"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
После отъезда Эжена и Ариэтт я долго сидел и думал, думал… Да, я сказал сестре и ее супругу, что не собираюсь вмешиваться в дела между Эвассоном и Тассетом, и это было так, но… На самом деле я еще не принял решения. Вроде бы легче всего оставаться в стороне. И выгоднее, что уж там. Однако тогда «Общество чистой силы» не оставит мою сестру в покое. Сколько пройдет дней, прежде чем они заинтересуются Эженом Айлером? К тому же он ай-тере, и его присутствие в качестве посла – прямое оскорбление Тассету. Впрочем, так было и с его отцом. Но Генрих старше и опытнее, да и приехал он больше за сыном, чем за танцами на грани войны между двумя странами. Эжен молод. Он едва закончил обучение. Что он сможет противопоставить акулам Тассета? Встать на его сторону – подставить себя под удар. А нет – судьба мальчишки может оказаться незавидной, а я этого не хотел. Да, мы с Ари в последнее время перед ее отъездом не очень-то ладили, но я желал сестре счастья. И если оно в Эжене, то почему нет?
Поэтому ситуация получалась скверная, и я никак не мог решить, что делать, хотя еще до приезда сестры понимал, к чему все ведет. Постоять в сторонке? Понаблюдать? Попахивало трусостью. Вмешаться? Проблемами. У меня их всегда хватало, но сейчас могло стать хуже и для меня, и для всего состава посольства. Значит, сделаю вид, что остаюсь в стороне, и буду ориентироваться по обстоятельствам.
А пока я дал себе срок до приема в посольстве Эвассона, на котором непременно собирался побывать. Еще немного времени на то, чтобы взвесить все «за» и «против», а главное – решить, что именно делать и как. Осторожность никому не повредила.
На следующий день я с головой погрузился в работу. Да, у меня была большая команда, которая занималась всеми сферами семейного бизнеса, но и мое присутствие требовалось, поэтому с утра подписал несколько документов, встретился с деловыми партнерами, обсудил поставки нашего оборудования в западные регионы Тассета и ближе к вечеру поехал домой. Там собирался продолжить работу, только уже вне шума главного офиса. Вот только не доехал…
Зов чужой силы пришел неожиданно. Лев поднял голову, пытаясь вытеснить мое сознание, но не тут-то было! В нашей паре я главный, а его удел – подчинение. И, когда выходил из автомобиля, я уже знал, кого почувствовал мой зверь. Лалли снова нашла неприятности на свою голову. Отчаянная девчонка бродила без сопровождения ай-тере, и теперь пес и пантера пытались попробовать ее на зуб. А их иль-тере была чуть дальше, и оттуда остро тянуло кровью. Кажется, вот они, наши подражатели. И мне бы помчаться за ними, но магия упрямо тянула к Лалли.
Пес и пантера быстро поняли, что со мной лучше не связываться. Лев разочарованно рыкнул, когда предполагаемые противники исчезли с глаз, а на «поле боя» осталась лишь хрупкая девушка, которая смотрела на меня огромными глазами, будто пыталась на моем лице прочесть ответы на все вопросы. Я что-то говорил ей, а она все смотрела, смотрела… Пока не появились ее ай-тере, безмозглые мальчишки, которые настолько расслабились, что успели забыть: если Лалли не будет рядом с ними, их ждет смерть. Либо жизнь, но такой жизни и врагу не пожелаешь.
И только убедившись, что девчонка в безопасности, я решил взглянуть, что произошло. Дом жертв находился недалеко. Двери остались распахнутыми настежь, а на полу в гостиной замерли два тела. Иль и ай. Таких пар становилось все больше, несмотря на все законы Тассета. Иль-тере и ай-тере тянуло друг к другу. Наша магия была создана для того, чтобы составлять единое целое. Мне понадобились годы, чтобы прийти к такому выводу. А тот, кто побывал здесь, был категорически со мной не согласен.
И все-таки пора уходить, пока не появилась полиция. Я вернулся к автомобилю, стараясь не думать об увиденном, а проанализировать, что мне вообще известно о подражателях. Не нравилась мне эта ситуация… Во-первых, подражатели многое знали об «Обществе чистой силы». Да, в него входила верхушка Тассета, но никто об этом не распространялся, и само существование подобной организации могло нанести урон авторитету не одной семьи – враги сразу бы воспользовались шансом. Несмотря на то что сами могут входить в «Общество». Во-вторых, те, кто пытался повторить наши действия, явно были фанатиками. Слишком много вдруг стало вот таких смертей. И, в-третьих, я чувствовал проблемы, а предчувствия редко меня обманывали. Подражателей нельзя контролировать. Они опасны. Их надо найти. Вот только следа на месте убийства я ни разу так и не обнаружил. И этот раз – не исключение. Надо было гнаться за ними, но почему-то мысль оставить Лалли одну посреди улицы мне не понравилась. А врагов я все равно найду. Всегда нахожу, им от меня не скрыться.
С этими мыслями я и вернулся домой. Снова сел за документы и просидел за ними до полуночи. Больше ничего не отвлекало моего внимания от работы, только время от времени в голову приходил один и тот же вопрос: почему я ощущаю магию Лауры? Да, ай-тере и иль-тере чувствуют друг друга, если они связаны клятвой и достаточно близки. Но я не ай-тере. И клятвы между нами в принципе не может быть. Тогда почему? Я ведь ощутил угрозу так явственно, будто увидел своими глазами. Не нравится мне это…
К счастью, ближайшие дни не принесли никаких новостей. Ни хороших, ни плохих. Я занимался делами и думал. В основном думал. Ари позвонила только раз – напомнила, что они с Эженом ждут меня на приеме в посольстве. Зная сестру, я посчитал такую сдержанность странной. Скорее думал, что она все время будет крутиться рядом и требовать каких-то решений. Или как минимум засыплет ворохом вопросов о моей жизни. Но, видимо, супруг посоветовал Ари не мешать мне – другой причины спокойствия сестры я не видел. Значит, они оба ждут приема. А с ним – моего решения.
В назначенный день резко испортилась погода. Я смотрел на струи дождя, бившие по окнам, и понимал, что вечер будет сложным. Конечно, не столько для меня, сколько для Ариэтт с Эженом, но все же. Ближе родственников, чем Ариэтт, у меня нет. И мне не хотелось бы, чтобы наша кровная связь стала источником ее проблем. А это могло произойти – меня многие не любили. Конечно, меньше, чем презирали ее супруга ай-тере, но все-таки…
Темно-синий костюм сидел идеально. Белая рубашка, правда, почему-то делала меня бледным, но менять ее не было ни времени, ни желания. На этот раз я решил все-таки соблюсти приличия и захватил с собой Адель. Ай-тере ждала меня в гостиной. Она комкала подол мятного платья и чуть прикусывала губу. Мы не так часто выходили в свет вместе, так что вполне понятно, почему она нервничала.
– Прекрати, – сказал я. – Ты выглядишь студенткой, у которой впереди первый бал, но никак не спутницей одного из самых влиятельных людей Тассета.
– Прости. – Адель отвела взгляд. – Просто ты так редко берешь кого-то из нас с собой…
– Сегодня я не собираюсь бросать тень на имя моей сестры. Другой дамы у меня нет, так что остаетесь вы. Из всех моих ай-тере я считал тебя наиболее благоразумной.
– Прости, – снова повторила Адель.
Ее не поймешь. То жаловалась, что я уделяю им слишком мало внимания, теперь тоже недовольна.
– Идем. – Я подал ей руку.
Автомобиль ждал у самого входа, но лил такой сильный дождь, что Адель не помог никакой зонтик – подол платья все равно промок. Она выглядела огорченной, но я ничем не мог ей помочь. Да и думал о другом, а не об испорченных нарядах. За руль, как всегда, сел сам. Дорога блестела от воды, и я старался не отвлекаться. Не хотелось бы вместо посольства влететь в столб. Не сегодня. Но, к счастью Адель, пока мы добрались до знакомых ворот посольства Эвассона, дождь немного прекратился, и красоте моей ай-тере не был нанесен еще больший урон. Она взяла себя в руки и мило улыбалась, выходя из автомобиля. Затем оперлась на мою руку, и нас проводили в дом.
В большом светлом зале уже было многолюдно. Официанты сновали туда-сюда, предлагали гостям напитки, играла ненавязчивая музыка. Я огляделся по сторонам в поисках знакомых лиц. Эжен с Ари нашлись рядом с представителями президиума. Мой зять выглядел серьезным и спокойным. Его темно-серый костюм казался почти неуместным посреди тассетской пестроты, впрочем, как и традиционная эвассонская прическа на фоне коротких стрижек и в большинстве своем темных волос. Ари же вся сияла. Для приема сестра выбрала платье бледно-голубого цвета, тоже лишенное так любимой в Тассете роскоши. Лишь немного воланов украшало юбку и лиф был вышит серебром. Зато такой скромный наряд подчеркивал красоту самой Ариэтт.