Магический кристалл. Серебряные стрелы. Проклятие рубина
И Гаркл увидел, что Бренор указывает на землю рядом с колесницей. Чародей перегнулся через борт и попытался разглядеть в траве недостающую деталь.
Но стоило ему наклонить голову, как тяжелый шлем, на самом деле принадлежавший его кузену, который был гораздо более крупного телосложения, перевесил, и спустя мгновение незадачливый Гарпелл растянулся на траве, а Кэтти-бри не мешкая заняла его место в колеснице.
– Вот досада! – заныл чародей. – А я так хотел покататься!
– Повелительница сделает тебе еще одну, – успокоил его Бренор, и Гаркл с надеждой повернулся к Аластриэль.
– Завтра утром, – улыбнулась та и, повернувшись к Бренору, спросила: – Ты умеешь править лошадьми?
– Уж во всяком случае не хуже его, – объявил дворф, хватая волшебные вожжи. – Держись, девочка! Нам предстоит пересечь полмира!
Он с силой хлестнул коней, и колесница, сорвавшись с места, взмыла в небо. Ветер засвистел у них в ушах, волшебная повозка, содрогаясь и раскачиваясь из стороны в сторону, понеслась прямо на запад. Бренор, то натягивая, то отпуская вожжи, отчаянно пытался направить коней в нужную сторону, но они и не думали слушаться его. Кэтти-бри изо всех сил старалась удержаться внутри колесницы. Стенки повозки жалобно поскрипывали, спинка то подскакивала, то проваливалась, и один раз они даже описали вертикальную петлю. Но, к счастью, это произошло так быстро, что ездоки просто не успели вывалиться.
Через несколько минут бешеной скачки впереди показалась огромная грозовая туча. Бренор не заметил ее вовремя. Кэтти-бри попыталась криком предупредить его, но дворф не смог сразу направить колесницу в нужную сторону. В считанные мгновения они оказались в кромешной тьме и вскоре, оставив позади себя хвост пара, выскочили с другой стороны тучи.
В конце концов Бренор, на лбу которого уже блестели капли пота, сумел-таки справиться с конями и развернул их так, чтобы восходящее солнце было справа от колесницы. Кэтти-бри тоже постепенно пришла в себя и встала рядом с Бренором, держась за край повозки.
* * *Серебряный дракон лениво перевалился на спину и, подгоняемый ласковым утренним ветерком, неторопливо поплыл по небу. Зная, что ему ничто не угрожает, он поджал все четыре лапы и полуприкрыл сонные глаза. Добрый дракон любил на рассвете скользить в воздушных потоках, оставляя шум и суету беспокойного мира далеко внизу, целиком отдаваясь во власть теплых лучей восходящего солнца и любуясь небом, еще не затуманенным пеленой облаков.
Но вдруг он заметил мелькнувшую вдали, на востоке, огненную дорожку, и его глаза расширились от удивления. Решив, что пламя это предвещает появление злобного дракона, серебряный вернулся в нормальное положение и, несколько раз взмахнув могучими крыльями, укрылся в огромном облаке, с тем чтобы застать врага врасплох. Но ярость сама собой исчезла из его глаз, когда он вдруг разглядел вдали волшебную колесницу, голову возницы, увенчанную однорогим шлемом, и фигуру стоявшей позади него молодой женщины. Ее распущенные каштановые волосы, развеваясь на ветру, ярко блестели в лучах восходящего солнца.
Широко раскрыв огромную пасть, дракон молча проводил взглядом стремительно проносящуюся мимо него колесницу. Мало что могло удивить его – дракон многое повидал на своем веку, но сейчас он всерьез задумался над тем, чтобы последовать за незнакомцами.
Но тут налетел новый порыв прохладного утреннего ветра, и серебряный дракон мигом забыл о своем мимолетном желании.
– Ах, люди, люди, – пробормотал он, качая головой и вновь опрокидываясь на спину.
* * *Кэтти-бри и Бренор даже не заметили дракона. Их взоры были устремлены вперед, туда, где на западе уже заблестела вода – море, над которым сейчас клубился легкий утренний туман. Спустя полчаса на севере промелькнули высокие башни Глубоководья. И вот, пролетев над Побережьем Мечей, их колесница понеслась над морем. Бренор, который все лучше и лучше управлялся с конями, резко развернул колесницу к югу и направил ее вниз.
И, как выяснилось, немного перестарался.
Пролетая сквозь облако серого тумана, они услышали под собой плеск волн и шипение пара и поняли, что огненный след колесницы коснулся воды.
– Повыше! – закричала Кэтти-бри. – Мы летим слишком низко!
– А нам и надо лететь низко, – выдохнул Бренор, сражаясь с поводьями. Поняв, что они действительно слишком уже приблизились к воде, дворф постарался скрыть свое смущение. Изо всех сил натянув поводья, он все-таки ухитрился поднять колесницу на несколько футов и выровнять ее. – Готово, – пробормотал он. – Летим и прямо, и достаточно низко.
Обернувшись, он мельком глянул на Кэтти-бри.
– Надо лететь низко, – повторил он, заметив, что девушка все еще сомневается. – Ведь мы ищем этот проклятый корабль!
Кэтти-бри лишь покачала головой.
И тут они увидели корабль. Он показался из тумана примерно в тридцати ярдах перед ними.
Кэтти-бри испуганно закричала, как, впрочем, и Бренор, который, поняв, что медлить нельзя, откинулся назад и, что было сил натянув поводья, заставил коней круто взмыть вверх. Палуба судна резко пошла вниз, но мачты стеной встали на пути колесницы.
Даже если бы призраки всех моряков, некогда сгинувших в морской пучине, вдруг поднялись из своих зыбких могил, желая отомстить этому кораблю, даже и тогда лицо впередсмотрящего вряд ли выразило бы больший ужас. Не удержавшись в «вороньем гнезде» [Огороженная площадка на мачте для наблюдателя. То же «бочка».], а скорее всего просто выскочив из него, он полетел вниз и, чудом избежав падения на палубу, плюхнулся в воду. В этот момент колесница, мелькнув над самым «вороньим гнездом», срубила верхушку грот-мачты.
Обернувшись, Бренор и Кэтти-бри взглянули на удаляющееся судно и увидели, что кончик сломанной мачты ярко, словно одинокая свеча, пылает в клубящемся над водой тумане.
– Видишь, ты все-таки взял слишком низко, – вздохнула Кэтти-бри.
Глава 11. Морские разбойники
«Морская фея» стремительно неслась по волнам под синим южным небом. Сильный устойчивый ветер наполнял ее паруса, и всего лишь через шесть дней после выхода из Ворот Балдура на горизонте показалась западная оконечность полуострова Тетир. Обычно такой переход занимал больше недели.
Но послание чародея все-таки обогнало их.
Капитан Дюдермонт направил «Морскую фею» по центру пролива Азавира, стараясь держаться подальше от заливов и бухт полуострова, в которых частенько собирались пираты, перед тем как напасть на торговые корабли. И в то же время он старался обойти острова Нелантер – овеянные дурной славой владения морских разбойников. В этих водах торговые корабли могли чувствовать себя в безопасности, только собравшись вместе, и Дюдермонт несколько успокоился, увидев паруса других купцов вокруг «Морской феи», на мачте которой гордо реял флаг Калимпорта.
Решив пустить в ход один из трюков, к которым часто прибегали купцы, Дюдермонт догнал шедший впереди корабль и пристроился у него за кормой. Это оказалось неповоротливое и менее проворное, чем «Морская фея», судно под флагом Муранна, небольшого города, расположенного на Побережье Мечей. Он знал, что в случае появления пиратов первое судно станет для них легкой добычей.
Вульфгар, сидевший в «вороньем гнезде» в восьмидесяти футах над водой, четко видел все, что происходит на палубе идущего впереди судна. Сильный, ловкий варвар быстро вник во все тонкости морского дела и с радостью принимался за любую работу вместе с матросами. Но больше всего он любил сидеть в дозоре, хотя ему и было тесновато в «вороньем гнезде». Прислонившись спиной к мачте, он прикрыл глаза рукой от лучей палящего солнца и внимательно наблюдал за суетой, царившей на палубе шедшего впереди корабля.
Он услышал, как их впередсмотрящий что-то прокричал, и, хотя его слова не долетели до Вульфгара, он увидел, что матросы бросились на нос и принялись всматриваться в даль. Поняв, что произошло нечто необычное, варвар тоже взглянул на юг.