Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I (ЛП)

— А-а-а-а….и-и-и-и… старейшина Юйхэн.... м-м-утро.
Чу Ваньнин поднял глаза.
— Доброе утро.
После этого ученики старейшины Сюаньцзи, трясясь от страха, быстро убегали.
Чу Ваньнин не стал тратить на них время и сосредоточился на своей капусте, промывая ее и бросая в корзину. Он мыл со всей серьезностью, тщательно очищая лист за листом и старательно промывая несколько раз. В результате столь длительной и аккуратной обработки маленькая корзина капусты так и не была вымыта до полудня.
Слуги ждали на кухне, в отчаянии расхаживая взад и вперед.
— Что же нам делать? Если он не вернется, не вернется и капуста. Как мы будем готовить тушеную говядину без зелени?
Смотритель посмотрел на солнце, приближающееся к зениту, и решил:
— Ладно, не будем ждать. Просто смените блюдо на тушеную говядину в красном соусе. 
Итак, к тому времени, когда Чу Ваньнин вернулся, разваренная мягкая и нежная говядина Зала Мэнпо уже тушилась в кастрюле, впитывая в себя все богатые ароматы, и в капусте больше не было нужды. Чу Ваньнин нахмурился. Держа в руках кочан капусты, он с явным недовольством холодно спросил:
— Почему капуста больше не нужна? Зачем тогда ты сказал мне ее помыть?
Управляющего кухней прошиб холодный пот, он схватил первую попавшуюся вещь, чтобы вытереть лоб. В панике он произнес слова, о которых впоследствии сожалел вечно:
— Это все потому, что мы надеялись, что старейшина сделает горшок тофу с тушеной капустой!
Чу Ваньнин без всякого выражения на лице, по-прежнему сжимая в руках капусту, чуть наклонил голову, молча размышляя о чем-то.
Управляющий поспешно добавил:
— Если старейшина сочтет это обременительным, то тогда, конечно, не стоит.
Прежде чем он успел закончить, Чу Ваньнин резко произнес:
— Где тофу?
— Старейшина, а вы… вы умеете готовить?
— Я не совсем уверен. Но я могу попробовать.
Когда наступил полдень, веселые и шумные ученики, как обычно, вошли в Зал Мэнпо. Несколько человек заняли места, а другие пошли к стойке раздачи за едой.
Еда на Пике Сышэн всегда была вкусной и разнообразной, и сегодняшний день не должен был стать исключением.
Тушеная говядина имела идеальную жирность, свинина юйсян [30.3] была богата цветом и ароматом, обжаренные в кляре ломтики свинины были золотыми и хрустящими, а рыба в красном перце — красивой и аппетитной. Ученики поспешно расхватывали свои любимые блюда и становились в очередь в надежде, что шеф-повар даст им дополнительный черпак кисло-сладких свиных ребрышек или дольет немного соуса или масла чили в рис.
Самыми быстрыми в очереди всегда были ученики старейшины Луцуня. Парень впереди щеголял огромным прыщом на лице, но все еще с нетерпением ожидал своего острого тофу [30.4]. Он ловко придвинул свой поднос с тарелками вперед и сказал, даже не подняв глаз:
— Наставник, я хочу миску острого тофу.
Изящные бледные пальцы наставника подали ему щедрую порцию тофу.
Однако это был не тот мапо-тофу, к которому он привык. Вместо нежнейшего белого тофу в чаше лежала неразличимая масса какого-то черного вещества.
Ученик с тревогой уставился на него.
— Что это, черт возьми?
— Тушеная капуста с тофу.
Из-за гула голосов в Зале Мэнпо этот ученик не узнал голос человека, который ответил ему, и с раздражением сказал:
— Ты пытался сделать какое-то зелье бессмертия?! В каком мире эта дрянь называется тофу с капустой?! Я не хочу этого, забирай эту мерзость обратно!
В середине своей тирады он посмотрел на повара, но как только увидел, кто стоит на раздаче, в ужасе вскрикнул и чуть не опрокинул весь поднос.
— Э... старейшина Юйхэн!
— Хм…
Ученик был почти в слезах.
— Нет, я… то есть... Я не это имел в виду, просто сейчас...
— Если не хочешь есть, отдай обратно, — сказал Чу Ваньнин совершенно бесстрастно. — Не нужно зря переводить еду.
Ученик одеревянело поднял чашу и неловко передал ее Чу Ваньнину, а затем неуклюже зашаркал прочь.
 
К этому времени все уже знали, что старейшина Юйхэн стоит в конце стойки, поэтому всегда оживленный Зал Мэнпо погрузился в мертвую тишину.
Словно стая скулящих щенков, которых против воли тащат за шкирку, ученики встали в очередь и в панике заказывали блюда, наполняя свои тарелки. Они почтительно подходили к концу прилавка, бормотали отрывистые приветствия старейшине и убегали так быстро, как только могли.
— Приветствую старейшину Юйхэна.
— Хм…
— Добрый день, старейшина Юйхэн.
— Добрый день.
— Спасибо за беспокойство, старейшина Юйхэн.
Ученики были до крайности почтительны и осторожны. Чу Ваньнин принимал все их нервные приветствия… но никто из них не попросил тушеного тофу с капустой.
Постепенно очередь становилась все короче и короче, а еда перед другими наставниками почти исчезла. Только стоявший перед Чу Ваньнином, наполненный почти до краев котелок одиноко стоял на раздаче и никого не интересовал.
Лицо Чу Ваньнина ничего не выражало, но в своем сердце он чувствовал что-то. Ведь он так усердно трудился, чтобы вымыть капусту, потратив на это все утро...
В это время вошли трое его учеников.
Сюэ Мэн, одетый в свою обычную серебристо-голубую легкую броню, сразу же подлетел к нему и спросил:
— Учитель! Как вы? Ваши раны все еще болят?
— Нет, — спокойно ответил Чу Ваньнин.
— Это замечательно, — ответил Сюэ Мэн.
Чу Ваньнин взглянул на него и вдруг сказал:
— Может, ты хочешь съесть тофу [30.5]? разг.: приставать, лезть, заигрывать, распускать руки, лапать за грудь.
Сюэ Мэн: — …
Автору есть что сказать:
Чу Ваньнин: — Ты хочешь съесть тофу?
Ученик А: — Ээээ… н-нет...
Чу Ваньнин: — А ты хочешь съесть тофу?
Ученик Б: — У меня аллергия на тофу!
Чу Ваньнин: — Может, ты хочешь съесть тофу?
Сюэ Мэн: — Что? (внезапно его лицо и уши покраснели) Эээ… я натурал! Я... я не буду есть тофу Учителя!
Чу Ваньнин: ...О чем ты подумал? Иди в дисциплинарный зал и поразмышляй о себе! Иди сейчас же! И с этого момента прекрати крутиться вокруг Мо Вэйюя! (в порыве гнева переворачивает стол)...
  
Глава 31. Дядя этого достопочтенного
 
Чтобы показать Учителю свою преданность, молодой господин Пика Сышэн попросил целых три порции обугленного тофу и пообещал съесть каждый кусочек.
Чу Ваньнин был очень доволен, и в его глазах читалось одобрение.
Мо Жань же, увидев это, был очень недоволен. Тасянь-Цзюнь жаждал такого же признания и одобрения Чу Ваньнина, поэтому немедленно попросил три порции тофу. Чу Ваньнин удивленно взглянул на него:
— Так много, ты сможешь съесть все это?
Мо Жань непременно должен был взять верх над Сюэ Мэном:
— Три порции — это ерунда. Даже если будет еще три, я справлюсь.
Чу Ваньнин холодно сказал:
— Хорошо, — и положил Мо Жаню шесть порций тофу. — Съешь все, зря еду не переводи.
Мо Жань: — …
Поскольку два других ученика уже сделали это, Ши Мэй, естественно, с улыбкой последовал их примеру:
— Учитель, мне тоже три порции.
Итак, в первый же день отработки наказания старейшиной Юйхэном все три его ученика заболели пищевым отравлением. 
На второй день старейшина Цзелюй разыскал Чу Ваньнина и тактично сообщил, что Зал Мэнпо не нуждается в дополнительных помощниках, и попросил его подмести опавшие листья и вытереть столбы на мосту Найхэ.
Мост Найхэ соединял основные учебные здания горы Сышэн с жилыми помещениями учеников. Он был достаточно широким, чтобы пять конных экипажей могли проехать бок о бок. Это было величественное сооружение с главными опорными колоннами, украшенными девятью зверями из белого нефрита, которые символизировали девятерых сыновей дракона, и тремястами шестьюдесятью низкими колоннами, украшенными львиными головами.