Мы умираем за Игниум (СИ)

— Да иди ты! — близнец отскочил к стене. — Выброси эту гадость! Фу! Выброси эту дрянь! Тут всё отмывать надо теперь.
Лана швырнула крысу в смотровой люк. Я же закончил с осмотром проводки, благо что эта крыса была одна, вздохнул и вернулся за пульт. Понятия не имею, какие из этих манометров рабочие, но оптика в отличном состоянии. Я проверил перископ, дальномеры и прицелы. Всё это, конечно, устаревшее, но во время войну у нас было более древнее оборудование.
— Ну так что, Марк? — ребята ждали моего вердикта.
— Прежде всего, — задумчиво произнёс я. — Когда будут игры?
— Через три месяца, — ответил Ян. — Но уже через неделю будет подготовительный этап, где мы должны пройти маршрут. Кто не сможет, того не допустят.
— А другие уже начали тренироваться, — посетовал Валентин. — Мария, что скажешь, сможешь починить? Ты же обучалась, как ремонтник.
— Ну, — девушка замялась. — Я бы могла попробовать отремонтировать ходовую, но за неделю…
Они все замолчали и опять посмотрели на меня, не очень веря, что я их обрадую. Ну, значит, они сейчас удивятся.
— Мы починим это, — сказал я твёрдым голосом. — И уже через неделю пройдём маршрут.
— Ты в этом уверен? — спросил Ян с сомнением.
— Я вам обещаю, что через три дня мы выведем Старого Герберта из ангара своим ходом. Здесь нет ничего такого, с чем бы мы не справились. Все крупные агрегаты и детали в порядке, остальное можно поменять даже в поле.
Ребята переглянулись, сначала удивлённые, но не думал, что мне доставит удовольствие наблюдать, как на их лицах загорается надежда на счастливый исход.
— Обещаешь? — Валентин пучил на меня глаза.
— Да, это в наших силах. Но нам всем придётся хорошенько поработать. А сначала — кто-нибудь, раздобудьте все чертежи по нашему другу, какие найдёте. Будем планировать.
* * *
Мы возились до темноты, пока охранник не выгнал нас из ангара. Остальные разошлись по своим комнатам, но мне пока не хотелось спать.
Я вышел на балкон из общего коридора общежития. Всё-таки в этих местах холодно, дома теплее. Ещё дует ветер с севера, где, по словам моих новых знакомых, зима длится большую часть года, а солнце иногда пропадает на несколько месяцев и наступает долгая ночь. И где-то там находятся земли отца Марка Драгана.
— Тебе не холодно? — спросила Мария, выходя на балкончик.
От неожиданности я чуть не вздрогнул.
— Прохладно. Но я-то в куртке, а ты не замёрзнешь?
Она всё ещё в лёгкой учебной форме и куталась в платок, но не похоже, что она также мёрзнет, как и я. Девушка махнула рукой и улыбнулась.
— У нас дома холоднее, я привыкла. Не хочешь чая?
— Нет, спасибо, — я посмотрел на неё, и добавил, чтобы не расстроить: — Может быть, попозже. Хочу увидеть одну штуку, но та туча всё портит.
— Какую штуку?
— Даже не знаю, как объяснить. Ладно, может в другой раз увижу.
— Марк, — произнесла Мария. — А мы правда сможем починить машину?
— Да, — ответил я без всяких сомнений в голосе. — Вот если бы из строя вышли валы на сервоприводах ног, то их…
— Их да, надо менять, и это можно сделать только в мастерской, — Мария засмеялась. — Папа всё настаивал, чтобы я осваивала ремонт шагоходов, говорил, что старший брат будет пилотом, а я ремонтником. Но практики было мало, в основном теория. Это будет первая ригга, которую я буду чинить.
— Ну, надо же с чего-то начинать. Самое сложное, это цепи запуска, или когда артиллерия перебивает синхропривод или поворотный сустав…
Я замолчал. Ну разве эта девушка будет чинить машину под обстрелом на поле боя? Она из дворян, и хотя здешним дворянам нужно знать всё о риггах, воевать она точно не будет.
— В общем, если знаешь наизусть схему запуска, то остальное приложится, — закончил я. — Тем более что у всех ригг они почти одинаковы.
Наверное, устройство ригги — это не та тема, которую можно обсуждать с девушкой, тем более благородной. Но Мария делала вид, что ей очень интересно. Ну а мне можно сказать спасибо покойному Анри, который не оставлял попыток научить меня хоть каким-то манерам.
 
А то был бы номер, если бы я сейчас сморкался в рукав, опускал пошлые шуточки или пердел прямо при ней. Даже стало стыдно за себя, а то припомнился один случай ещё до войны…
— А, ты же про это говорил? — она вытянула палец, указывая на небо.
Та тучка ушла, и теперь я заметил странную звезду. Достаточно большую и яркую, но если присмотреться, можно увидеть маленькое чёрное пятнышко внутри неё. Будто миниатюрный чёрный диск, вокруг которого горел свет, как блестящее кольцо. Кольцо света едва мерцало.
А если бы не Мария не показала, я бы так и пялился до утра, но теперь уже я эту штуку не пропущу. Посмотреть бы на это в какой-нибудь телескоп.
— Нам нужен телескоп! — воскликнула Мария, в очередной раз угадывая мои мысли. — У нас в классе есть, надо не забыть его завтра забрать.
— А что это вообще такое? — спросил я. — А то мне Анри, мой друг, тогда рассказывал, но я до конца не понял.
— Это Пожиратель Звёзд, — девушка хихикнула. — Ну, так его прозвали, крестьяне, по крайней мере, но название прижилось. У меня папа увлекался космосом, рассказывал, что это гигантская чёрная дыра очень далеко отсюда. Говорил, она появилась, когда закончилась Эпоха Полётов, а до этого там была очень яркая и большая звезда. Может быть, из-за этого и прекратились полёты, сейчас уже никто не знает. А ты правда не видел это раньше?
— Не-а, это видно только из вашего полушария.
— Говорят, что этот свет вокруг него — звезда, которую он пожирает. Многие верят, что однажды он сожрёт и нашу, но это сказки. Эта штука очень далеко, просто огромная, поэтому её и видим. Папа рассказывал, что когда закончится война, то мы сможет опять попробовать выйти в космос. А ты же видел тот корабль, который…
Дверь за нашей спиной скрипнула и на балкон неловко протиснулся какой-то парень, мешая нам продолжить разговоры о звёздах.
— Извините, — буркнул он подавленным голосом. — Я думал, тут никого.
— Привет, Антоний, — Мария заулыбалась. — Как у тебя дела?
Парень пожал плечами. Вид у него такой, будто он только что плакал.
— Лучше не спрашивай.
— А что такое?
— Объявили, что мне завтра сдавать экзамен на патент, а я же ничегошеньки не знаю. Вообще. Зачем так внезапно? Ничего же не помню.
Он тяжело вздохнул. Руки заметно тряслись.
— Если не сдам, домой лучше не возвращаться. Ни наследства, ни титула. Отец в ярости будет.
Антоний подошёл к перилам балкона и сильно свесился вниз. Я тоже выглянул туда. Всего-то третий этаж, но из-за того оврага под балконом глубина намного больше.
— Не потеряй равновесие, — сказал я.
— А? А, точно, — парень отошёл на шаг. — Голова забита. Класс завтра будет на ригге тренироваться, а мне экзамены сдавать. Как же это всё не вовремя, не знаю, что и делать.
— Может быть, чаю? — предложила Мария и продолжила спокойным голосом: — Ну давай, кружка горячего чая поможет тебе успокоиться. Тебе же нечего бояться, ты самый умный на всём курсе. Даже все учителя говорят, что ты должен быть первым Наблюдателем, который получит патент. Поэтому с тебя и начинают. Никто не будет тебя специально валить, всем нужно, чтобы ты уже сдал и стал правителем.
Её успокаивающий голос действовал даже на меня. Парень потёр лоб и выдохнул.
— Да, ты права, Мария. Всё получится. Я смогу.
— Вот видишь, — девушка потрепала его по плечу. — Всё образуется. Пошли уже внутрь, что тут стоять, мёрзнуть?
— Я ещё постою, подумаю, — сказал Антоний. — Спасибо, Мария.
— Не за что, если передумаешь, мы на первом этаже, пьём чай.
Мария потянула меня за собой. В коридоре она потянулась к моему уху и прошептала:
— Это Антоний Кос из Калиенты, это на Острове. Добрый такой парень, но слишком уж мнительный и постоянно волнуется. Нервы сдали, он же ещё с Адамом дружил, а тут всё и навалилось.
— А это серьёзный экзамен? — спросил я. — Мне же тоже потом такой сдавать.