Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I (ЛП)

Закрыв глаза, Чу Сюнь стоял, прислонившись к стволу цветущей яблони и, казалось, ничего не слышал. 
— Его жена и ребенок погибли по вашей вине. После этого, думаете, он на самом деле хочет защищать вас? Скорее, он уже замышляет недоброе и планирует забрать ваши жизни, чтобы отомстить за смерть жены и сына. Разве это не в человеческой природе... Когда-то и этот достопочтенный был живым человеком. В мире смертных многие люди носят маску ложной добродетели лишь бы потешить собственное тщеславие и снискать славу. Но в самой сути человека заложено это зло, и каждый, совершающий благородный поступок, имеет свой корыстный интерес. Если ты стоишь на краю гибели, какое имеет значение жизнь и смерть чужих людей?
Голос призрачного князя эхом отразился в каждом уголке притихшей усадьбы.
— Этот достопочтенный уже говорил вам, что с самого начала нам не нужны были жизни всех в этом городе. Ведь даже оставаясь живыми, вы можете послужить моему призрачному клану. Если не верите мне, посмотрите на него...
После этих слов за магическим барьером появилось облако темной энергии, и из него выступил Сяо Мань, рядом с которым был пожилой мужчина с добрым лицом и благородной осанкой.
Кто-то воскликнул:
— Это же отец Сяо Маня!
— Это отец того парня!
— Разве его отец не умер?
— Его труп расчленили! Все это видели! Как такое может быть?!
Князь призраков снова заговорил:
— Я один из девяти князей Призрачного Царства. Хотя управлять жизнью и смертью может лишь Император Призрачного Царства Яма [68.1], в моих силах вернуть мертвым их прижизненный облик. Если вы согласитесь служить мне, то сможете воссоединиться со своими умершими родственниками и возлюбленными. Но если осмелитесь и дальше противостоять мне, то так же как ваш князь Чу сможете испить чашу горя до дна. Вы будете наблюдать, как ваша жена поедает вашего ребенка, и ничего уже не сможете изменить.
Усадьбу накрыла мертвая тишина.
— Вы на самом деле готовы безоговорочно довериться ему? Верите, что он не причинит вам вреда, чтобы отомстить за жену и ребенка? Думаете, что он сможет забрать вас всех на гору Путо?
В некоторых взглядах, устремленных на Чу Сюня, появился злой огонек.
Молодой князь, наконец, выпрямился и поднял голову. Чу Сюнь стоял один под цветущим деревом и спокойно смотрел на них. И он действительно не знал, что сказать в ответ на эти обвинения:
— Что случилось, то случилось. Зачем мне теперь причинять вам вред? 
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — звук смеха, от которого волосы становились дыбом, заполнил весь очищающий духовный барьер. — Превосходно! Просто чудесно! Он не знает для чего вредить вам! Если вы доверяете ему, следуйте за ним. Но если поверите мне… — голос призрачного князя стал таким громогласным, что почти разрывал барабанные перепонки, ядовитой змеей проникая в слабые сердца. — Если вы поверите мне, то будете щедро вознаграждены. Я позволю всем вашим мертвым родственникам вернуться к вам. Все, что я прошу взамен — отдайте мне Чу Сюня! Я ненавижу его, но ничего не имею против вас. Просто отдайте его мне! Вам не нужно будет покидать ваш родной город и менять свой жизненный уклад! Просто отдайте мне Чу Сюня, и вы воссоединитесь со своими близкими. Выведите его за пределы барьера, и сразу все закончится.
Перед тем как исчезнуть, призрачный князь напомнил притихшим людям:
— До рассвета я буду ждать в вашем городском храме.
Стало тихо. А затем люди начали тихо переговариваться, поглядывая в сторону Чу Сюня. Князь все с таким же безмятежным выражением лица спокойно смотрел на них. Шум толпы становился все громче, накатывая как прибой:
— Что же нам делать… — беспомощно простонал кто-то.
— Муж, мне так страшно, что с нами будет…
— Мама, я боюсь! Не хочу, чтобы меня съели…
В толпе кто-то нерешительно высказался:
— В словах призрачного князя есть доля правды… Как он и сказал, не бывает беспричинной доброты… Все мы знаем, какими подлыми могут быть чиновники и аристократы, и этот Чу… Гм, князь Чу, может, и не сделал пока ничего плохого, однако кто поручится, что за его благородным обликом не кроется истинное зло. Неизвестно, что там творится у него на душе после того, что произошло. Может выйти и так, что он обезумеет в самый критический момент!
 
Люди вокруг слышали эти слова, и, вместо того, чтобы оборвать его обличительные речи, многие поддержали его: 
— И то правда! Никто не знает, когда он сойдет с ума и попытается отомстить! Разве такого рода вещи не случались раньше!
Из толпы выскочил здоровый детина и закричал:
— Хватайте его! Если отдадим его, то сможем выжить!
Толпа притихла, и никто не вступился за князя. Лишь молодая девушка вышла вперед, преграждая дорогу сторонникам выдачи Чу Сюня. Её голос звучал тихо, но решительно:
— Разве хороший человек будет за добро платить злом? 
— Проваливай! — мужчина одним ударом свалил девушку на землю и плюнул ей в лицо. — Ты спишь с мужиками за деньги, вонючая шлюха! Как смеешь открывать свой грязный рот? Я честный человек! У меня на руках старый отец, жена, дети, и я должен позаботиться о них. А вы, господин Чу, уж не обессудьте!
Он двинулся по направлению к Чу Сюню, собираясь его связать, но кто-то схватил его за ногу. Мужчина посмотрел вниз и пришел в еще большую ярость:
— Вонючая сучка, как смеешь меня останавливать? Хочешь, чтобы мы все умерли вместе с тобой?
— Может я и падшая женщина, но способна отличить добро от зла. Даже кошки и собаки знают, что за доброту надо платить добром, но что творите вы, люди?
— Еб твою мать!
Отец семейства несколько раз пнул девушку ногой по лицу и переступил через нее. В это время основная часть толпы тоже двинулась на Чу Сюня, взяв его в плотное кольцо. Были несколько человек, которые, как девушка из борделя, пытались остановить их, но их быстро смыло людским потоком, подобно сорванным листьям упавшим в бурную реку.
— Князь! Князь, уходите! — дребезжащий голос из толпы принадлежал дряхлой старухе. — Сейчас же, уходите! Не надо жертвовать собой ради этих скотов! Уходите!
Ей вторил ломающийся детский голос:
— Мама, папа, не трогайте его! Не надо, не отдавайте князя демонам, не надо!
Толпа гудела и бурлила как горный поток, и только Чу Сюнь спокойно стоял под яблоней. Дождь безостановочно лил с небес, а вокруг него как будто бесновались вырвавшиеся из самых глубин ада свирепые демоны. В какой то момент ему в самом деле захотелось покинуть это место.
Но тут его взгляд упал на тех немногих людей, кто, рыдая, стояли живым щитом, уговаривали остальных отступить. На маленького ребенка, умоляющего своих родителей, на девушку с разбитым лицом, которая первая вступилась за него, на старуху с растрепанным седыми волосами. Их было немного, чуть больше десятка, но из-за них он не мог просто взять и уйти.
Если люди ошибаются, он не имеет права на ошибку. Если сейчас убрать духовный барьер, все жители Линьаня умрут.
Самое отвратительное, что может быть в этом мире, это вовсе не демоны, вырвавшиеся из ада, а трусливые твари, которые натянули на себя человеческую кожу. Растворившись в толпе, эти звери, следуя своим низменным инстинктам, ради собственного выживания скажут и сделают что угодно.
А если потом их призовут к ответу, они будут виновато блеять:
— Я просто хочу жить. Я так слаб и беспомощен. В чем моя вина?
Раньше он верил, что все те, кого он приютил в своем доме, хорошие люди, у которых просто недостаточно сил, чтобы защитить себя. Но он ошибался. Сегодня прятавшиеся за масками звери, наконец, сбросили свои человеческие личины, показав свои истинные безобразные ухмыляющиеся морды… Но как же хорошо они прятались и притворялись… слишком хорошо…
Князь вовсе не хотел проливать кровавые слезы ради неблагодарных скотов, но эти твари были слишком хитры, так хорошо спрятались среди хороших людей и теперь злорадно хохотали над бессилием Чу Сюня.