Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

Я чуть не охнул вслух.
Король, женатый на справедливости. В самом деле, что может быть лучше?
Фемида, глядя ему в глаза, медленно поднялась и подошла к королю.
Внешне она выглядела немного старше Альбы, и ростом была чуть выше. Но тип ее лица, величественные движения и стать удивительно гармонично сочетались с утонченной внешностью короля. Они смотрелись, как люди одной породы и одного статуса.
Богиня опустила правую руку с мечом, а левую положила руку Альбе на плечо. Ее глаза засветились. Обнаженный клинок тоже вспыхнул, превращаясь в ослепительный белый луч. Приблизив к нему свое лицо, она принялась разглядывать его душу.
А тот, хоть и был королем, от такой близости окончательно покраснел, как мальчишка.
Я улыбнулся. Каким бы расчетливым не было его предложение, Фемида ему явно нравилась не просто как единомышленник.
— И долго вы намерены таким образом меня изучать? — тихо спросил Альба.
Ни один мускул не дрогнул на сосредоточенном лице Фемиды.
— Должна же я как-то оценить то, что мне предлагают, — невозмутимо сказала она.
Брови Альбы озадаченно приподнялись. Он вопросительно взглянул на меня, словно ожидая поддержки или подсказки, а потом вдруг посветлел и улыбнулся.
— Вот как? — сказал он. — Стало быть, тогда и я в праве изучить предмет обсуждения чуть ближе?
Одной рукой он вдруг обнял Фемиду за талию и привлек к себе — крепко, по-мужски.
От такой наглости у богини аж меч погас. Она отпрянула, изогнувшись дугой у Альбы в руках. Клинок взметнулся вверх и прильнул к основанию шеи короля.
Мы все с перепугу рванулись к ним, но Альба резким окриком остановил нас:
— Не вмешивайтесь!
Фемида сверлила его пристальным взглядом, удерживая меч у шеи. Но король не отпускал ее. Только румянец на лице сменился привычной бледностью.
Наконец, богиня опустила оружие.
Альба нехотя ослабил хватку, но теперь Фемида не спешила окончательно освободиться от его объятий.
— Я готова рассмотреть предложение, если вы возьмете ко двору моего малолетнего фаворита и станете его опекуном, — заявила она.
— Ни в коем случае, — неожиданно резко возразил Альба. — Я передам его на воспитание в пажеский корпус и по достижении совершеннолетия переведу в академию наук, и вы никогда с ним не встретитесь — до тех пор, пока я жив. Потом делайте, что хотите.
— Ваше величество, это ведь можно обсудить! — умоляющим тоном проговорил Дис.
— Я сказал — нет! — оборвал его король, отпуская, наконец, богиню. — И госпожа должна знать об этом с самого начала.
— Хрустальное сердце, — задумчиво проговорила Фемида. — Веришь в то, что делаешь. Делаешь то, что считаешь правильным. В этот раз смертным повезло с королем. Что ж… Пусть будет так. Я разделю с тобой твою ношу.
Привычная маска сдержанности на лице Альбы не смогла скрыть сияющих глаз.
Бедный Бельский. Молодой король явно собирается приложить все усилия, чтобы богиня как можно реже вспоминала о нем.
Фемида преспокойно вернулась на свое место, а король жестом велел Дису присесть и занял место оратора.
— Ну а теперь давайте еще раз проговорим ситуацию, сложившуюся на сегодняшний день у нас и наших соседей — прежде всего для тех, кто недавно к нам присоединился.
Он подошел к карте, где на фоне серых облачков чужих земель виднелась красивая зеленая клякса нашего королевства. На востоке рука картографа каллиграфически ровно прорисовала множество горных вершин, черные точки главных шахт и самые крупные реки, которых здесь было немало. Дальше горные хребты упирались в океан с кривовато нарисованным трезубцем.
— Договор с Посейдоном помог нам защититься от участившихся набегов со стороны Заравийцев и прочих островитян. Вот эта гряда… — указал он на россыпь островов посреди океана — территория тотемных божеств и многих малых детей великого бога Татевари. По большей части они миролюбивы, как ваш Та’ки, но, к сожалению, там же осел вечно голодный Тлалок и Ягуароголовый бог, имени которого мы до сих пор не знаем. Именно они неоднократно пытались высадиться на наших берегах.
 
— Но после заключения договора всех их смыл Посейдон, — добавил Дис.
— Именно, — кивнул Альба. — Как говорится, спасибо нашему Даниилу за кентавров. Это очень помогло в установлении дружественного контакта, — улыбнулся он мне. — Что касается гор на востоке. Здесь крепко обосновался Офион с целым выводком существ из Долины монстров. Он готов на переговоры…
— Но сожрал предыдущую миссию, — с мрачной усмешкой вставил Дис.
Альба нахмурился, и князь умолк, опустив голову.
— Офион желает говорить только с одним послом, — сказал он. — И великий змей получит то, что он желает. Даниил уже согласился возглавить дипломатическую миссию и сразу же после нашей встречи отправится на восток.
— Даня?.. — испуганно воскликнула Ника, но тут же получила подзатыльник от Азры.
— Так надо, — многозначительно сказал он.
Кошка сверкнула на него глазами.
— Я поеду с ним!
— Это как вам будет угодно, — отозвался Альба. — Я разрешил взять с собой не больше пятерых спутников. Один из которых должен быть иллюзионистом.
— Я готов! — поднял руку Рыжий. Обернулся на меня и подмигнул.
Я улыбнулся в ответ.
Даже не сомневался, что он составит мне компанию.
— И я — тоже, — с хмурым лицом заявила Деметра. — Дане нужна реальная сила за спиной, чтобы этот чешуйчатый дед не слишком уж зарывался.
— Поэтому я тоже поеду с Даней, — отозвался наш медведь.
— Нет, — резко отозвался Янус.
Та’ки стал прозрачным. Внутри зеленоватого медвежьего силуэта высветился его человеческий облик — весь в окровавленных повязках и покрытый шрамами. Прав был Нергал — после столкновения с лысым хреном Эребом ему еще долго придется восстанавливаться.
— Я не оставлю воспитанника без своей поддержки, — сказал он.
— А сражаться кто будет? Хочешь, чтобы я без адъютанта в бой пошел? — зыркнул на него исподлобья Янус. — Ты мне здесь нужен. Ясно? А Даня уже давно вырос и не нуждается в твоей опеке. Мое присутствие здесь тому доказательство. Ты там только старика бесить будешь, и больше ничего.
— Не переживай за меня, — сказал я медведю. — Я справлюсь и скоро вернусь.
Альба кивнул.
— Я верю, что так и будет. Мне нужно, чтобы ты обговорил с ним условия беспрепятственной работы всех наших шахт. Я готов предложить ему и всей хтони, которую он опекает, район губчатых гор и Мертвое плато. Это вот здесь, — показал Альба на карте пятно, отмеченное оранжевым кружком. — Пообещай ему регулярную жертву в виде белых овец или кобылиц и официальный храм в Роде, главном городе горняков. Только не сразу, чтобы ему наша уступка не показалась малоценной. Намекни, что в противном случае он рискует оказаться зажатым между Посейдоном и Сехмет, с которой к тому времени, как я надеюсь, уже найдет общий язык твой бывший магистр.
— А пока что она сжигает селение за селением вместе с другими сынами Осириса, — сказал Дис со вздохом. — Весь равнинный восток перепахала, наша армия захлебывается собственной кровью, пытаясь их остановить.
— Не сомневайся, князь, я договорюсь с сестрой, как только смогу до нее добраться. И вся эта бешеная рать встанет под наши флаги и принесет главную победу! — сверкнул глазами Янус. Или, вернее, Сет, потому что в данный момент в нем говорила именно эта часть его личности.
— Хорошо бы, — отозвался Альба. — Дальше — Север и Центральная часть. Здесь против моего младшего брата позиции удерживает генерал Станислав Теневой, против кузена Карла — князь Гладких и архангельское воинство под предводительством Иегудиила. Зевса с Олимпийцами теснит армия Ареса. Громовержец жаждет отмщения. Его целью является Вышгород. Все божества, остановившиеся здесь, объявлены отступниками и изменниками, а великий протобог Сотот низведен до уровня монстра и приговорен к заключению в Тартар.
— И каким образом он собирается это осуществить? — спросил Янус.