Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I (ЛП)

Чу Ваньнин прошел мимо бесконечного строя подвешенных на крестах мертвецов к центру, где возвышалась каменная колонна.
К вершине колонны была привязана юйминь, которая, судя по всему, была уже давно мертва. Плод линчи у нее во рту засох, а тело уже начало разлагаться. Однако ее статус можно было определить по вышитому золотом фениксу на одеждах и знаку в виде звезды между бровями.
— Это и есть…
Изумленный Мо Жань перебил его:
— Это же настоящая Святая Правительница юйминь!
— Верно.
Чу Ваньнин посмотрел на колонну, затем, чуть поджав тонкие губы, обвел взглядом бесконечные ряды живых мертвецов: 
— Похоже, здесь больше тысячи пленников. Если бы хоть кто-то из юйминь остался жив, он бы не смирился с убийством своей Правительницы и, проникнувшись лютой ненавистью, попытался отомстить. Кроме того, когда я сражался с Повелительницей, то чувствовал, что ее магия даже слабее, чем у Призрачной госпожи в Цайде. Так что вряд ли я ошибусь, если скажу, что все племя юйминь истреблено. В Персиковом Источнике остались только живые мертвецы под контролем Вэйци Чжэньлун.
-...! — Мо Жань был поражен, насколько похоже они с Чу Ваньнином видели ситуацию. Он хотел как можно скорее вернуться наверх, но Чу Ваньнин вытянул перед ним руку, своим длинным рукавом преграждая путь.
— Куда ты собрался?
— Я хочу рассказать об этом дяде и всем остальным. Если все, как вы думаете, все люди в Персиковом Источнике в большой опасности.
— Не время действовать необдуманно, — Чу Ваньнин покачал головой. — Сейчас наш враг прячется в темноте, а мы на свету. В Персиковом Источнике огромное количество людей, и мы понятия не имеем, кто стоит за всем этим. Опрометчивые поступки могут только усложнить ситуацию.
— Хи-хи, давно не виделись. Образцовый наставник Чу Ваньнин как всегда так осторожен, — в тонком детском голосе звучала нескрываемая насмешка. В мертвой тишине Бездны он прозвучал как удар молнии. Двое людей вместе повернули головы в направлении звука и увидели истерзанное окровавленное тело юйминь, которой на вид было не больше шести лет. Она сидела на ветке выросшего из каменной стены дерева и беспечно болтала ногами. Убедившись, что они смотрят в ее сторону, мертвая девчушка склонила голову набок, ее глаза закатились, и из них покатились кровавые слезы. Уголки рта марионетки дернулись в намеке на игривую улыбку.
— Она под контролем Вэйци Чжэньлун! — отшатнувшись, предупредил Мо Жань.
— Еще один Белый Камень, — мрачно произнес Чу Ваньнин.
— Хи-хи-хи. Совершенно верно. Это мой Белый Камень, — маленькая юйминь захлопала в ладоши. — А вы думали, что я буду рисковать своим истинным телом ради этого маленького дельца? Я не дурак!
— Ты же тот самый фальшивый Гоучэнь из озера Цзиньчэн! Безумец, чего ты добиваешься? — крикнул Мо Жань.
— Хи-хи-хи, ты — ничтожество на нижней ступени духовного развития, неужели думаешь, что имеешь право задавать мне вопросы? Попроси своего Учителя поговорить со мной.
— Ты!...
Чу Ваньнин вновь взмахнул рукавом и прижал тонкие пальцы к макушке Мо Жаня, блокируя его агрессивную попытку ринуться в бой. Подняв глаза, он холодно спросил:
— Так какие же у вас планы? Чего вы хотите достичь?
Юйминь беззаботно болтала ногами в воздухе. Девочка определенно была давно мертва, но пока она была под контролем запретной техники, ее тело свободно двигалось, как марионетка, управляемая ниточками невидимого кукловода.
— Я строю планы, да! Но к вам они не имеют никакого отношения.
— Тогда почему вы несколько раз пытались забрать жизнь моего ученика? — холодно спросил Чу Ваньнин.
— Ничего личного, просто духовное ядро вашего маленького ученика очень подходит мне, — с усмешкой произнес ребенок. — Как это ни странно, но у него прекрасное духовное ядро, даже лучше чем у вас, образцовый наставник. Еще в озере Цзиньчэн я понял, что он обладает превосходной сущностью древесного духа. Если бы не это, я, конечно, предпочел бы вас.
Все эти двусмысленные слова с пошлым подтекстом были произнесены нежным детским голоском. Однако стоило Мо подумать, как они бы звучали из уст взрослого, ему стало тошно от омерзения и злости:
 
— Я поймаю тебя и подвешу вверх ногами, чтобы избавить тебя от твоей вонючей гнилой крови. Блядь, я раздавлю твое духовное ядро, если ты попробуешь дотронуться до меня!
— Да не хочу я тебя трогать, — сказал ребенок все тем же медовым голоском, который доводил Мо до белого каления. — Только из-за твоего прекрасного ядра мне приходится бегать за тобой. В этом мире все ценят красоту, а твой наставник куда красивее, чем ты. Конечно, я лучше бы пощупал его.
— Ты!... — шерсть Мо Жаня от злости встала дыбом. — Боишься показать свое истинное лицо, и прячешься за ребенком, которого превратил в свою марионетку. Подлая тварь, думаешь, ты достоин прикоснуться к моему Учителю?
Мертвый ребенок взглянул на него как на пустое место и опять уставился на Чу Ваньнина.
— Образцовый наставник Чу, когда мы впервые встретились на озере Цзиньчэн, я же просил вас не вставать на моем пути. Однако образцовый наставник не слушает добрых советов, чем разбивает мне сердце.
— Вы уже втянули нас в ваши игры, поэтому даже если вы оставите в покое Мо Жаня, я все равно не отступлюсь и буду расследовать это дело до конца.
— Пфф! Так и знал, что вы так скажете! — ребенок немного помолчал, а потом, усмехнувшись, продолжил. — Почему все образцовые наставники вечно такие упертые? Ладно, раз уж образцовый наставник Чу не желает слушать моих советов, время рассудит нас. Мне даже интересно, что победит: твой талант или моя запретная техника?
Прямые брови Чу Ваньнина сошлись в гневе:
— Вы в самом деле хотите убить всех невинных людей, собравшихся здесь?
— Люди под небом, как сорняки на берегу реки [76.2].
Смысл идиомы: апельсиновое дерево растет на юге реки Хуай, на севере этой реки его называют баньяновым деревом. Название и место может измениться, суть нет. В каком бы месте не жил человек, лучше и хуже он от этого не станет. Что-то вроде нашего «не место красит человека...».
— Что вы имеете в виду?
— Убогие, — девочка хихикнула и поднялась на ноги. — Эти убогие, ушлые ублюдки, они мне отвратительны. Хотел бы я заставить всех их страдать и мучиться, хотел бы раздавить всю эту гниль одним ударом.
— … — Мо Жань.
Голосом полным убийственной духовной энергии Чу Ваньнин сказал:
— Вы и в самом деле неизлечимы.
— Образцовый наставник думает, что я неизлечим, но я считаю, что это вы не тот, кто может исцелить меня. Наша мораль слишком сильно различается, так зачем вы лезете в то, что вас не касается? — ребенок самодовольно покачал головой. — Наставник сыграл со мной уже две партии. Вы обыграли меня в озере Цзиньчэн, похоже, партия в Персиковом Источнике тоже остается за вами. Теперь, когда вы обнаружили Бездну Предка и нашли мой Белый Камень, я несколько выдохся, и, похоже, придется смириться с тем, что не выходит заполучить вашего ученика. В этом раунде я признаю поражение.
Глаза ребенка сузились, взгляд стал острым и злым. Марионетка вскочила на ноги и улыбнулась. Сплюнув сгусток крови, Белый Камень продолжил:
— Однако сможете ли защищать его и дальше? Не забывайте, может, вы и спасли его на этот раз, но посмотрим, сможете ли защищать его всю жизнь.
— …
— Что касается тайны Бездны Предка, то для вас же лучше сохранить ее, — ребенок щелкнул пальцами, и в руке у него появилось сияющее золотом перо нусяо.
Мо Жань изумленно уставился на перо:
— Это же золотое перо — деньги Персикового Источника?
— Правильно, — на детском личике появилась самодовольная улыбка. — Такие золотые перья разбросаны по всему Персиковому Источнику. Если вы сохраните тайну и просто уйдете, больше никто не пострадает. Но если разболтаете мой секрет, все эти перья духовно соединятся со своими юйминь и получат всю накопившуюся в них ненависть, боль и обиду. Может, этого и недостаточно, чтобы отнять жизни людей, культивирующих бессмертие, но хватит, чтобы нанести значительный урон их духовным силам.