Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I (ЛП)

За ней было место, специально отведенное для купания. В центре стояла большая бочка, в которую легко мог бы поместиться человек. Чу Ваньнин заглянул внутрь. Вода была горячей, в ней плавали лекарственные растения, но никого не было.
Оглядевшись, он заметил одежду Мо Жаня на деревянной полке.
Не мог же он помыться и уйти, не надев никакой одежды?
Чу Ваньнин поморщился, пытаясь выбросить эту жуткую мысль из головы, плотно сжал губы, и лицо его приобрело кислое выражение.
Только он собрался развернуться и уйти, как вдруг услышал позади булькающий звук.
Чу Ваньнин обернулся и увидел, что в деревянной бочке, на поверхности воды, покрытой травами и лепестками, появилось несколько пузырьков.
«Там кто-то есть?..» 
Как только он подумал об этом, раздался плеск воды, и совершенно голый Мо Жань вынырнул из бочки словно водяной дракон из пучины. От неожиданности Чу Ваньнин отступил на шаг.
Оказывается, он нырнул под воду и задержал дыхание, и поэтому не услышал, как Чу Ваньнин зовет его. Когда у него закончился кислород, он выскочил из бочки и по-собачьи стряхнул воду с волос, забрызгав одежду Чу Ваньнина.
— Мо Жань!
— Ой! — юноша на мгновение остолбенел, а потом испуганно распахнул глаза. Вынырнув, он явно не ожидал никого увидеть. 
— Учитель? — пробормотал он.
— Ты...
Взгляд невольно скользнул по ладной фигуре юноши. Отведенные назад плечи казались очень широкими на контрасте с узкой талией. Все его тело словно лучилось молодым задором и сексуальным напряжением. Ослепительно сверкающие на солнце капли воды, подобно жидкому золоту, медленно стекали по развитым мышцам груди и пресса.
С мокрыми волосами, в которых запуталось несколько цветочных лепестков, и капельками воды, зацепившимися за длинные ресницы, он был похож на прекрасную русалку, хвост которой до поры был скрыт под водой. 
Мо Жань вытер воду с лица и, улыбаясь, повернулся к Чу Ваньнину. Схватившись за край бочки, он с улыбкой сытого леопарда уставился на учителя.
Чу Ваньнин почувствовал, как закружилась голова, и кровь прилила к лицу, обдав его тело жаром. Пытаясь справиться с собой, он сказал первое, что пришло в голову:
— Что ты делаешь?
— Купаюсь.
— Утром?
— Ха-ха, — нервно хохотнул Мо Жань, чувствуя себя пойманным с поличным. На самом деле, он хотел просто облиться холодной водой, чтобы потушить сжигающий его злой огонь, но после подумал, что раз уж разделся, то почему бы не принять горячую ванну? Он с удовольствием вымылся и нырнул, чтобы потренироваться в задержке дыхания, а вынырнув, столкнулся лицом к лицу с Чу Ваньнином.
— Что смешного? — Чу Ваньнин нахмурился. Его голос стал звучать особенно холодно, как и всегда, когда он пытался скрыть сильное волнение. — Если ты рано встал, то должен был разбудить меня, а не плескаться, разбрасывая одежду по всей комнате, словно...
— Учитель, у вас... капелька воды... вот тут...
После небольшой заминки, он поднял руку и вытер воду с щеки Чу Ваньнина.
— Вот и все… — Мо Жань улыбнулся. Он забыл про свои мокрые руки. После того, как он вытер лицо Чу Ваньнина, воды на нем только прибавилось.
Чу Ваньнин застыл, его лицо стало напряженным, воздух вокруг него заледенел. Губы сжались в тонкую линию, и только ресницы иногда подрагивали.
Учить Мо Жаня было похоже на дрессировку глупой собаки. Но что делать, если натворив дел, этот хитрый щенок, вскинув голову, заискивающе смотрит на тебя?
— Одевайся, мы уходим. Пора возвращаться в наш орден, — сказав это и взмахнув рукавами, он поспешно вышел из-за ширмы.
Там, где Мо Жань уже не мог его видеть, он покраснел.
Стремительно сбегая, Чу Ваньнин и не заметил растерянный, полный тоски жадный взгляд, буравящий его спину до тех пор, пока он не скрылся из вида.
В этот момент смущенная улыбка исчезла с лица Мо Жаня, превратившись в свирепый оскал.
Раздосадованный, он ударил по воде и остервенело потер еще мокрое лицо.
Какого черта?
Что творится с ним сегодня?
Я ведь просто увидел его, просто поднял руку и коснулся его лица.
 
Желание, которое он с таким трудом подавил, снова подняло голову.
— Почему ты так долго одевался? — нетерпеливо упрекнул его Чу Ваньнин, отворачиваясь от открытого окна. Его одежда развевалась на сквозняке, черные пряди липли к нефритово-белым щекам.
Мо Жань откашлялся и пробормотал:
— Я сушил волосы заклинанием. Нужно быть аккуратным с такого рода магией, поэтому получилось немного медленно. Простите меня, Учитель.
Мо Жань редко вел себя так вежливо. Чу Ваньнин посмотрел на него с удивлением:
— Раз ты закончил мыться и причесываться, собирай уже свои вещи. Мы возьмем напрокат магическую лодку. Я не хочу лететь на мече и порядком устал от конных прогулок. Путешествие по воде сейчас будет самым лучшим вариантом.
— О, хорошо, — Мо Жань так и не осмеливался взглянуть на него, только еще раз незаметно откашлялся.
Чу Ваньнин нахмурился:
— Что случилось с твоим горлом?
— Ничего.
Они собрали вещи, купили в магазине провизию в дорогу и отправились на пристань, чтобы зафрахтовать лодку.
Лодка шла по реке Янцзы, а когда это стало невозможно, подняла их в небо на своих деревянных крыльях. Хотя этот способ передвижения нельзя было назвать самым быстрым, он позволял путешествовать в тишине и комфорте.
Через восемь дней деревянная лодка остановилась перед горными вратами. Они, наконец, прибыли на Пик Сышэн.
Мо Жань поднял бамбуковую занавеску, чтобы Чу Ваньнин мог покинуть каюту, а затем последовал за ним. Была уже поздняя ночь, и луна висела высоко в небе. В своем последнем письме Старейшина Юйхэн попросил Сюэ Чжэнъюна не посылать никого им навстречу, поэтому они вдвоем поднялись по лестнице и встретили четырех привратников у главного входа.
— Старейшина Юйхэн! Молодой господин Мо!
Когда четверо учеников увидели их, на лицах почему-то промелькнул страх. Прежде чем они успели что-то спросить, они упали на колени и заголосили наперебой:
— Старейшина, молодой господин, сейчас в ордене два человека, которые хотят поймать вас. Глава отправил голубей, чтобы предупредить вас держаться подальше от главных дорог, но, похоже, эти жирные птицы летели слишком медленно. Старейшина, молодой господин, отправляйтесь в город Учан и спрячьтесь там ненадолго. Не нужно входить!
Чу Ваньнин прищурился и спросил:
— С чего вдруг такая паника?
— Эти люди из Верхнего Царства говорят, что старейшина практикует темные искусства. Они хотят отвести вас в Цитадель Тяньинь [90.2] для допроса.
— Цитадель Тяньинь? — удивленно переспросил Мо Жань. — Разве это не тюрьма, созданная десятью Великими орденами специально для заключения самых отъявленных злодеев?!
— Вот именно! Они пришли из-за того, что случилось в городе Цайде! — испуганно пробормотала одна из учениц. — Старейшина ведь помнит эту историю? Из-за той миссии вас тогда наказали!
— В худшем случае тот инцидент можно квалифицировать как злоупотребление магией в отношении простых людей. Учитель был наказан, с чего вдруг кто-то вспомнил старую историю и к тому же обеспокоил ей Цитадель Тяньинь? — нахмурился Мо Жань. — И при чем тут темные искусства?
— Мы не знаем подробностей, но они сказали, что все жители города Цайде умерли за одну ночь. Их убило существо, которое является наполовину демоном, наполовину божеством, и все выглядело так, будто кто-то натравил его на жителей. Духовная энергия этого существа так сильна, что вряд ли кто-то из рядовых последователей темных искусств смог бы контролировать его. Без сомнения, этот человек находится на очень высоком уровне духовного развития, поэтому они заподозрили старейшину Юйхэна.
Чу Ваньнин просто потерял дар речи.
— Пффф! — хохотнул Мо Жань. — Очевидно, это просто недоразумение, которое быстро разрешится. Так к чему нам скрываться? — он с улыбкой обернулся к Чу Ваньнину. — Учитель, как-то странно устроены их мозги! Какой смысл после этого рисковать собой и учениками? Вы уничтожили опасное божество, а эти люди подозревают, что вы втайне практикуете темные искусства и занимаетесь приручением демонов ради какой-то мелкой мести. Давайте в следующий раз вообще не будем вмешиваться и останемся спокойно медитировать у себя дома?