парочка таких же ласковых с топорами прячется? Кстати, почему все спят? Так крепко спят…
— Это я не даю им проснуться, Женя. Вы меня извините, я не хочу, чтобы нашему разговору мешали. Девушки обычно начинают нервничать. Кроме того, я плохо слышу мысли, когда они скачут или когда думают сразу несколько человек. Это получается как бы… слишком шумно. Вы не волнуйтесь, я здесь один. Совершенно один.
Женька толкнул ногой Игоря и Димку. Игорь промычал что-то невнятное и перевернулся на другой бок.
Димка зашевелился и сел на постели. Глаза у него были осоловевшие.
— Возьми автомат и встань в коридоре. Если увидишь постороннего, сразу стреляй. Сразу, кто бы ни шел. Мирру — вот этого — пока не трогать, оружие в его сторону не направляй.
Димка широко и сладко зевнул.
— Оуа-а… Мамочки, кто это? Женя, где ты взял такого лапушку?
— Дима, заткнись и выполняй.
Димка, покряхтывая, встал в коридоре с автоматом на изготовку.
Мирра благодушно смотрел на все эти действия, скрестив на животе коротенькие ручки. Глаза его то и дело разъезжались то вниз, то в стороны, кожистая складка под подбородком подрагивала, как зоб у ящерицы.
— Вы же мне верите, зачем эти предосторожности?
— Ну и что, что верю. Я могу и ошибаться.
Женька никак не мог привыкнуть к тому, что его мысли читаются собеседником. Вести какой-то диалог было очень трудно, трудно было даже просто начать разговор. Мирра, впрочем, ситуацией нисколько не тяготился.
— Естественно. Вы привыкнете. Я всю жизнь так живу. Кстати, вы не пытайтесь навести в своей голове идеальный порядок. Во-первых, это невозможно, а во-вторых, я слышу только четко сформулированные мысли. Иначе это как шепот, невнятный шепот — слов почти не разобрать, только интонация.
В комнате стояло мерное, тихое посапывание. Слаще всех, судя по присвисту, спалось Ромке. Двери и окна по-прежнему были закрыты, даже мусор как будто лежал на своих местах.