Морозный рассвет (СИ)

— Вы пытались убить Моргана?
— Что? О чем ты? Как его можно убить?
— Если слить всю кровь…
— Мышка, это сказки! В смысле, да, кровь шаманов действительно подобна панацее, и некоторые из них, как я успел узнать, зарабатывают целое состояние, цедя ее буквально по капле в десятилетие, чтобы не потерялась ценность. Но это добровольно, в редких случаях насильственно, но мало кто после этого выживает.
— То есть вы не пытались?
— Нет, Богиня, что ты такое говоришь?! Мы много грехов совершили, но мы не самоубийцы!
Я смотрела на возмущенно-удивленное лицо брата и понимала, насколько низко пала и как глупа на самом деле оказалась. Меня можно обвести вокруг пальца легко и непринужденно, и я поверю, развешу уши! Ах, какие мерзавцы твои Норты, они пытались меня убить, и получат по заслугам… И ведь я поверила! Монстру, могущественному, беспощадному, беспринципному! Даже больше, чем поверила… Когда Джим узнает, возненавидит меня. Да я сама себя ненавижу!
— Мышка, ну хватит, — видя, что по моим щекам снова потекли слезы, пробормотал последний из мужчин Норт, присаживаясь рядом. — Иди ко мне. Мы что-нибудь обязательно придумаем. Не знаю пока, как, но выпутаемся из этой истории. Спрячемся так, кто нас никто не найдет! Начнем новую жизнь. Только прошу, не плачь больше!
Я уткнулась в грудь брата и опять заревела в голос.
  
НЕ эпилог. Долгий путь
 
Оплакивать мертвых гораздо больнее, когда ты не можешь толком попрощаться. Хоть Джимми и сказал, что Брига, скорее всего, нашли и похоронили по-человечески, мне казалось неправильным, что мы не участвуем в церемонии. Тем не менее, я слушалась теперь единственного старшего брата, и молча собиралась в долгое путешествие. Наш путь лежал в столицу королевства, туда, где, по его мнению, найти нас будет сложнее.
— Почему он вообще должен нас искать? — спросила, искренне не понимая. — Ведь он получил все, что хотел.
— О нет, ты его не знаешь, мышка! Он не успокоится, пока не сотрет с лица земли всех Нортов.
— Но почему?
— Не ищи причины. Его поступки невозможно объяснить человеческими мерками.
Моя одежда была испорчена кровью Брига, восстановить ее оказалось невозможно. Поэтому хозяйка дома Жоржина одарила меня стареньким платьем и свитером толстой вязки, а также довольно приличным пальто. Дородная высокая женщина выглядела крайне недовольной, что мы вообще здесь находимся, тем не менее, помогала, при том молча. Джим, наоборот, был с ней мягок и улыбчив. Где они могли свести знакомство?
Вопросов появилось больше, когда я поднялась по лестнице — это был большой двухэтажный деревянный дом с длинными узкими коридорами — и перепутала дверь, залетев, судя по всему, в чужую комнату. Картина, представшая перед глазами, заставила замереть, а после бежать, подобрав подол и сгорая от стыда.
На единственном предмете мебели в маленькой комнатушке — широкой постели — находились двое. Мужчина был сверху, оголенная мускулистая спина и ягодицы быстро двигались. Женщина под ним тихо постанывала, обхватив ногами его талию, и просила не останавливаться. Я не ханжа, и что происходит между двумя влюбленными, знаю прекрасно, но одно дело — просто быть в курсе, и совсем другое — видеть воочию! К тому же, сомневаюсь, что это был момент страсти двух любящих сердец. Потому что, пока бежала к себе, характерные крики блаженства доносились еще из-за пары дверей.
О том, что это за место, спросила Джима в лоб, к счастью, отпираться он не стал.
— А что такого? Кэндис, это жизнь, таких заведений в одной Кодильере штуки три!
— А ты знаешь, что сюда девушек тащат насильно?
— Что? С чего ты взяла?
Я уже открыла рот, чтобы рассказать ему свою историю, но… почему-то промолчала. Ему достаточно бед, если он узнает, что сестру чуть не изнасиловали, нервы могут не выдержать. Он защищает меня, а я должна защищать его.
— Просто, — дернула плечом. — Слышала где-то.
— Серьезно? Беатрис что ли сказала? Такое только она могла!
— Да-да, Беатрис.
 
— Не верь всему подряд, мышка! Ты готова?
Я кивнула и накинула пальто. Да уж, что ни говори, а верить всему подряд и правда пора прекращать.
Мы поблагодарили Жоржину за помощь, покинули дом, который, как оказалось, стоял на самой границе Северных земель, и уселись в дилижанс. Пуховый платок непривычно щекотал щеки. Я расправила мятый подол темно-серого платья и перевела взгляд на белоснежный пейзаж за окном. Если где-то есть место, которое может стать нашим новым домом, мы его найдем.