Его безумство (СИ)
Открывает багажник и через минуту снова садится в салон. У него в руках большой и теплый плед.
— Разденешься и укутаешься в плед. Иначе воспаление легких тебе обеспечено! — Впиваюсь зубами в нижнюю губу и смотрю на плед. Пытаюсь переварить в голове все слова, что произнес парень.
— Я не буду раздеваться, — отрицательно качаю головой. Быть в его машине без одежды — это слишком. Пускай и укутанной в плед. Я буду чувствовать себя до ужаса неловко.
Ахметов закатывает глаза.
— Конечно, загреметь в больницу с жаром куда лучше. Ты не так давно тряслась над своей работой. Думаешь, что твоему начальнику понравится твой больничный, когда ты в компании без году неделю? Да и проект твой, наверное, кому-то отдадут… — Он переводит взгляд на объект, а я начинаю злиться с каждым его произнесенным словом. Ну вот что он за человек такой?! И ведь не прикопаешься, все по дело говорит.
Отворачиваюсь к окну, думаю, наблюдаю за тем, как машина охранной службы отъезжает от дома. Одежда вся насквозь мокрая, неприятно липнет к телу. Даже если учесть, что в машине уже достаточно тепло, то мне все равно холодно. И это не исправится никаким обогревателем. Пока я не избавляюсь от мокрой одежды.
— Отвернись! — Повернувшись к парню произношу. Раздеваться под его присмотром я точно не собираюсь. И вообще сделаю это все только ради того, чтобы действительно не заболеть. Ник прав, Давыдову может не понравиться то, что я свалюсь с температурой. Но больше всего злит, что проект могут отдать Арине! Вот от этой мысли даже кулаки сжимаются до хруста.
Ник снова закатывает глаза и выдает тихий смешок, но все-таки отворачивается. А я для большей безопасности быстро притискиваюсь между сидениями и юркаю на задний диванчик. Двойная безопасность не повредит.
Начинаю стягивать с себя мокрющее платье. Откидываю его в сторону. Только завожу руки за спину, чтобы расстегнуть застежку бюстгальтера, как чувствую на себе взгляд, от которого моментально бросает в жар. Поднимаю глаза и тут же встречаюсь со взглядом Ахметова в зеркале дальнего вида.
— Ник! — Взвизгиваю и тут же схватив мокрую тряпку, швыряю ее в Ахметова.
Какого черта?! От возмущения все волоски дыбом встают на теле.
— Так визжишь, как будто я там что-то не видел, — Ник выдает это хриплым голосом, а меня накрывает волной жара.
Он все также продолжает на меня смотреть. Вижу, как в зеркале поблескивают его глаза. Я знаю этот взгляд. К сожалению, я слишком хорошо его знаю.
— Вот и прокручивай в памяти, потому что больше это не для твоих глаз! — Огрызаюсь в ответ и тут же накрываю себя пледом.
Ахметов перешел все границы.
Ник злиться. В его взгляде эмоции сменяются за секунду. Мои слова ему не нравятся. Но кто-то должен был его остудить. Он отводит взгляд, а я выдыхаю, потому что не была уверена, что он так просто сдастся.
Ник заводит машину, я начинаю себя уговаривать хоть немного расслабиться. Вот только с места у нас сдвинуться не получается. Ахметов сдает назад, выжимает газ, но машина лишь дергается, но не сдвигается с места. Он пытается податься вперед, но происходит то же самое.
— Что происходит? — Подаюсь вперед, остаться здесь посреди ночи самое малое чтобы я сейчас хотела.
— Походу приехали, — с этими словами Ник выходит из машины, дверца за ним захлопывается настолько громко, что я вздрагиваю. Начинаю переживать еще сильнее. Что значат его слова?
Ник возвращается в салон спустя несколько минут.
— Мы застряли. Погрязли в грязи. Машина не выедет. Нужен эвакуатор.
Глава 17
Несколько раз непонимающе моргаю ресницами и задаю самый тупой вопрос который только могу:
— Как застряли?
Волнение только сильнее накрывает безжалостной волной.
— Колеса наполовину в жидкой жиже, — Ахметов разворачивается ко мне и недобро усмехается, — если не веришь, можешь сходить на экскурсию.
Щеки моментально краснеют. Конечно, я не пойду смотреть. Если мне предстоит с Ахметовым провести здесь непонятно сколько времени один на один, то бесить его своим недоверием точно не самая лучшая идея.
— А ночью сюда кто-то приедет? — Продолжаю надеяться на чудо, но по взгляду парня понимаю, что зря. Хрен сюда кто попрется посреди ночи.
— Если бы погода была нормальной, то был бы шанс. А так… нас пошлют на три веселые буквы. Придется ждать утра. — Черт, от его слов я напрягаюсь еще сильнее. Утра? Нам здесь придется так долго просидеть вместе?!
— Может попробовать позвонить охранной службе и…
— У тебя есть номер? — Ник вопросительно выгибает бровь, а я понимаю, что для этого нужно звонить Маслову, а ему в охранную службу, узнавать личный номер…
— Думаю они не захотят возвращаться, — тут же пасую. Ужасно не люблю доставлять людям неудобство, а тут придется всех на уши поднять.
— Согрелась немного? — Ник кивает на плед, а снова краснею. Черт! Пока он ходил и проверял что там с машиной, я стянула с себя мокрое нижнее белье, и теперь под пледом нахожусь совсем голая. Даже от одной мысли становится не по себе.
— Угу, — киваю и только сейчас обращаю внимание на то, что парень тоже в насквозь мокрой одежде. Господи, какая же я… эгоистка! — Тебе тоже нужно согреться, ты насквозь мокрый.
— Пустишь погреться рядом? — Выгибает бровь и криво усмехается, кивнув на плед, в который я сейчас вцепилась мертвой хваткой.
Ужасная идея. Просто чудовищная. Это уже будет перебор всех переборов. Краснею с головы до пяток. Уверена, что сижу красная как помидор, потому что Ахметов взрывается громким смехом.
— Выдохни, у меня в багажнике должно быть что-то из сухой одежды, но сяду я назад к тебе. — С этими словами, парень выходит из автомобиля, а я впадаю в самую настоящую панику. Зачем ко мне? У него там спереди должно быть удобно. Но конечно же я не осмелюсь сказать это вслух. Это машина Ахметова, так что наглеть совершенно не вариант. Радует, что у нас хотя бы есть печка и мы не умрем с холода.
Когда дверца слева от меня распахивается и я вижу парня, то несколько раз непонимающе моргаю глазами. Когда он говорил одежда, то я думала, что это будет множественное число.
— С твоей одеждой что-то случилось? — Не успеваю прикусить язык, само вылетает из меня. Парень стоит передо мной в одних шортах… С голым торсом… Мамочки. В эту минуту я готова сама бежать на улицу и толкать чертову машину.
— Подвинешься? — Ник кивает на диванчик и я кивнув тут же отползаю в противоположный от него край. Забиваюсь в угол.
Это просто кошмарно! Ужасно! Господи, это самый настоящий кошмар! Я голая, Ник практически без одежды!
Он плюхается рядом со мной на диванчик и повернув голову смотрит немного в бок от меня. Вижу, как уголки его губ кривятся в улыбке. Слежу за его взглядом и готова спрятаться в плед с головой от стыда. Он увидел мое нижнее белье, которое я развесила для того, чтобы оно хоть немного просохло. Теперь он знает, что под пледом я полностью голая… Какой кошмар!
Когда тело перестает дрожать от холода, я чувствую, как меня моментально начинает клонить в сон. Только сейчас я чувствую, насколько сильно я устала за этот день. Тело расслабляется, мои глаза потихоньку закрываются. Почему-то сейчас я совершенно не паникую по поводу того, что я засну, а Ник может что-то сделать… Ахметов засранец, но никогда не опуститься до такого. В этом я в нем уверена на все сто.
Кутаюсь в плед сильнее, устраиваюсь поудобнее. Бросаю взгляд на Ника, его грудная клетка равномерно вздымается. Он дышит ровно и спокойно. Такое ощущение, что спит. Я улыбаюсь уголками губ. А ведь он мне и слова не сказал. Не обвинил ни в чем. А по сути, если бы не я и этот объект он бы уже давно сладко спал в своей кровати. Вместо вот этих всех проблем. Раньше бы Ахметов выпалил мне в лицо, что я тупорылая идиотка и из-за меня у него снова проблемы. Сейчас даже виду не подал.
Ловлю себя на мысли, что мне хочется протянуть руку и убрать с его лица мокрую прядь волос, которая прилипла. Хочется прикоснуться подушечками пальцев к его коже. Даже сердце начинает колотиться сильнее. Сильнее прижимаю к себе руку. Нельзя. Нужно выбросить все эти дурацкие мысли из головы. У нас и так отношения как езда на американских горках. Не стоит их усложнять. Это нам ни к чему. Только создаст новые проблемы.