Вознесение (ЛП)

Но не всё исчезло. Грязная вода по-прежнему переполняла мой рот, и я перевернулась на четвереньки, выкашляв на пол жидкость из рва.
Теория о том, что призраки не могут навредить, оказалась ошибочной.
У меня возникло странное ощущение, будто она мне завидует. Она хотела сообщить мне, что Самаэль меня не любит. Она в прошлом была его любовницей? Я знала только то, что он никогда не занимался сексом со смертной женщиной. Но с демоницей? Может, и занимался.
Оставаясь на полу, я обняла себя руками. Задрожав, я прислонилась к кровати, крепко сжимая жёлудь в кулаке. Я не знаю, сколько времени прошло до тех пор, как моё дыхание начало замедляться.
В дверь постучали, и я едва не выпрыгнула из собственной шкуры.
Я сжала жёлудь в потной ладошке.
— Кто там? — мой голос прозвучал почти разъярённо.
Я открыла дверь и обнаружила, что он стоит там в капюшоне, покрывавшем его голову и скрывавшем лицо в тени.
— Да? — мой голос дрожал.
— Что с тобой случилось?
Я посмотрела на своё тело, где синяки уже начали становиться пурпурными. Проблема в том, что он ни за что не поверит мне, если я скажу ему, что это был призрак. Он сам так сказал.
— Ничего, — резко ответила я и показала ему жёлудь. — Но ты можешь попросить Освальда прислать ещё таких?
Время от времени ты видишь себя со стороны, глазами других людей. И в этот момент я осознала, насколько абсолютно и бесповоротно безумной я, должно быть, выглядела — растрёпанные волосы, в руках жёлудь, и прошу ещё жёлудей.
— Зачем тебе понадобился жёлудь, и что с тобой случилось?
Я сжала жёлудь в ладони.
— Просто на удачу. Чего ты хочешь?
Самаэль поднял одну руку и упёрся в дверной косяк.
— Я почувствовал, что что-то не так. И теперь я вижу это.
В моём разуме вспыхнул образ того, каким он выглядел в видении — беспощадный. Безжалостный.
— Ну, ангел смерти запер меня в замке, так что, наверное, что-то явно не так. Насколько ты близок к превращению в жнеца?
— Откуда синяки?
— Призрак, — он мне не поверит.
— Ну конечно, — он выгнул бровь. — Почему ты спрашиваешь про жнеца?
— Я просто думаю о твоём предупреждении, вот и всё. О том, насколько ты опасен. Может, мне хотелось бы знать больше об этой твоей стороне жнеца.
Самаэль отвёл от меня взгляд, посмотрев в коридор.
— Соуриал, наверное, с удовольствием пересказал бы тебе историю. Я убивал людей по всей Альбии, Кловии, на островах. Я не помню большую часть этого. Лишь небольшие проблески. Кровь, смешивающаяся с землёй, пока та не превращается в красную грязь. Иногда я слышу крики, — когда он снова посмотрел на меня, в его глазах сверкнуло смятение. — Ты внезапно кажешься другой. И ты до сих пор не говоришь мне правду.
Мои челюсти сжались.
— Ты не услышишь правду. Правда в том, что я хочу увидеть маму. Я не знаю, откуда берётся моя магия, и мне хотелось бы выяснить. Она может знать больше, чем говорила в прошлом. Но я не хочу, чтобы ты подслушивал.
Он нахмурился.
— Будучи моей пленницей, ты не в том положении, чтобы выдвигать требования.
Вообще-то, ещё как в том, потому что теперь я знала, как сбежать. Но эту часть я оставлю при себе. Я выпятила бедро в сторону.
— Тебе же нужно, чтобы я участвовала в свадьбе, не так ли? И ты хочешь, чтобы всё выглядело правдоподобно?
Его лицо помрачнело.
— Ты мне угрожаешь?
— Несомненно.
На его подбородке дёрнулся мускул.
— Ладно.
Воздух казался слишком разреженным и холодел по мере того, как затягивалось молчание.
«Похоже, я угодила в цель».
Я улыбнулась.
— Супер! Я знала, что мы что-нибудь придумаем.
Он нахмурил лоб, глядя на синяки, расцветавшие на моих руках и ногах. Затем он очень нежно провёл кончиком пальца по синяку на моей щеке.
— Что с тобой случилось? — повторил он.
— Ты можешь подтвердить планы на завтра? — настаивала я. — Мы договорились, да?
Он убрал руку.
— Я отведу тебя к ней завтра. А теперь скажи мне, что случилось.
Я стиснула жёлудь как спасательный круг, кивнув.
— Полагаю, ты мне не поверишь, если я скажу тебе, что это был призрак.
 
Отсветы факелов и тени плясали в коридоре, где стоял Самаэль, и он сделался совершенно неподвижным. Холодный сквозняк проносился мимо меня, играя с моими волосами. Вместо ответа Самаэль просто ушёл, и дверь за ним закрылась, оставив меня в одиночестве.
Всё ещё стискивая свой жёлудь, я подошла к светильнику. Я хотела знать больше о демонах, больше о жнеце. Больше о призраках.
Знание — это сила, а в моём распоряжении имелся арсенал книг. Я вооружусь до зубов, чтобы когда моя маленькая призрачная подружка вернётся, у меня хотя бы имелось представление, как с ней бороться.
Как раз когда я подошла к полкам, в дверь снова постучали.
Открыв дверь в этот раз, я увидела Эмму со свечой в руках. Она хмуро посмотрела на мои руки.
— Ты в порядке? Самаэль сказал, что с тобой что-то случилось.
— На меня напал призрак, — я открыла дверь пошире. — Ты заинтересована в том, чтобы помочь мне почитать о призраках?
— Прошу прощения?
— Я немного умею читать, но с твоей помощью дело пойдёт быстрее. Я хочу узнать о тех призраках, которые способны выбить из тебя всё дерьмо, потому что именно это случилось со мной сегодня вечером. Я даже выкашляла немного воды из рва… — я показала на пол, куда меня стошнило водой, но к этому времени камни оказались совершенно сухими.
Чёрт возьми.
— Я просто хочу побольше узнать о призраках, — сказала я уже не так уверенно.
Она прищурилась, склонив голову набок.
— Ладно.
Меня охватило отчаяние.
— Я не сама сотворила это с собой, Эмма.
Она нахмурила лоб.
— Ладно. Ну, это хотя бы будет развлечением. Я посмотрю, удастся ли мне найти книги про призраков.
— Хорошо. Потому что в этом замке обитает нечто злобное.
«То есть, помимо Самаэля».
  
Глава 19. Лила
 
К тому времени, когда Эмма ушла, у меня не появилось новой информации. Однако мне удалось найти написанный пятьсот лет назад рассказ о жнеце, дополненный картинками деревень, полных трупов, и крови, текущей по улицам. Эти рассказы оставили меня с ощущением холода и лёгкого ужаса.
Но даже с помощью Эммы я не нашла ничего про призраков.
Полагаю, шансы найти книгу с названием «Почему Проявление Зла Атакует Вас Листьями» не слишком высоки.
Должно быть, было примерно три часа ночи, когда я лежала в постели с погашенным светом. Я закрыла глаза, призывая к себе сон. Крепко сжимая жёлудь в кулаке, я не беспокоилась о призраке.
Но нечто другое пробиралось в мои мысли. Это было воспоминание о поцелуе ранее. Ощущение его собственнической ладони на моём теле. То, как он прижал меня к стене. Тёмный, плавящий жар его рта, его язык, ласкавший мой. Мне стоило помнить, что говорил Самаэль — что я ничуть не интереснее любой другой полуголой женщины. Но его поцелуй рассказывал другую историю.
Пока я лежала в постели и смотрела в потолок, поцелуй снова и снова прокручивался в моей голове. Я хотела ощутить на себе его изучающие губы.
Вздохнув, я перекатилась на бок. Моё тело становилось разгорячённым, и я сбросила одеяло. Каждый раз, когда я закрывала глаза, мне казалось, что я чувствую его магию, скользящую по моей коже и заставляющую меня изнывать по нему.
Почему здесь так жарко, чёрт возьми? Я задрала ночнушку повыше.
Полоса света залила комнату, когда дверь открылась, и я ахнула.
Я села, уставившись на Самаэля. Мои щёки покраснели, и я одёрнула ночнушку обратно.
— Что ты здесь делаешь?
Он подошёл к краю моей кровати и сел. Я наблюдала, как его обжигающий взгляд скользит вверх и вниз по моим голым ногам. Одна его ладонь вжималась в матрас возле моего бедра, и место соприкосновения заставляло мою кровь приливать к коже. Лунный свет лился в окно, освещая комнату достаточно, чтобы я видела — на нём нет плаща, лишь чёрная рубашка, которая подчёркивала его мышцы. Сложно было не пялиться.