Вознесение (ЛП)

Её глаза снова широко распахнулись.
— Изумительно! В последнее время здесь царила бесконечная скука. Думаю, мне понравится твоё присутствие здесь.
— И как его будущая жена, — сказала я, — я бы хотела как можно больше узнать о своём доме. Каждую деталь.
Взгляд Освальда метнулся к Эмме.
— Нет.
«Интересно».
— Что нет? — спросила я. — В чём ты мне отказываешь?
— Тут есть запретная комната, — в глазах Эммы плясало озорство.
Освальд сердито посмотрел на неё.
— Эмме нравится туда ходить.
Она пожала плечами.
— Для сенешаля она не под запретом. Я вообще не понимаю, почему туда нельзя. Всё дело в тайне, да? А я люблю тайны. Это единственное, чем мне приходится развлекать себя здесь. Вот только у тупицы Освальда совсем нет любопытства. Без обид, Освальд.
— А вот и обижусь, — огрызнулся он.
Я улыбнулась.
— Само собой, мне, будущей графине Железной Крепости, тоже туда можно.
— Мы туда не пойдём, — сказал Освальд. — Без разрешения графа нельзя.
Эмма широко улыбнулась.
— Следуй за мной.
  
Глава 10. Лила
 
Мы стояли перед узорчатыми дверьми с резьбой в виде восхитительных символов. Некоторые были прекрасными, другие — омерзительными: горгульи с высунутыми языками и чудовищными мордами.
Мой взгляд задержался на резьбе в виде луны с колючими лозами. Листья лозы окружали другой символ: ворон в короне.
Вороний Король. Я почти ощущала его присутствие здесь, как и в замке Аида.
Теперь я испытывала всепоглощающее желание заглянуть в комнату, будто найду его внутри. Сила древнего короля пульсировала сквозь дверь и словно невидимый трос тянула меня туда. Я должна увидеть, что в этой комнате.
Эмма достала из кармана связку длинных ключей.
— Поскольку скоро ты будешь распоряжаться замком вместе с графом, я не вижу причин, по которым тебе нельзя быстренько заглянуть в тайную комнату.
— Что, если он вернётся раньше? — спросил Освальд. — Мы не спросили разрешения.
— Ш-ш-ш, — она вставила ключ в скважину. — Прекрати беспокоиться. С чего бы ему скрывать вещи от своей жены?
— Вот именно, — сказала я. — Он бы так не поступил.
«Ложь».
Когда дверь распахнулась, передо мной оказалась огромная спальня, размером почти с бальный зал. Здесь немного пахло плесенью, гобелены на стенах были старыми и потёртыми, но остальная часть комнаты хорошо сохранилась. Окна простирались от пола до высокого потолка и выходили на колючий сад во дворе. Ветер свистел, врываясь через разбитые стёкла.
В комнате царила блёклая атмосфера, сплошь тёмно-серый камень и мебель из тёмного дерева. Кровать с четырьмя столбиками стояла у одного окна, шторы перед ней были задёрнуты. Бледно-серебристое покрывало выглядело истёршимся от старости. В комнате определённо витало женское присутствие: деликатные гравировки по камню в виде лозы и цветов, изящная серебряная вышивка на покрывале, столик из красного дерева с элегантными бокалами и бутылками вина.
Значит, не Вороний Король.
Это разочаровывало… и сбивало с толку.
Я прочистила горло.
— И почему эта комната заперта? Кто тут жил?
Освальд пожал плечами.
— Он нам не говорит.
— И поэтому я так одержима этой комнатой, — сказала Эмма. — Ибо почему? Нам тут достаётся мало волнительных вещей, но это такая загадка.
— Этого нет в книгах по истории? — спросила я. — Должно быть, кто-то жил здесь, когда Самаэль пятьсот лет назад находился в замке.
Эмма прохаживалась по комнате.
— Нет, мы знаем только основные моменты. Железная Крепость была построена для Самаэля в качестве подарка, но в книгах вообще нет упоминания ангелов. В нашей стране это всегда было острой темой, державшейся в секрете.
Я прикусила губу.
— А кем была Железная Королева?
Освальд пожал плечами.
— Вы же знаете, что наша страна полна легенд, которые на самом деле не правдивы, — он одарил меня очаровательной улыбкой. — Не все разделяют ваши суеверия.
Я обвела жестом комнату.
— И тем не менее мы находимся в запертой комнате, которую никто не может объяснить; в Железной Крепости, замке, которым правит ангел.
 
Эмма склонила голову набок.
— Я не слышала эту легенду. Про Железную Королеву.
— Ты веришь в призраков, Эмма? — спросила я.
— Нет, но я их всё равно боюсь, — она схватила со стола бутылку вина. — Это история про призраков? Мне для этого понадобится выпить. Вино не портится спустя пятьсот лет, нет?
Бледные щёки Освальда начинали розоветь.
— Может, это не лучшая идея?
— Это ужасная идея, — сообщила Эмма, выудив из ящика штопор. — Мой любимый вид идей. И в любом случае, негоже лишать будущую жену графа состарившегося вина. Давай, Лила, — Эмма уже зажала бутылку вина между ног, чтобы откупорить её. — Расскажи мне про Железную Королеву.
Я села за старый туалетный столик и посмотрела в мутное стекло зеркала. Над ним виднелся тот же набор символов — луна с листьями, простиравшимися вверх, чтобы окружить коронованного ворона. Сидя там, я ощущала прилив силы Вороньего Короля.
Я снова глянула в зеркало.
— Она была любовницей или женой короля, который правил здесь. Как думаете, это может быть Самаэль?
— Нет, — ответила Эмма, разделавшись с пробкой. — Он никогда никого не любил. До тебя.
Я прикусила губу, удивившись тому, насколько мне хотелось, чтобы это было правдой.
— По легенде король запер её в одной из комнат. А люди говорили, что он любил её так сильно, что не хотел когда-либо отпускать, — я хмуро смотрела на себя в зеркале. — И это звучит как худшая разновидность любви. Потому что в плену она совершенно сошла с ума.
Эмма наполнила бокал и протянула его мне.
Я взяла его и сделала робкий глоток. Поразительно, но вино оказалось вкусным, несмотря на лёгкий землистый осадок. На вкус оно напоминало травы и смородину.
Меня охватило странное чувство. «Тебе здесь место». Мне казалось, будто я уже бывала в этой комнате, будто я знала, что увижу, когда выдвину ящик…
Внезапное любопытство заставило меня наклониться и выдвинуть один из ящиков комода. И сделав это, я нашла сокровища: изящные резные шахматы из красного дерева, ручное зеркальце с мутным стеклом в золочёной раме, шёлковые шарфы, бриллиантовые украшения и заколки.
Я заколола одной из них свои локоны, не слушая разговоры двоих других. Я выпрямилась, вытянула шею. На мгновение я как будто обрела царственную стать королевы. Мои губы изогнулись в мрачной улыбке. «Прекрасная». Может, я не предназначена для трущоб.
Я сделала ещё один глоток роскошного вина и снова потянулась к ящику, достав брошь в форме змеи. Бриллианты и рубины украшали её изгибы. Но когда я повернула её в руке, острая булавка уколола мой палец, и выступила ярко-красная капля крови. Несколько секунд я просто смотрела на красную капельку на кончике пальца.
Затем покачала головой. Какого чёрта я творю?
Я на мгновение потерялась во всей этой роскоши. Мой взгляд скользнул к открытому ящику с шахматными фигурами и украшениями. Всё это изобилие казалось преступным, когда я задумывалась об этом.
— Лила, — позвала Эмма. — Ты в порядке?
— Да, конечно, — я сунула палец в рот. — Просто укололась.
— Мне некомфортно, что ящики открыты, — сказал Освальд, побледнев.
Я не могла оторвать взгляд от мерцавших драгоценностей. Мгновение назад я была абсолютно заворожена ими. Теперь я ощущала какую-то глухую злость. В замке Аида я видела вокруг себя всякое богатство, но люди им хотя бы пользовались. А эта вопиющая трата ресурсов впустую заставляла меня стискивать зубы.
— Всё это веками лежало здесь, — тихо сказала я.
В детстве я испытывала такой голод, что впадала в истерики, и мама отдавала мне свою еду, чтобы успокоить меня. Я помнила, как наша соседка, Энни, продавала своё тело за гроши и на время работы отдавала своего ребёнка под присмотр кому-нибудь из уличных бродяг. И младенец всё кричал от голода, так что я зажимала уши ладонями…