Избранные духом Весны. Пари с заклятым врагом (СИ)

Выходит, это некромант Конр поднял тех мертвецов, что напали на меня? Зачем он это сделал? Не помню, чтобы мы с ним конфликтовали. Мы вообще практически не пересекались никогда, не считая сегодняшнего обмена фразами.
«Слушайте, а вам не холодно?»
«А что, желаешь согреть?»
Это академия, тут такое в порядке вещей, никто и внимания не обращает… но мне вспомнилось, что шутку Конра остальные некроманты не поддержали, и та неловкость, и тот взгляд Элтона… видел ли его сам Джером? А если видел, то к какому выводу мог прийти?
Погрузившись в свои мысли, я не сразу заметила тёмную фигуру посреди лестницы. А заметив, испуганно вздрогнула и машинально дёрнулась назад, невольно стремясь увеличить расстояние с тем, от чего так ощутимо полыхнуло ледяной угрозой.
Нога соскользнула с края ступеньки, я потеряла равновесие, беспомощно взмахнула руками и полетела вниз, в ужасе прощаясь с жизнью, потому что пережить падение с такой крутой лестницы было попросту невозможно!
Но упасть мне не позволили.
Порыв ветра, сомкнувшиеся на запястье пальцы, рывок! Я впечаталась в тело, словно вытесанное из камня, застонала от болезненных ощущений во всём теле и поняла, что сижу на чужих коленях, обнимаемая тяжёлыми горячими руками.
В нос ударил неприятный запах алкоголя.
А над головой прозвучало хриплое и злое:
– Второе спасение жизни за день, Лягушка. Твой долг передо мной растёт с поражающей скоростью.
От Элтона веяло угрозой. Мрачной, тёмной, сильной.
– Ты пьян, – заметила я ровно, пытаясь осторожно сползти на лестницу.
Некромант даже не пошевелился, словно действительно был каменной статуей.
И вдруг зарылся носом в мои волосы, с шумом вдохнул, с силой прижался лицом к моей голове, чтобы выдавить хриплое и словно болезненное:
– Ты пьянишь сильнее алкоголя, Каррин… Карринаэльх – дурман-цветок земель Изумрудного дома, твоего дома, не так ли?
Так… но у меня в голове стучало только: «Ты пьянишь сильнее алкоголя, Каррин»…
Почему-то сердце застучало быстро и гулко.
– Элтон, иди спать, – произнесла я мягко, но хрипло.
И зачем-то зарылась пальцами в его чуть отросшие чёрные волосы. Просто не удержалась. И улыбнулась, ощутив, какие у него мягкие и приятные пряди.
Парень судорожно вздохнул и вдруг с силой, до боли в рёбрах сжал меня. Я вскрикнула и ударила его по плечу, но адепт словно и не заметил этого, вжимаясь в меня сильно и отчаянно, словно стремился вдавить в себя, заставить раствориться в своём теле…
– Рина, – тихий болезненный стон.
– Элтон, мне больно! – прохрипела я, вонзая ногти в его плечо.
Вздрогнул, медленно дёрганно расслабил руки, не до конца понимая, чего я хочу и на что ругаюсь.
Я тут же соскользнула с его колен, встала на ноги, отошла на две ступеньки ниже, тем самым невольно сравнивая нас в росте.
Некромант не сводил с меня затянутого пеленой немигающего взгляда, держа руки в той же обнимающей меня позе, будто я продолжала сидеть на нём, а не стояла перед.
– Ты пьян, – повторила спокойно, чувствуя растущую нервозность.
Здесь только я и невменяемый, превосходящий меня в силе и магии некромант. Нет, я не беззащитна, но всё равно волнительно.
– Тебе лучше идти к себе, – добавила твёрдо, не дождавшись от него ответа, и вдруг зачем-то ляпнула, – тебя проводить?
А Элтон взял, моргнул и решил:
– Проводи.
Я опустила взгляд, ругая себя самыми некультурными словами. Зачем предложила? И Элтон хорош, зачем согласился?
Глядя на то, как некромант медленно поднимается на ноги, я открыла рот, намереваясь извиниться и сказать, что ему лучше идти одному, но тут Лемир пошатнулся и едва не рухнул.
Я и понять ничего не успела, как юркнула к нему, пристроилась под руку и обняла, стремясь придержать и не дать ему упасть и умереть, и…
– Всё, теперь ты моя, – довольно заключил адепт, который и падать не собирался, и не шатался даже, стоя твёрдо и уверенно.
– А? – только и смогла выдохнуть я.
И попыталась неловко отойти, но Элтон обнял уже сам рукой, под которую я так неосмотрительно забралась, прижал к себе значительно осторожнее, чем стискивал до этого, вздохнул и печально попросил:
 
– Побудь со мной.
Моё сердце сжалось до боли, а в груди затрепетало что-то маленькое, но очень горячее. Что это было? Я не знаю, но от этого пульсирующего комочка несмелая улыбка появилась на моих губах, а в глазах что-то засверкало.
Странно, очень странно.
Но отказать некроманту я просто не смогла.
– Хорошо, – согласилась негромко, расслабляя напряжённые в попытках отвоевать свою свободу мышцы, – я побуду с тобой, но только немного.
Элтон издал едва различимый хриплый выдох и совсем тихо сказал:
– Мне целой вечности с тобой будет мало…
Что?!
– Что? – я резко вскинула голову, изумлённо посмотрела в зелёные глаза, уверенная в том, что Лемир не мог сказать такого вслух и мне просто показалось.
Думала, он смутится, сведёт всё к шутке, улыбнётся и скажет «ничего», но некромант ответил мне прямым серьёзным взглядом. Не мутным из-за алкоголя, ясным и осознанным. Всем своим видом так и говоря: я от слов не откажусь и я уверен в том, что только что сказал.
А я… я… у меня не было слов. И дыхания не было. И сил пошевелиться тоже. Но вот мыслей – сотни, тысячи! Они мелькали, летали, метались внутри головы с такой скоростью, что я не могла ухватиться ни за одну из них.
Я так и стояла, потрясённая до глубины души, шокированная, сбитая с толку и растерянная, во все глаза смотрела в серьёзно-решительное лицо адепта и не могла вымолвить ни слова.
Это… это что же, только что… это было признание?
Моё несчастное сердечко рухнуло в пятки, тут же вознеслось высоко вверх и застучало быстро-быстро. В пальцах закололо, в груди защипало, в голове зашумело.
Признание? Правда? Самое настоящее?
– Элтон, – прошептала растерянно.
– Ничего не говори сейчас, – он даже не улыбался, оставаясь пугающе серьёзным, – но я прошу, чтобы ты хорошо подумала и дала мне… дала нам шанс.
– Шанс? – мне казалось, что всё это шутка, и сейчас из-за стены выпрыгнут его дружки и начнут громко хохотать над наивной Каррин Энжеро.
– Шанс, – повторил твёрдо. – Столько лет я не смел и надеяться, но после того, что случилось в моей комнате…
Я стремительно опустила голову и взгляд, пряча пылающее от стыда лицо, и попыталась отойти.
Элтон удержал и торопливо продолжил:
– Мне ужасно жаль, что всё так случилось! Я бы ничего не сделал, Рина, клянусь тебе. Я понимал, что с такой девушкой мне ничего не светит, ты слишком светлая и хорошая, чтобы хотя бы посмотреть в мою сторону, да ты же и не смотрела никогда, пока я тебя умертвием на первом курсе не испугал. Это я с первого взгляда голову потерял, а ты меня и не замечала. И тогда, в спальне, я решил, что это мой единственный шанс. Мне хотелось сжать тебя в объятьях, хотя бы раз ощутить вкус твоего поцелуя… я бы не перешёл границу и, конечно, не взял силой, не урод же последний. Мне хотелось лишь на несколько мгновений оказаться на месте Нейла и понять, каково это, целовать самую прекрасную девушку, о которой до этого смел лишь мечтать… У меня не было надежды, пока ты не ответила на поцелуй.
Мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда за тот кошмар, но я стояла, не шевелясь и вслушиваясь в каждое срывающееся слово Элтона.
Некромант сжал меня рукой сильнее и тут же отпустил, но лишь для того, чтобы обнять ладонями мои плечи, с лёгкостью и осторожностью развернуть на месте, бережно подхватить пальцами мой подбородок, мягко приподнять голову, заставляя посмотреть в зелёные, полные отчаянной надежды глаза мага и услышать:
– Если мне не показалось, если в тебе есть хоть искорка, хотя бы слабая надежда на появление этой искорки, Рина… не говори мне «нет». Я не прошу согласия, не нужно никаких объяснений и обещаний, просто не говори мне «нет».
Элтон Лемир замолчал, испытующе, ожидающе вглядываясь в мои глаза и не дыша… Не могла сделать вдох и я.