В тени Алтополиса (СИ)

Не хотел я всего этого вываливать. Рот открыл, и оно как-то само полилось. Князь слушал внимательно, и это подзадоривало еще больше. Пришлось приложить немало усилий, чтобы не наговорить лишнего. Подлить в чашку чая и сделать большой глоток. Только это и помогло заткнуться. Социалисты, чтоб их… Зараза похлеще чертей, как любил говаривать дед Пахом.
- Проблемы с работой? – заинтересовался князь. – А куда именно пытался устроиться?
- Не то чтобы пытался… пацаны рассказывали, - пробурчал я, понимая к чему клонит князь. За трепло принимает, которое только и способно, что с чужих слов вещать. Сам малолетка, от горшка три вершка, зато сидит с умным видом - рассуждает. Именно это я ожидал услышать, но князь удивил. Откинувшись на спинку стула, он вдруг произнес:
- А я тебя помню. Поначалу сомневался, а теперь точно вижу – ты это.
Меня редко узнавали взрослые. Бегает мелочь – ну и пускай себе, мало ли мальчишек носится по улице. Главное, чтобы не крутился под ногами и не пытался стащить, что плохо лежит. Но зато если признавали, добра не жди.
До того мягкая спинка стула сделалась вдруг необычайно жесткой, упершись промеж лопаток.
- Ну-ну, не смотри так испуганно, - улыбнулся князь. - Я же не ругать собрался – наоборот, благодарить. Это же ты прошлой зимою отыскал меня на заднем дворе. Шустро сбегал за подмогой, молодец. Врачи сказали, еще пять минут и встреча с Создателем была бы неминуемой.
- Делов-то, - пробормотал я, чувствуя, как приливает к щекам жар.
- Не скажи, - возразил князь. – После случившегося мои люди сходили на телеграф и пообщались с персоналом. Посмотрели видеозаписи с камер наблюдения, как ты через местного охранника прорывался. Другой бы развернулся и ушел, а ты молодец - настоял на своем.
- Барышня помогла, - вспомнил я про телеграфистку в голубой блузке с воздушным жабо.
- Алевтина Андреевна, - подсказал князь, – дама приятная во всех отношения. Таких бы сотрудниц в каждое государственное учреждение... Впрочем, мою благодарность она уже получила. Осталось дело за малым – наградить главного виновника. Уж прости Алексей, не знаю как обращаться по батюшке. Проси и будет дано в границах возможного и в рамках имеющихся сил.
Сколько раз доводилось слышать сказки про рыбака и золотую рыбку, про Емелю и волшебную щуку, про Алладина и джина из старой лампы. Сколько раз мечталось очутиться на их месте и попросить тележку мороженного, денег до кучи и настоящий дом с живой мамой внутри. А вот подишь ты, в реальности все оказалось иначе.
- Ну, чего молчишь?
Липких страх сковал тело – настолько, что и пальцем не пошевелить, а язык словно прирос к глотке.
- Князь, неужели не видите, что он вас боится, - подал голос Аполлинарий Андреевич, все это время сидевший за соседним столом.
- Меня? – в голосе его сиятельства прозвучало неподдельное удивление. – Но я же не угрожаю, наоборот хочу наградить.
- Получается, не так безгрешен наш гость.
- Ах, ты об этом, - ладонь князя тяжело опустилась на стол. Пальцы дернулись, словно собираясь отстучать ритм по лакированной поверхности. Дернулись и застыли… – Алексей, мы встречаемся при весьма подозрительных обстоятельствах. И нужно быть настоящим глупцом, чтобы этого не заметить. Ты следил за мной… я понял это еще тогда на заднем дворе, когда готовился к встрече с Создателем, а вместо этого увидал вынырнувшего из темноты мальчишку. Как понял и то, что следил ты не по собственной инициативе - тебя наняли. Осталось лишь догадаться, кто именно. Несложная задачка для посвященных в текущие расклады. В этом поселке существует три полюса силы... Стригунов я отметаю по понятным причинам. Понятным мне, тебе же о них знать не обязательно. Следующими на очереди идут банды из Фавел. Интересы этих ребят весьма ограничены, и за пределы торговли наркотиками не выходят. И кто остается в сухом остатке – малажские? А вот здесь становится интересно, потому как бывшие казачки только на первый взгляд отгородились от царя и отечества, а копни поглубже и окажется, что политики там будет поболее, чем в иной городской думе. Товарищ Ромеро, кто у нас из малажских ответственен за операции в Центральном районе?
 
- Некто Лукич, он же Тихомир Лукьянов, в прошлом хорунжий полковой разведки. Участник русской-турецкой войны пятьдесят шестого года. Был дважды удостоен георгиевского креста второй и третьей степени, - отчеканил молодой голос. Его обладателя я так и не смог разглядеть. В отличии от Аполлинария Андреевича товарищ Ромеро сидел в дальнем углу, лишенном электрического света.
- Лукич, - задумчиво произнес князь. – Смею предположить, что на него ты и работаешь, ну или на одного из его подручных. Если в первый раз были некоторые сомнения, то после сегодняшнего случая их не осталось. Я прав, товарищ Ромеро?
- Так точно, - рапортовал молодой голос из темноты.
- Сути дела это не меняет, - вздохнул князь. – Ты спас мою жизнь, а значит должен получить награду.
Было в этом «должен» что-то нехорошее. Мне сразу вспомнились сказки про исполнителей желаний, и в каждой из них имелся подвох. Взять хотя бы последнюю из услышанных про недотепу вора, проникшего в чужой дом и спасшего из ловушки беса. В качестве благодарности тот пообещал выполнить любую просьбу. Обрадовавшийся парень попросил котелок, наполненный золотом. Расслабился, забыл с кем имеет дело, а нечистый и рад стараться: вылил на бедовую голову раскаленного металла. Как и обещалось, золотого. Почему не поднес в виде монет или полновесных слитков? Так не уточнялись же подробности… Вот и расстаралась нечистая сила по своему бесовскому разумению.
Не существует халявы в жизни, нету её… А если и бывает, то такой ценой, что лучше бы и не случалось. Об этом предупреждала народная молва. Не верьте никому: ни выловленной из пруда щуке, ни джину из старой лампы, ни уж тем более бесу. Обведут вокруг пальца и ладно, если при своих оставят, не лишат последних портков или того хуже - жизни.
Сидящий передо мной аристократ джином не был, но легче от этого не становилось. Умеют графья простой народ дурить похлеще зловредных существ из сказок. Кто я для сидящего напротив князя – босо́та? Бросит на стол пухлый от банкнот кошель в качестве награды – держи мол, радуйся. А когда в руки возьму, то тут же прострелят башку или удавку накинут на шею. И не будет в том никакого урона для княжеской чести. Ведь все же логично с его точки зрения. Долг за спасение жизни уплачен, а дальше князь волен поступать с наглецом, то бишь со мной как заблагорассудится.
Нет, нельзя сразу ответ давать. К этому делу нужно подойти с хитростью. Попросить о чем-то трудно выполнимом, а то и вовсе невозможным для исполнения. Пускай князь в вечных должниках ходит, так оно понадежнее будет.
Осталось только придумать, что именно. Такой предмет, что сразу не достанешь. Корень баобаба? Зачем оно мне… Бивень мамонта – еще глупее. Звезду с неба? Я вроде как не барышня… Нет, нужно просить о чем-то не лишенном смысла, чтобы князь при всем желании придраться не смог.
Время шло – часы тикали, а в голову, как назло, ничего разумного не приходило. Первым не выдержал его сиятельство:
- Неужели у тебя совсем нет желаний?
- Есть заветное, но вы вряд ли сможете его исполнить.
- А ты скажи, тогда и посмотрим, – произнес с улыбкой князь.
- Хочу, чтобы мама оказалась живой.
Улыбка медленно сползла с губ собеседника.
- А что-нибудь более реалистичное?
Я поерзал на стуле, оттягивая неизбежность момента, почесал затылок и вдруг осенило! Ответ лежал прямо на поверхности, даже придумывать ничего не пришлось.
- Хочу учиться в академии для одаренных, - сказал, а у самого аж дух захватило, словно сиганул с пантона в холодную воду.
Брови князя дрогнули от удивления, но на этом всё и закончилось. Чай не простолюдин какой, чтобы по малейшему поводу рот разевать, да глаза с пятирублевую монету делать.
- Какой чудесный молодой человек, - рассмеялся доктор за соседним столом. – Право слово, чудесный. Может у вас и необходимый маркер имеется?