Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

— Не надо плакать, — сказала богиня баюкающим тоном, чуть покачивая малыша.
Мелкий вцепился ручонками в складки ткани у Фемиды на груди, все еще судорожно всхлипывая и бормоча свое «дай, дай».
Несчастный Бельский. Долго же тебе ждать придется…
— Вот и накрылась медным тазом вся информация, — проговорил я, глядя на эту парочку.
— Ничего не накрылось, — печально ответил мне дворецкий, прикладывая платок к раскрасневшимся глазам. — Я в курсе всех дел господина. И пока остальные не узнали, что его… больше нет, — тут голос его дрогнул, но дворецкий тут же взял себя в руки и продолжил говорить. — Все остальные ресурсы также к вашим услугам. Мне многое поручалось делать от лица господина, и никто не удивится, если…
Тут шевельнулись тени, и дворецкий умолк. Перевел вопросительный взгляд на меня, мол, видел ли я это?
— Так, женщины и дети — медленно на выход! — скомандовал я. — Плавно, не делаем резких движений…
Но процесс уже начался. Черные силуэты с шелестом и шепотом хлынули к нам.
Я развернулся к ним лицом, готовый вступить в бой, и в это мгновение на весь подвал раздался писклявый окрик:
— Кака!!!
Стражи замерли — и послушно расползлись по прежним местам.
Я в абсолютном офигевании оглянулся на кроху-Бельского.
— Вы в сознании?.. Ой, то есть вы помните, кто вы?
— Дай, — сказал младенец.
Я подошел к ребенку и заглянул ему в лицо.
— Так, давайте-ка договоримся. «Дай» — это будет у нас согласие, или «да». «Кака» — «нет». Договорились?
— Дай, — серьезно повторил малыш.
— Вы — розовый бегемот?
— Кака.
— Вы — господин Бельский?
— Дай.
— И тени будут слушаться вас даже в таком виде?
Ребенок задумался.
— Дай кака дай.
— Стало быть, хрен его знает, но скорее всего да.
— Дай.
— Слава богу, хоть так! — облегченно выдохнул дворецкий.
И тут опять подала голос Фемида.
— Спасибо, что пришли за мной, — сказала она, с интересом разглядывая нас. — Я уже и не надеялась, что кому-то еще кроме Станислава есть до меня дело.
Я кашлянул.
— Ну эээ… Вообще-то, если честно…
Демка больно ткнула меня локтем в бок и зыркнула испепеляющим взглядом.
И с дружелюбной улыбкой ответила:
— Рады, что смогли помочь.
— Ты же Деметра, верно? Я помню тебя.
— Да, ты не ошибаешься.
Фемида перевела взгляд на нашего барона.
— А ты… Тебя я не знаю.
— Позвольте представиться — барон Самеди! — с достоинством поклонился скелет. — Очень рад познакомиться с вами, сиятельнейшая госпожа!
— Ну, это ты напрасно, — усмехнулась богиня. — Я даже без энергии чую, что по тебе давно предвечная виселица плачет.
— Ах, как обидно слышать!.. — огорченно проговорил тот. — Это несправедливо…
— Это я-то несправедлива? — строго переспросила Фемида.
Самеди охнул, поняв свою оплошность.
— Все, молчу, — пробормотал он, отступая за мою спину.
— Я — Петр Шубин, верный слуга господина Бельского, — представился дворецкий, почтительно склонив голову.
— И правда, верный, — проговорила богиня, глядя на дворецкого своими малоподвижными темными глазами.
А потом повернулась ко мне.
— А ты кто?
Под ее пристальным взглядом я даже как-то немного растерялся.
— Я… Я — Даниил Кораблев. Вот…
Наступила неловкая пауза.
Фемида внимательно всматривалась в меня не меньше минуты, ничуть не смущаясь устремленных на нас взглядов и тишины вокруг.
А потом вдруг рассмеялась.
— Ай да юноша! Какое счастье, что мне не нужно сейчас вершить твою судьбу. А то ведь тебе чего только не полагается! И лавровый венок, и бочонок цикуты, и кол в задницу с наградной статуей в придачу. Весело живешь, смертный! То-то намучаются с твоей душой подземные боги, когда наступит твой час.
— Надеюсь, что не очень — у меня там кое-какие знакомства имеются, — улыбнулся я.
— Давайте уже выбираться отсюда, — сказала Деметра, поднимая с пола оставшиеся кусочки яблока. — А то мне уже дурно от этих благовоний. Да и просто дурно.
— Согласна, — кивнула Фемида. — Подержи-ка его немного…
Она передала Деметре ребенка, наклонилась к серому камню и легонечко так этот монолит приподняла.
 
И вытащила из-под него большой тусклый меч.
— Ну вот, теперь можно идти.
Она забрала малыша у Деметры, превращаясь в гибрид Мадонны с младенцем и памятника воину-освободителю. И решительно двинулась вперед.
— А я предупреждал, что куда только этот ваш Даня не придет, там везде, пардон, наступает жопа, — негромко сказал печальному дворецкому Самеди. Но под моим тяжелым взглядом умолк и двинулся следом за Фемидой, что-то насвистывая.
— И чего они все такие недовольные? — обиженно пробормотал я. — В конце концов, уж лучше ребенком в детской коляске пару лет поездить, чем двухсотлетним старцем — в инвалидном кресле!
  
Глава 7
 
Три целых пятьдесят пять сотых
 
Поднявшись из подвала, мы все, не сговариваясь, завернули в столовую и еще раз выпили.
Бедный наш Бельский тоже потянулся было ручонками к стопарю, но разве мы звери, чтобы ребенку алкоголь давать? Фемида без задней мысли ловким движением сунула ему в протянутую ручонку кусок яблока с фруктовой тарелки.
Получилось жестоко. Как говорится, сожравши раз ешь и сейчас.
Мелкий не сдержал эмоций и заревел в три ручья — видимо, детская нервная система не смогла совладать с настоящим взрослым горем.
Причем меня совершенно потрясла реакция очередной молчаливой женщины в платье горничной, которую мы застали в столовой в процессе замены грязной посуды новой.
Увидев среди нас Фемиду с мечом и младенцем на руках, она…
Просто поклонилась, поставила последнюю тарелку на тележку и бесшумно ушла.
Вообще не удивившись! Подумаешь, откуда-то в доме вооруженная баба взялась. С мелким детенышем на руках. Эка невидаль. Каждую четную неделю по пятницам и четвергам такое происходит, ага.
Ко мне даже закралась мысль, уж не под гипнозом ли они все? Уж больно все какие-то тихие, молчаливые и… прямо не люди, а ходячие функции. Ни эмоций, ни реакций. Интересно, если вазочку хлопнуть об пол, она хоть вздрогнет? Или невозмутимо пойдет за щеткой и совком?
Я невольно вспомнил птиц Оракула…
От этого воспоминания мне стало как-то неуютно.
— Ваши горничные, случайно, не андроиды новейшего поколения? — с кривоватой усмешкой спросил я дворецкого.
— Нет. Просто прислуга высшего уровня.
— Которая ничему не удивляется?
— Выражение эмоций не входит в перечень предоставляемых услуг. А вот спокойствие и услужливость — да.
— А если бы они вошли в столовую и увидели на полу труп? Тоже просто поклонились бы и ушли?
— Нет, — невозмутимо отозвался дворецкий. — Они бы вместе вынесли его в техническое помещение, растворили в кислоте и тщательно вымыли бы здесь пол перекисью водорода. Разумеется, если бы не поступило каких-то других распоряжений на этот счет. К слову, этот пункт как раз-таки включен в их обязанности. А теперь пойдемте со мной, я должен навести кое-какие справки…
И он с каменной физиономией двинулся к потайной двери, откуда мы попали в очередной коридор, и опять в темную комнату, и еще в один коридор.
А я шел и все никак не мог перестать думать о трупах, кислоте и перечне услуг. Блин, вот интересно, он так меня троллил или говорил всерьез?
Впрочем, наверное, ответ на этот вопрос лучше и не знать.
Наконец мы оказались в небольшом кабинете, похожем на тайный центр управления мировым правительством. Или ассоциации героев. Или и то, и другое одновременно.
В центре полукругом стояли столы с ноутбуками, на стене висело несколько здоровенных мониторов, невидимо жужжали компьютеры. Огромный стеллаж сбоку поблескивал осыпавшимся золотом книжных корешков. Вдоль дальней стенки уютно расположились два кожаных диванчика с журнальным столом между ними. Посреди столика лежала большая криповая русалка с раздвинутыми на груди ребрами и красной подсветкой из пустого нутра — должен признать, это была одна из самых креативных пепельниц, что я видел.