Металлический вкус космоса. Книга 4 (СИ)

По ночам ко мне так и продолжали приставать: зачем мы туда летим? Всё пытались выведать настоящую причину. А её и нет. Вернее есть — обещал ведь, так что всё равно полетел бы. Так почему не сейчас?
В первой промежуточной системе ничего интересного не заметили, хотя обследовали её очень внимательно. Но занимались этим с большой опаской, всё-таки от Содружества далеко, места вообще не исследованы, тут встретить можно чего угодно и кого угодно. Но никого не встретили и ничего не нашли. Полетели дальше. Вышли в следующей системе. Вышли, как всегда, на краю системы и не спеша пошли вглубь. Искин при этом работал, тщательно просвечивая сканерами систему. Он и обратил моё внимание на странный астероид. Слишком уж правильная у него была форма, почти идеальный шар. Нет, при приближении было видно, что шар совсем не идеальный, да и разных выступов и выбоин хватало. Но и от остальных астероидов он здорово отличался. Да и состав странный — почти 80 % металла. И что интересно, этот астероид сначала просто висел в пространстве, а потом двинулся в нашу сторону. А ведь увидеть нас практически невозможно, система маскировки у меня очень продвинутая, от разведчика Джоре. Может заметил выход из гипера? Или работу сканеров? Черт, думаю о булыжнике, как о живом существе. Может это какая министанция тех же Джоре? Или ещё какая база? Они любят всё под астероиды маскировать, правда форма их баз более естественная — булыжник и булыжник. Хотя я и видел только одну базу и одну артплатформу. Приказал искину отправить запрос по стандартной форме империи. Никакого ответа. А булыжник-то приближается. Нет, лететь ему ещё далеко, он ведь находился в глубине системы, а я иду с края. Так, и что делать? Удрать обратно не могу, не хватит места для разгона, продолжать путь тоже не могу — разгоняться придётся как раз в сторону этого булыжника, а встречаться с ним у меня никакого желания. Если уйти чуть в сторону и вниз, то хватит свободного пространства для разгона. Ну что ж, будем удираь. Не воевать же с ним. Такую здоровую каменюку я даже своими снарядами сразу расколотить не смогу, а чем он мне может ответить я не знаю, так что лучше не рисковать. Так ещё немного вперёд и можно уходить в сторону и разгоняться. Тут от булыжника оторвалась куча маленьких камушков. 24 штуки. При приближении напомиминали и в самом деле речные голыши, правда размером с мой аграфский бот. И, главное, все одной формы. Чёрт, вспомнил — это же корабль архов, я такой когда-то видел, когда читал о той давней войне между Содружеством и этими насекомыми. Правда, читал не внимательно, не очень она меня заинтересовала — давно это было и далеко от нашего края Содружества. Точно, этот булыжник — крейсер архов, а голыши — истребители. Очень, кстати, неприятный противник. Во всяком случае, крови нашим они попили не мало. Так что да, надо удирать. А может послать на прощание подарок? Носовыми и ретирадным орудием я его не достану, а вот бортовым могу. Мысленный приказ искину и тут же был произведён выстрел. И что там? Кусок поверхности булыжника просто испарился и он стал притормаживать и уходить в сторону. Ага, не нравится. Зато истребители вроде бы даже прибавили прыти. Но куда уж вам. Мой старый корабль может и догнали бы. Отдал команду и мы начали разгон. Истребители остались сразу далеко позади, а мы через пять минут ушли в гипер. А куда это я лечу? Чёрт его знает. Дал команду искину выйти из гипера через пару систем и просчитать новый маршрут в сторону Содружества. Что-то мне к этой базе лететь расхотелось. Что за архов я встретил, не понятно. Если дальняя разведка, то и фиг с ними, эти в какую даль только не забираютя. А если патруль? Эти как раз далеко от своих территорий не уходят. Так что дальше лететь смысла нет, вдруг вынырну как раз в глубине их освоенного космоса? Вот сюрприз для них будет, а какой сюрприз будет для меня! Я от одного их крейсера удрал, а если их будет несколько? А у них есть, вроде, корабли вообще с планетоид. Да и насчёт их вооружения я ничего не помню. Чем воюют-то? Надо будет почитать о них более внимательно. Но это когда до более обжитых мест доберусь, здесь гиперсвязь не действует, никто ведь в такую даль от Содружества ретрансляторы не потащит.
 
Решил сходить поесть. До выхода из гипера ещё часов семь, не сидеть же всё время в рубке.
— Геор, а кто это был? — спросила Эмма.
— Где?
— Где, где. Мы с кем-то воевали?
— Да ни с кем мы не воевали. Так, стрельнул разок в какую-то наглую летающую каменюку.
— Ага, и удрали мы тоже от этой каменюки?
— От неё, от кого же ещё. От всего неизвестного, а значит опасного, надо удирать, запомни это. А вообще, мы удирали от архов.
— А кто это?
— Разумные насекомые. Всё, никаких вопросов, я сам о них ничего не знаю. Знаю только, что очень они опасные и противные и люди с ними когда-то воевали. Больше ничего не помню. Вот прилетим во фронтир, подключим гиперсвязь и узнаем о них побольше. А пока, мы с Линдой обедать, а ты дежуришь.
Быстро поели и я отправился в рубку, а Линда в зону отдыха, дочку проведать. Отправил Эмму обедать и собрался подремать в кресле. Но тут искин прорезался.
— Капитан, к базе не полетим?
— Нет.
— А как же приказ искина базы?
— А железяка вообще имеет право приказывать истинному Джоре?
— Искин базы не «железяка», а высокотехнологичный продукт деятельности имперской науки с личностной матрицей штаб-офицера.
— И всё же?
— Не знаю. Искины моего класса свободы воли не имеют и обязаны во всём подчиняться людям, имеющим соответствующие допуски. Командовать другими людьми мы можем только с разрешения вышестоящего командования, имеющего соответствующие допуски.
— О как загнул. А если без зауми: имеешь права отдавать приказы людям?
— Да, членам экипажа, если получу соответствующий приказ от капитана.
— А искин базы имеет право отдавать мне приказы?
— Если имел соответствующий приказ от собственного командования.
— А он был, этот приказ?
— Не могу знать.
— Вот и я немогу. Да даже если и был такой приказ несколько тысяч лет назад, он ещё действителен? И потом, я совершенно посторонний человек, какого хрена он мной командует?
— Для искина время не имеет значения. Что вчера, что тысячу лет назад — без разницы. И посторонним ты был до прибытия на базу, а после получения офицерского звания ты стал военнослужащим и членом экипажа базы.
— О как. Это теперь любой, попавший на базу, становится членом экипажа?
— После прохождения необходимой проверки и если существуют соответствующие инструкции. А они, наверняка, существуют, иначе искин базы не смог бы так действовать.
— То есть я и в самом деле офицер флота империи и моим непосредсьвенным командиром является какой-то искин с древней базы?
— Ну, да. Так получается. Но ты же мог отказаться от офицерского звания и вообще от службы во флоте империи.
— И долго бы я после этого прожил? Выпустил бы искин меня с базы?
— Соответственно существующим инструкциям. С вероятностью в 99 % — нет, не выпустил бы.
— Вот. Я что дурак, спорить с чокнутой железякой?
— То есть, капитан, ты заведомо лгал искину базы?
— И в мыслях не было. Да и как можно солгать на базе, где разных ментальных датчиков на метр по сотне понатыкано? Не говорил всей правды, так вернее. А получилось, как получилось, то есть так, как устраивало меня. Вот этим человеческий мозг и отличается от вычислительного центра, что прячется в корпусе из металла и называющего себя гордо искином. И человеческая матрица тут не поможет, мы мыслим по разному.
— То есть, вы можете лгать, а мы нет?
— В том числе. Хотя я и не лгал, я же тебе говорил. И от выполнения приказа я ведь и не отказываюсь и не отказывался никогда, у меня такого и в мыслях не было, но вот когда я его выполню и как — это уже другой разговор. Вот сейчас, например. Мы ведь собирались согласно приказа посетить базу дальней разведки? Собирались. Но встретив на пути превосходящие силы противника, вынуждены отступить.