Инакомыслие, иноверие и наказание (СИ)

Вздохнув, она произнесла:
— Ну как хочешь, — и принялась заливать какой-то гель, видимо, тоже с лидокаином, Хрису в нос.
Парень взвыл и крепко зажмурился, и Юрка тоже прикрыл веки и отвернулся, но уже через пару секунд снова открыл глаза, как раз чтобы увидеть, как медсестра распечатывает тонкую прозрачную трубочку, смазывает конец все тем же гелем…
— Боже… — прошептал он, сползая по стеночке на пол. Обзор стал еще меньше, он видел по сути только костлявую обтянутую медицинским халатом спину Иры и крепкие руки охранника, сжимающие Хриса в медвежьих объятиях, но зато прекрасно слышал звуки отчаянной борьбы совсем ослабевшего парня. — Боже мой…
Амир, который взирал на это с упрямым героическим молчанием, взглянул на Юрку и поджал губы. Ему тоже, видимо, хотелось отвернуться.
А тем временем медсестра уже начала устанавливать зонд, и мычание Хриса переросло в продолжительный стон и слабый булькающий кашель.
— Постарайся делать глотательные движения, — произнесла Ира, хотя даже и не рассчитывала, что будет услышана. — Вот так, молодец… Амир Ахматович, мы закончили. Можно подавать раствор.
— Подавайте, — безэмоционально произнес хозяин, стеклянными глазами глядя на притихшего парня.
Юрка ждал, что дальше будет хуже, но ничего особенного не происходило. Медсестра набирала спринцовкой что-то из банки и вливала в трубочку, а Хрис молчал, не предпринимая попыток вырваться.
— Все, этого достаточно, — вскоре сообщила девушка, выпрямляясь, открывая взору Юры лицо друга. Тот, прикрыв глаза, сидел на кровати, тяжело дышал ртом и, кажется, вообще не реагировал на происходящее. — Трубка одноразовая, поэтому ее нужно извлечь, и потом вставить новую.
На этих словах Хрис распахнул глаза, видимо, испугавшись, но…
— Не нужно, он понял, — заявил Амир, неотрывно глядя на парня. — Доставай трубку и можешь быть свободна на сегодня.
Когда она вытягивала зонд, Хрис поморщился только один раз, в конце, но вырываться не пытался.
Вскоре из комнаты ушли посторонние, только Юрка остался сидеть на прежнем месте, не в силах пошевелиться. Он заметил, как хозяин сделал шаг к кровати, а потом, видимо, вспомнив о существовании еще одного вынужденного зрителя, развернулся к нему и произнес:
— Ты тоже выйди.
***
Юрка быстро выучил расписание. Оно было достаточно простое: отбой в одиннадцать, подъем в восемь. Обычно всех будила Эля или кто-то из охраны, как, собственно, и разгоняла по кроватям.
После того незабываемого урока, который устроил Хрису Амир, Юрка до самого вечера сидел в гостиной на первом этаже в обнимку с «Гарри Поттером». Читал, чтобы не думать о произошедшем, а когда его позвали за стол, то совсем не ожидал увидеть во главе стола самого хозяина.
Взглянув на его сосредоточенное лицо, потом на бледного и какого-то совсем пришибленного Тошу, парень робко присел на стул и уставился в свою тарелку. Он не хотел есть, но до ужаса боялся, что эту еду ему затолкают в нос через трубку или просто так…
— Приятного аппетита, — произнес Амир, накалывая на вилку кусочек картошки.
— И… вам… — пробормотал Юра, пододвигая поближе свою тарелку.
Они, наверное, все втроем ели бы в молчании, под топот суетливо бегающей туда-сюда Эли, если бы мужчина не начал первый:
— И как тебе тут? Не слишком невыносимо?
Юрка дернул плечом.
— Терпимо. Привыкаю.
— Здорово, — хмыкнул Амир, — ты ему нравишься. Хрису. Ты сильный…
Этот разговор потом крутился у Юрки в голове весь вечер и весь последующий день. Он не знал, как на все это реагировать. Хозяин был странным человеком. Он и располагал своей искренностью, и при этом отталкивал каким-то бесчеловечным отношением и сочувствием, которое должно было быть лицемерным, но таковым не являлось. Он действительно раскаивался, но будто ничего не мог поделать с собой.
Хотелось обсудить это с Хрисом, но тот, когда Юрка вошел в их общую спальню, крепко спал, уткнувшись носом в подушку. На прикроватном столике стояла пустая тарелка из-под супа.
Парень улыбнулся и, стараясь не шуметь, взял в руки посуду, чтобы отнести на кухню, а потом вернуться, принять душ и лечь спать. Он за этот день тоже слишком сильно вымотался, чтобы размышлять над происходящим, а потому, стоило коснуться щекой подушки, он мгновенно провалился в сон.
 
***
— …Черт, ебаная петля… — раздался приглушенный голос Хриса.
Юрка поморщился, подумав, что все еще пребывает во власти сна.
— Да завязывайся же ты! Боже, все навыки растерял!..
— Ты вешаться собрался? — сонно пробубнил парень, приоткрывая один глаз.
— Не дождешься! — проворчал Хрис, постукивая спицами. — Снова взялся за вязание. Раньше умел, а теперь вот…
— Ну-ну… — Юрка откинул край одеяла и спустил ноги на пол. Посмотрел на друга, впервые замечая, что тот действительно исхудал. — Хорошо себя чувствуешь?
— Да, — вздохнул тот, откладывая спицы и нитки, — Элька с утра заставила съесть немного бульона, но потом пригрозилась накормить еще и за завтраком. А я с двух ложек уже наедаюсь.
Неудивительно.
Юра нахмурился, но никак не прокомментировал. Встал и ушел в ванную комнату, чтобы немного взбодриться. Не сказать, что он сильно выспался, хотя определенно спал дольше, чем обычно.
Он скинул одежду на пол и залез в душевую кабинку, включая горячую воду. Он любил тепло, комфорт и ласку, а потому, позволяя горячим струям воды бить по спине, уперся ладонью в холодную кафельную стену, второй рукой скользнул к чуть твердому члену. Полноценная утренняя эрекция случалась нечасто, но все равно сексуальное неудовлетворение уже несколько месяцев сказывалось на нем пагубно.
Прикусив губу, Юрка прикрыл глаза, пытаясь думать о девушках, о той Насте, которая его оттолкнула, о ее сладких губах, груди, обтянутым узким платьем бедрам. Он представил, как она опускается ниже, платье чудесным образом испаряется, и она, в одном нижнем белье, ложится на спину. И вот уже они на кровати.
Он крепче сжал свой член, продолжая ритмично водить рукой. Девушка в его воображении раскинула ноги в стороны, коснулась пальцами своих трусиков, потерла, изгибаясь в пояснице…
Юрка промычал и совершенно непроизвольно кончил, чувствуя разочарование от того, что даже в его фантазиях они не дошли до самого сладкого.
— Завтракать! — раздался зычный голос Эли.
Пришлось наскоро мыть шампунем уже порядком отросшие волосы, а потом лететь вниз, к завтраку. Холодную пасту очень не хотелось есть.
— Приятно видеть тебя снова за столом, — улыбнулся он Хрису, вздыхающему над полупустой супницей.
— Я больше не могу, — признался тот, постукивая ложкой по дну. — Но Амир голову мне оторвет, если я не съем…
— А где он?.. — спросил Юрка и обернулся, заслышав шаги на лестнице.
Они позавтракали вчетвером, причем Хрис общался с хозяином свободно, на равных, спрашивал про каких-то «Кьяр», про бизнес, мир за забором; называл на «ты» и позволял себе практически хамство. На которое, впрочем, Амир реагировал улыбкой. Он вообще, казалось, не был способен злиться на Хриса.
В целом день прошел просто чудесно. Давно уже Юрка не испытывал такого умиротворения и беззаботности. Амир, который сперва пугал его, оказался на деле очень приятным человеком, который вносил что-то новенькое в их жизнь.
Сначала он принес с машины свой ноутбук, подсоединил к экрану в гостиной, который телеком язык не поворачивался назвать, по причине того, что каналов на нем не было. Однажды Юрка спросил Хриса, почему так, и тот безэмоционально ответил, что у него были разные психозы за десять лет, и одним из них был телевизионный, когда он мог часы просиживать перед экраном, в поисках новостей о себе. Он знал, что по главным каналам страны никто не будет крутить о нем сюжеты, разве что по местным каким-нибудь, но все равно ждал.
С тех пор на экране можно было смотреть только фильмы, которые хранились на допотопных дисках, но иногда Амир привозил новинки, как в тот день.