Магический кристалл. Серебряные стрелы. Проклятие рубина

Капитан отвесил Реджису низкий поклон и еще ниже поклонился тем, с кем он имел счастье сдружиться в полном опасностей переходе от Глубоководья до Ворот Балдура.
– Нам помогал попутный ветер, – объяснил он. – Да и «Морская фея» сейчас бежит, как никогда, быстро. Мы можем отчалить на заре. Можете мне поверить, легкое покачивание на волнах – и ваши раны затянутся еще быстрее.
– Но твоя торговля… – сказал Дзирт. – Рынок здесь, в Калимпорте. И сейчас самое время. Ведь ты же не собирался отправляться назад до самой весны?
– Возможно, я и не смогу доставить вас прямо в Глубоководье, – сказал Дюдермонт. – Посмотрим, что скажут нам ветры и льды. Но, вновь сойдя на берег, вы будете гораздо ближе к цели – это я вам обещаю. – Капитан покосился на Реджиса и вновь обратился к Дзирту: – А что касается моих торговых дел, уверяю вас, эти вопросы уже решены.
Реджис запустил пальцы под расшитый драгоценными камнями пояс и почесал живот.
– Ну согласитесь, должен же я вам хоть чем-то отплатить.
– Пф! – фыркнул Бренор, и его глаза восторженно заблестели. – Что ж, Пузан, можешь считать, что со мной ты расплатился сполна!
* * *
Из окна своей комнаты Дзирт рассматривал ночной Калимпорт. Сегодня улицы казались спокойнее, чем обычно, – жители явно попрятались по домам, понимая, какая борьба развернется теперь за трон магистра Гильдии воров.
Дзирт не сомневался, что из тьмы на него и на здание Гильдии одни глаза смотрят по-особому – ожидая очередной возможности еще раз схватиться с темным эльфом по имени Дзирт До'Урден.
Занялась заря, но Дзирт все еще сидел у окна. Первым в его комнату вошел Бренор.
– Ты готов, эльф? – рявкнул дворф, закрывая за собой дверь.
– Терпение, добрый дворф, – ответил Дзирт. – Мы не выйдем из гавани, пока не наступит прилив, а капитан Дюдермонт заверил меня, что это случится никак не раньше полудня.
Бренор плюхнулся на кровать эльфа.
– Так оно даже лучше, – сказал он наконец. – Будет время поговорить с Пузаном.
– Ты боишься за Реджиса, – заметил Дзирт.
– Ну да, – признался Бренор. – По-моему, парень вел себя молодцом, – добавил он, указывая на стоящую на столике статуэтку пантеры. – Но посуди сам. Ведь Реджис говорил, что здесь несметные сокровища. Теперь, когда Пуука нет, среди воров может разгореться нешуточная драка. И опять же Энтрери рыщет где-то рядом. Нет, мне все это не по душе. А крысолюди… Нисколько не сомневаюсь, что они только и ждут удобного момента, чтобы отплатить Реджису за свой позор. А чародей! Пузан говорит, что он очаровал его блеском драгоценных камней. Ну ты понимаешь, о чем я, но сдается мне, что с настоящими колдунами такие фокусы не пройдут…
– Мне тоже так кажется, – согласился Дзирт.
– Не нравится он мне и я не верю ни единому его слову! – объявил Бренор. – А ведь он стоит прямо за спиной у Пузана.
– Возможно, нам с тобой стоит навестить Ла Валля сегодня утром, – предположил Дзирт. – Надо выяснить, что у него на уме.
* * *
Когда они подошли к двери чародея, Бренор постучал, однако вовсе не так, как час назад стучался к Дзирту, – теперь это был оглушительный грохот. Вскочив с кровати, заспанный Ла Валль тут же побежал смотреть, кто это пытается выломать его новую дверь.
– Доброе утро, колдун! – рявкнул Бренор, ворвавшись в комнату еще до того, как дверь полностью открылась.
– Так я и знал, – пробормотал Ла Валль, глядя в сторону лежавшей возле камина груды щепок, некогда бывшей его волшебной дверью. – Рад видеть тебя, добрый дворф, – сказал он как можно учтивей. – И тебя, магистр До'Урден, – быстро добавил он, увидев Дзирта. – Но разве вы не собирались отплыть на заре?
– У нас еще есть время, – сказал Дзирт.
– И мы никуда не уедем, пока не убедимся в том, что Пузану ничто не угрожает, – объяснил Бренор.
– Пузану? – переспросил Ла Валль.
– Речь идет о хафлинге! – прорычал Бренор. – О твоем хозяине.
– Ах да, магистр Реджис, – задумчиво сказал Ла Валль. При этом его руки в почтительном жесте сошлись на уровне груди, а взгляд затуманился.
 
Дзирт захлопнул дверь и подозрительно взглянул на него.
Наткнувшись на немигающий взгляд эльфа, чародей мигом вышел из самосозерцания. Он почесал подбородок и прикинул, куда в случае чего удирать. Ла Валль сразу понял, что эльфа ему одурачить не удастся. Дворфа – пожалуй, да, хафлинга – безусловно, но только не темного эльфа. Эти лавандовые глаза, казалось, способны были прожечь дыры в душе.
– Ты не веришь, что твой маленький друг смог околдовать меня? – спросил он.
– Я знаю, что чародея крайне непросто заманить в волшебную ловушку, – ответил Дзирт.
– Это справедливо, – сказал Ла Валль, усаживаясь на стул.
– Пф! Значит, ты тоже лгун! – взревел Бренор, хватаясь за топор, но Дзирт остановил его.
– Вы сомневаетесь в том, что я очарован этим камнем, – сказал Ла Валль. – Но можете не сомневаться в моей преданности. Я практичный человек и за свою долгую жизнь повидал многих хозяев. Пуук был величайшим из них, но его больше нет. А Ла Валль продолжает жить, чтобы верно служить новому повелителю.
– А может, он поджидает подходящий момент, чтобы самому взобраться на трон, – заметил Бренор, рассчитывая, что чародей разозлится и раскроет свои замыслы.
Но вместо этого Ла Валль громко рассмеялся:
– У меня есть мое ремесло. И это единственное, что меня заботит. Я живу в роскоши и волен идти куда захочу. Меня нисколько не привлекает полная интриг и опасностей жизнь магистра Гильдии воров. – Сказав так, он глянул на Дзирта как на более рассудительного из двоих друзей. – Я буду верно служить хафлингу. А если Реджиса свергнут, я буду служить тому, кто сумеет занять его место.
Такой ответ вполне устроил Дзирта и убедил его в том, что верность чародея не зависит от колдовских чар рубина.
– Идем, – сказал он Бренору и направился к двери.
Бренор, полностью доверяя суждениям Дзирта, не смог устоять перед тем, чтобы лишний раз не припугнуть чародея.
– Один раз ты уже перебежал мне дорогу, колдун! – прорычал он, остановившись в дверях. – Ты едва не убил мою дочь. Запомни, если с моим другом что-нибудь случится, ты ответишь головой.
Ла Валль кивнул, но промолчал.
– Береги его, – подмигнув, закончил дворф и захлопнул дверь с такой силой, что она едва не слетела с петель.
– И за что он так ненавидит мою дверь? – простонал чародей.
Через час друзья собрались у выхода из дома Гильдии воров. За плечами у них висели туго набитые походные мешки. На груди у Дзирта болталась волшебная маска.
Реджис со свитой вышел проводить их. Ему очень хотелось прогуляться вместе с друзьями до «Морской феи»: пусть враги видят его союзников во всей красе и мощи, думал хитрец. И особенно темного эльфа.
– Перед тем как мы двинемся в сторону гавани, – объявил Реджис, – я хотел бы сделать последнее предложение.
– И не надейся, что мы останемся! – рявкнул Бренор.
– Предложение не к тебе, – сказал Реджис и повернулся к Дзирту. – К тебе, эльф.
Дзирт, не вполне понимая, о чем может идти речь, приготовился выслушать хафлинга.
– Пятьдесят тысяч золотых, – сказал наконец Реджис, потирая руки, – за твою кошку.
У Дзирта глаза полезли на лоб.
– Уверяю тебя, я буду заботиться о Гвенвивар…
Кэтти-бри влепила Реджису крепкий подзатыльник.
– Стыдись! – сказала девушка. – Как тебе такое в голову пришло!
Дзирт, улыбнувшись, успокоил ее.
– Предлагаешь сокровище за сокровище, а? – спросил он. – Но ты же знаешь, что я должен отказаться. Гвенвивар не продается и не покупается… как бы ни были чисты твои помыслы.
– Пятьдесят тысяч, – фыркнул Бренор. – Подумать только. Да если бы мы захотели… Мы бы сами взяли их у тебя. Вот и все дела!
Тут Реджис наконец понял всю абсурдность своего предложения и густо покраснел.
– А ты уверен в том, что мы пересекли полмира именно из-за тебя? – спросил Вульфгар, и Реджис смущенно покосился на него. – А может, мы отправились в путь только из-за нее, а? – с серьезным видом продолжал варвар.