Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

Да как так-то?
Мы побежали еще быстрей, и в какой-то момент я осознал, что кроме топота постоянно слышу какой-то странный, раздражающий звук, похожий на гудение трансформаторной будки.
А потом в глазах потемнело. В основание шеи что-то больно хрустнуло, как от удара. Голова закружилась. Холод пробежал по спине, мурашками поднялся по шее к затылку.
Замедлив бег, я осмотрелся по сторонам и увидел, как со всех сторон в нашу сторону по обочинам и асфальту движутся густые черные силуэты.
Нас взяли в кольцо.
На мгновение стиснув руку Демки, я разжал пальцы и остановился.
Деметра прижалась спиной к моей спине. Сердце в груди забилось тяжело и размеренно.
Как победить противника, у которого нет нормального тела и которого ты толком не видишь, я не знал. Но понимал одно: теперь мы могли только драться.
— Я тебе говорил, что ты мне до черта нравишься? — громко спросил я Деметру, разматывая рубашку с рукояти своего меча.
— А я говорила, что мне с тобой весело? — отозвалась она, вжимаясь острыми лопатками мне в спину. И тихо добавила: — Прости, но я тебя предам.
Молниеносным прыжком она отскочила в сторону, и тени, как голодные псы, рванулись за ней.
Не успев расчехлить свой меч, я бросился за Деметрой, размахивая оружием, как дубиной.
— Да нихрена подобного!!! Не смей даже…
Договорить я не успел. Потому что в зловещее гудение ворвался ни на что не похожий зубодробительный звук, будто по шоссе мчалась ракета, пытаясь затормозить пузом, с перепугу выпуская газы и отстреливаясь длинной пулеметной очередью.
А потом из-за поворота выехал мотоцикл. Сурового цвета хаки, с люлькой, перекошенный от натуги и, возможно, видевший еще вторую мировую войну. А на нем в черном шлеме и развевающемся зеленом плаще в желтую крапинку восседал отчаянный байкер, выжимавший из этой адской машины гоночную скорость.
Тени на мгновение замешкались и даже будто побледнели, когда
тело этого грозного железного коня беспардонно промчалось прямо по ним и с заносом затормозило.
С шиком отставив тощую ногу в красном резиновом сапоге призрачный гонщик местного разлива громко крикнул:
— Ну и чего ждем? Запрыгивайте!
Он поднял забрало, и в глубине черного шлема я увидел человеческий череп.
Ну, или почти человеческий.
— Барон?.. — изумленно проговорила Деметра. — Откуда?..
— Да какая к черту разница, залезай! — крикнул я, заталкивая ее на свободное место за спиной Самеди, а сам заваливаясь в люльку со всем своим скарбом. — Потом расспрашивать будем!
— О да! Настало время удивительных историй! — пафосно изрек Самеди, клацнув зубами. Потом эффектно газанул, внутри мотоцикла что-то завизжало — и мы рванули вперед, в золотистую дымку расцветающего утра.
  
Глава 3
 
Во всем виноват дворецкий
 
Ехать, не притормаживая, нам пришлось довольно долго.
Обалдевшие от нашей наглости тени сначала замешкались, но быстро очухались и упорно преследовали нас больше часа. Поначалу я каждую секунду боялся, что мотоцикл взвизгнет, крякнет и гавкнется. Но, видимо, нашего бодрого коня в свое время поднимал механик-некромант высшего разряда. Даже когда из-под брюха коляски на асфальт что-то весело отлетело и покатилось, мы продолжили с упорством перфоратора бороздить просторы шоссе.
Да уж. Видимо, что мертво, умереть не может.
А еще я очень надеялся, что, когда на дороге появятся свидетели, эти проклятые кляксы застесняются и исчезнут. Но ничего подобного не произошло. Несмотря на то, что мы, бесспорно, привлекали к себе всеобщее внимание.
Какой-то кретин, сидевший на пассажирском месте серебристого «Логана», даже высунулся из окна и начал снимать нашу гоп-компанию на телефон. Сволочь. Я ему так и сказал:
— Сволочь!
Самеди тоже это заметил. И просто на мгновение приподнял забрало своего шлема и ярко подмигнул из его глубин красной пустой глазницей.
Любопытный парень дернулся, долбанулся о край открытого окна. Сраный телефон вылетел из его руки и, брякнувшись на асфальт, раскатился своими запчастями под колеса другим машинам.
 
Так тебе и надо, тиктокер, блин.
Наконец, мы въехали в городок, который встретил нас большим белокаменным храмом с колокольней.
Не знаю, то ли тени к тому моменту подзадолбались бежать за нами, то ли храм оказался по-настоящему святым, но они от нас отстали.
Профигачив на красный свет, Самеди вильнул перед гудящей цистерной с надписью «огнеопасно» и без поворотника по-царски въехал на тротуар, распугав прохожих.
— Ты что творишь⁈ — накинулся было я на него, но с опозданием понял, что барон просто не в курсе местных законов вождения. — Ты же правила нарушаешь!
Самеди фыркнул.
— Что я нарушил? Мой конь перед ратушей не гадил, смертных не придавил и в храм местночтимого бога не въехал — какие еще могут быть претензии?
— Здесь у нас другие кони, и другие законы! Ладно ты на трассе лихачил, но в городе полно специальных стражников, которые следят за их нарушением. Запомни: на тротуары въезжать нельзя, ехать на красный сигнал светофора — тоже! Только на зеленый! Понял?
— Эмм… — проговорил Самеди. — Ну, ладно. Нельзя так нельзя. — неожиданно спокойно согласился он. — А… что такое светофора?..
Я тихо ругнулся.
— Так, давай-ка быстро меняемся, и я отвезу нас куда-нибудь, где потише!
Выбравшись из люльки, я занял место барона, и мы поехали во дворы, стараясь быть правильными и осторожными.
По-хорошему надо было линять поскорее за город, но так далеко отъехать мы не успели.
Увидев машину с включенной мигалкой, я понял, что — все. Уйти незамеченными нам не удалось.
— А вот и стражи, — кивнув в их сторону, сообщил я своим подельникам. — И что теперь делать? — задал я больше риторический вопрос.
Если остановимся, отбрехаться вряд ли получится.
Сначала доблестные стражники попросят документы, которых у нас нет. Потом пробьют меня по базе, и, скорее всего, выяснят, что я — покойник, год назад разбившийся вместе с самолетом и множеством других людей. Потом досмотрят транспортное средство и обнаружат музейного вида меч со следами крови и человеческий череп в сумке. А уж когда снимут шлем с Самеди — тут и вовсе начнется вакханалия.
А значит, останавливаться нам никак нельзя.
И да пребудет с нами Фортуна.
Решительно выдохнув, я втопил так, что даже сам испугался. Мотоцикл совершил невозможное — он заревел еще громче, будто вражеский бомбардировщик спикировал на город.
Мы помчали по прямой, поднимая за собой облака пыли.
Позади взвыла сирена.
— Черт. Черт, черт, черт! — все что мог я сказать.
Мои товарищи понимающе молчали.
Отчаянно рванув на обгон, мы обошли испуганную «Калину», едва не врезавшись во внедорожник. Выскочив на перекресток, я повернул наш звездолет резко вправо, и мы бешеным зверем ломанулись с асфальта на газон. Пролетев по цветочкам и стриженой травке наш мотоцикл, подпрыгивая на кочках и бугорках, ворвался в сквер. И пофигачил прямо по зеленым насаждениям, отважно маневрируя промеж деревьев.
Еще немногочисленный в этот час и перепуганный народ с маленькими детьми и собачками похватал самое ценное на руки и совершенно разумно поспешил с натоптанных тропинок на главную аллею, к фонтанам.
Нет, не догнать в горах аксакала! Где четырем колесам не проехать, там легко проскачут четыре ноги его боевого коня!
Ну, в нашем случае — где проскачут три колеса.
Машина с мигалкой остановилась. Один храбрый командир в форме выскочил из машины, отчаянно жестикулируя нам вслед. Второй, скорее всего, в этот самый момент оповещал всех своих коллег о нашем существовании.
Плохо, блин. Как же все плохо! И, что хуже всего, я совершенно не знал, куда ехать. Выскочив из сквера к здоровенному супермаркету, я втопил наугад в сторону спального района, к перекрестку.
Но в тот день боги ДПС, видимо, оказались сильней.