"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)
Из крепости она вылетела без плаща и даже без лампы. Едва не поскользнулась, но обледеневший двор все-таки успели присыпать песком, так что до башни с гостеприимно приоткрытой дверью Ло долетела, как на крыльях. Вломилась в нее, собирая в уме ругательство, чтобы с ходу обложить придурков, — и замерла. За спиной щелкнула дверь и — Ло как-то сразу поняла — замкнулась.
— Ну вот, все в сборе, — улыбнулся слегка колышущийся и полупрозрачный, но вполне узнаваемый фантом с лицом магистра Антуана Саттерклифа.
Фантом плавал над ритуальной звездой, в двух ее противоположных лучах стояли Эйнар Рольфсон и Тильда, а неподалеку от звезды, привалившись к каким-то обломкам досок, лежал бледный Маркус Бастельеро с закрытыми глазами.
Глава 34
ВРЕМЯ ПРИЗРАКОВ И ПРЕДАТЕЛЕЙ
«Ночь — время призраков и предателей», — крутилась у Ло в голове глупая фраза из приключенческого романа.
Глупая, потому что предательство от времени дня или ночи точно не зависит. Как, впрочем, и явление призраков, по утверждению знающего в них толк Маркуса. Да о чем она сейчас думает? «О Маркусе, — напомнила себе Ло. — А еще — о капитане и Тильде». Малкольм закрыл дверь снаружи, значит, все было рассчитано. Она, Ло Ревенгар, глупая курица, и помощь не придет. Но капитан… как же так?!
Она посмотрела на Рольфсона, и тот ответил ей прямым взглядом. А потом, не шевелясь, так же взглядом указал на Тильду. Девочка была бледна до полупрозрачности, на веснушчатом личике глаза казались огромными, а в каждом зрачке тлел алый огонек — признак одержимости, как считают профаны, и в чем-то они правы. Обычно это признак присутствия в сознании человека чужой воли. У капитана — Ло глянула снова — глаза были чистыми, но какая разница? Его надежно держали дочерью.
— Какая же вы дрянь, магистр, — брезгливо сказала Ло. — Угрожать ребенку.
— А вы, Ревенгар, то ли удивительно лицемерны, то ли глупы, — спокойно парировал Саттерклиф. — Почему использовать ребенка, из которого еще неизвестно, вырастет ли что-то полезное, считается хуже, чем взрослого? Этьену Райгартену было всего на четыре года больше, но никто не отказал ему в праве героически погибнуть, хотя он стоил сотни таких, как эта девчонка. Дети ценны только в силу необходимости продолжения рода, они чистый потенциал, но заменяемы, как любой ресурс. Впрочем, я не вижу никакого смысла заниматься вашим запоздалым образованием.
— То есть вы меня убьете? — с удивляющим ее саму хладнокровием уточнила Ло. — Зачем?
— Ну, хоть не спросили за что, — одобрительно усмехнулся магистр. — Исключительно по необходимости, дорогая моя Лавиния. Поверьте, вы мне даже симпатичны. Примерно как хорошо выдрессированная овчарка, готовая пасти овец, грызть волков или защищать хозяина от других людей. Очень полезное и приятное существо.
— И поэтому вы ткнули меня кинжалом в Руденхольме, — подсказала Ло.
Маркус то ли спал, то ли был все-таки без сознания, его грудь вздымалась медленно, но ровно, а вот бледность некроманта Ло совсем не нравилась. Чем его опоили? Бастельеро отлично разбирался в зельях и большинство подобной дряни чуял на вкус и запах.
— Я был вами крайне недоволен, — признался реющий над звездой морок. — Не смотрите на своего друга, он не проснется, пока мне это не понадобится. Наш дорогой капитан за пару часов успел подтвердить, что дисциплина — отличная вещь. Артефактная отмычка, немного зелья из ваших собственных запасов, стакан горячего вина после купальни… Бастельеро, хоть никогда бы не признался, изрядно выложился на чистке колодца, это все-таки грубый выплеск силы. Так что сморило его разом. Остальное снотворное, раз уж его все равно было с запасом, пошло в вечерний травяной отвар гарнизону. Еще один исполнительный сержант — и вот, наша маленькая компания в сборе.
— Поздравляю, — фыркнула Ло. — А дальше что? Ну хоть расскажите, что вам от нас нужно, а то я голову сломала, пытаясь понять, как вы потеряли в Руденхольме собственного сына, который и боевиком-то не был? Это ведь Саймон поменялся с Артуром?
— Хотите заговорить меня? — улыбнулся магистр. — Лавиния, злодеи изливают перед жертвами душу только в дурных романах. Да, вы почти всё угадали. Но зачем я буду перед вами отчитываться, если вскоре вас не станет? Попадете в Претемные Сады — там все и узнаете. Говорят, мертвые всеведущи.
— Врут, — убежденно сказала Ло. — А мне любопытно. С Бейласом все ясно. Он изображал разумника Саймона, но каким-то образом оказался в плену у вольфгардцев и проявил себя как боевик. Скорее даже наоборот! Попал в переделку и начал отбиваться привычными способами, но не смог. Так? А когда его начали пытать, решил использовать личину, которую носил, и признался, что он сын самого великого магистра. Обрадованный ярл понял, что вытащил козырную карту! Связался с вами, вы согласились на обмен: сына за Руденхольм. Но Артур понял, что нечаянно натворил, и покончил с собой…
Предатель и мерзавец, Саттерклиф все равно оставался разумником и преподавателем с десятилетиями практики. Оборвать отвечающего урок адепта он не мог, не должен был! И это было единственным шансом Ло. Любой ценой вовлечь в разговор, потянуть время… Вдруг чудеса все-таки случаются? А если нет, она сама их как-нибудь устроит!
— Вы узнали, что сын мертв, — продолжала она уверенно, подбирая мозаику кусочек за кусочком, — и решили похоронить вольфгардский авангард в Руденхольме. Пришли порталом, убили Колина и Арчи… Ключ имел три степени защиты, но у вас была кровь убитых, была сила, хоть и немного, и… — Ло осенило. — Чей-то слепок сознания, так? Вы знали их обоих давно, они вам верили, и вы могли сделать слепок, позволяющий прикинуться для ключа другим человеком.
— Верно, — кивнул морок. — Я читал основы магии разума для курса, на котором учился Арчибальд, и брал его в качестве примера, чтобы сделать слепок. Не имею привычки терять образцы, а этот вышел просто отличным.
— Меня вы не убили, потому что Медеос не нашел в моем теле достаточно резерва. Кстати, чтобы разумник создал такой мощный аркан… Готовый артефакт, заряженный на разовый выброс?
Саттерклиф снова кивнул.
— Я встала и добралась до ключа, — торопливо продолжила Ло. — Вы ждали, пока вольфгардцы войдут в ущелье, но я активировала ключ слишком рано, и они не успели погибнуть. Тогда вы ударили меня кинжалом. Чтобы остановить… Но почему некромантским, магистр? Почему не обычным ножом? Вы же разумник, откуда у вас вообще ритуальный нож?
— У вас достаточно знаний, чтобы ответить на этот вопрос самой, Ревенгар, — отозвался магистр, и Ло вмиг почувствовала себя как на экзамене. — Впрочем, подскажу. Ответ лежит там же, где и объяснение, как вы активировали ключ с выжженными каналами.
Несколько мгновений Ло смотрела на него, забыв, где они и что здесь происходит, а потом выпалила почти с ужасом:
— Двойная звезда! Вы — двойная звезда, магистр! Разумник… и некромант? Но тогда получается, что я… Выжженные каналы… Быть не может!
— Боги любят пошутить, как говорится, — согласился Саттерклиф. — Аркан Медеоса выжег ваши каналы, Ревенгар, и погасил алую искру. Но он же пробудил вторую, спящую очень глубоко. Действительно, зачем одной из лучших боевых магесс пытаться пробовать себя в качестве разумника? Это же полностью противоположные системы и применения силы, и мышления. Антагонистичные. Вы бы и не узнали о своей второй ипостаси, если бы не потеря первой.
— Я о ней и так не узнала, — огрызнулась Ло. — Но если подумать… Значит, я активировала ключ выплеском проснувшейся белой искры? И потратила ее! Потому и целители в госпитале ничего не обнаружили, а потом…
Странные состояния, как при потере резерва, проблески магического взгляда, удивляющие саму Ло ощущения… Она маг! Нет, не думать об этом пока! Все равно не поможет: новорожденная змейка не прокусит чешую старой матерой гадюки.
— Теперь понятно, — согласилась она. — Но что же настоящий Саймон? Как вы его упустили из виду? Он погиб два года назад, получается…