"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Справедливости ради, ей тоже стало не по ситуации весело — пришлось врубать нейрокоррекцию, чтобы не выходить из образа.
— Мам, а на какую сумму у нас тут… денег прилипло? — Миру не стала присоединяться к общему веселью.
Вместо этого она свела брови вместе и напряглась.
— Семь нолей, — лаконично уронила Тика.
— Десятки миллионов, — зачарованно пробормотал Рыжий, мгновенно переводя математику в слова.
Блин, почему он только с цифрами так быстро думает? Где его реактивность в других мыслительных процессах?
— Фигасе. — Затем впечатлившийся Седьков развернулся к Дальхис. — А это каким-то образом восстанавливается? Ну, по номерам банкнот там? По страховке? Не может же это быть… конец всему? — подбор деликатных формулировок ему явно не давался сходу. — И всё, что нажито непосильным трудом, испарилось?
— Впрочем, ничего нового, — пробормотала Айя себе под нос, не удержавшись и поплотнее прихватывая одноклассника под руку, чтобы нажать пальцами в тот момент, когда кое-кому слишком говорливому будет нужно прикусить язык.
А тормоза собственной деликатности, как обычно, окажутся на профилактике.
— Может, — коротко отрезала мама. — Я не рассчитывала, что банкноты будут физически перемещаться из сейфа по помещению просто ради развлечения.
— Сейф — это вон та комната за бронированными плитами? — непосредственно похлопал глазками Виктор.
Дальхис коротко кивнула.
— Они своим наличием глаз грели, — уголком рта неловко улыбнулась Хамасаки-старшая. — С другой стороны, давай смотреть на вещи позитивно. Все живы — это главное.
— Сейчас будем делать инвентаризацию. Те банкноты, которые ещё подлежат чему-то, разумеется, пустим в оборот, — разразилась инструкциями старшая Эскобар. — Но их здесь меньше половины. Намного меньше, увы.
— А как вы это видите? — с грацией слона в посудной лавке наивно продолжил Виктор. — Так быстро на глаз считаете? Как это возможно? Десятки миллионов же.
Эрнандес захрюкала в кулак. Тика грустно вздохнула и отвернулась в сторону окна.
Миру с интересом посмотрела на "брата", как на некую диковину.
— У меня стоит продвинутый "кассир" — специальное расширение. Жрёт много трафика, но помогает пересчитывать наличные визуально, в том числе — в больших количествах, — безукоризненно спокойно ответила Дальхис. — Специфика бизнеса.
— Слушайте, дамы, тупой вопрос. А где Хадзимэ? — Рыжий наконец прекратил изображать дебила и стал собой нормальным.
— В подвале, — за маму ответила сама Айя. — Сейчас закончим допрос китайцев, допросная освободится — и Тика-сан будет его в ней использовать по назначению.
Она отыграла эпизод безукоризненно и с удовольствием отметила: Седьков очаровательно напрягся.
К сожалению, розыгрыш испортила Хамасаки-старшая:
— Эй, ты что удумал?! Он сейчас будет своей подписью раздел имущества заверять! И расторжение брачного контракта оформлять, пока нотариус на территории!
Блин, не могла хотя б пяток секунд ещё помолчать. Эх-х.
— А-а-а, — Рыжий выдохнул с явным облегчением.
— А что ты на самом деле подумал? — с неподдельным интересом прорезалась молчавшая до сего момента Миру.
— Да так, неважно, — Виктор покраснел, потупил взгляд и отвернулся. — Я не против расторжения контракта: он вообще на меня в клинике нападал, чтобы оттиск забрать. Гад. По заслугам и награда.
— Так. — Полуодетая Дальхис, мгновенно оценив состояние парня плюс кое-какие его интересные мысли, не стала заморачиваться тонкими материями и приобняла его за плечи, притягивая к себе, чтобы успокоить через тактильный контакт и специальное расширение. — Если ты думаешь, что ему пенис к столу гвоздями прибивать будут — это не так. Просто поговорим.
Айя вздохнула и с трудом удержалась от комментариев: сиськи мамы вполне конкурировали с её собственными по степени воздействия на одноклассника. А сейчас они выпирали практически топлес (распахнутый пеньюар на голое тело не в счёт).
Ладно. Пусть Рыжий успокоится и выбросит свою повышенную тревожность из головы, на буфера маман можно временно закрыть глаза. По правде сказать, для переживаний у одноклассника были все основания: к стрельбе и подобной уличной акробатике парень был явно непривычен.
 
— А как вы его тогда заставите?
— Мы заключаем союз, — Дальхис кивнула на Тику, абсолютно не обращая внимания но впечатления пацана в результате собственных к нему прикосновений (не только руками! Айя мысленно поскрипела зубами, но ради дела снова сдержалась). — Он достаточно здравый человек и понимает: если он не поступит по совести сейчас, через неделю моя структура…
— То есть, всё-таки шантаж, — неуступчиво заключил Виктор.
— Нет, — покачала головой мама.
Когда нужно, она умела быть убедительной, тактичной и настойчивой.
— А что тогда?
— Твой рейтинг, — от стены отлепилась Миру. — Возможности HamQualCon в спайке с ГЕНЕТИКС, причём в самой ближайшей перспективе. Отец не дурак — сообразит минут за пятнадцать уговоров. Это Я тебе говорю.
— А ты тоже знаешь?! — Рыжий напряжённо подпрыгнул при слове ГЕНЕТИКС.
— Не оттуда, откуда ты думаешь, — выдала слабую и крайне нетипичную для себя улыбку японка.
Тика, что интересно, смотрела на дочь такими же глазами, как и Седьков.
— Да чего вы так уставились?! Давно читаю некоторые папки отца, я же всё-таки родная дочь!
Ладно. Расспросить младшую Хамасаки можно будет и на досуге, не сейчас. Блин, мама, хватит канифолить его своими сиськами, он уже такой, как надо.
— Тогда у меня для вас новость. — Седьков с явным сожалением, но решительно оторвался от объятий Дальхис, тоскливо стрельнув взглядом в направлении распахнувшегося пеньюара. — Дамы, кое-какие бразды правления с этого момента беру в свои руки.
— Рассказывай, — предложила Эрнандес, иронично наблюдая за противоречивыми порывами одноклассника.
— Да нечего рассказывать. Мой рейтинг — это очень мощный инструмент, но я отлично понимаю, что такое халиф на час, — неожиданно здраво выдал Рыжий. — Нужно успеть использовать его по полной, пока какая-нибудь коррекция сверху не прилетела.
* * *
— Заходи. — Дальхис, уже одетая чуть иначе, чем час тому, без усилия распахивает изнутри здоровенную и толстенную дверь бункера в подвале.
Видимо, она сейчас на расширениях. Надеюсь, Айя не обратила внимания на мои ощущения, когда мы с ней общались. К-хм. А то где-то неловко.
Внутри за самым обычным овальным столом, развалившись в кресле, обнаруживпется Хадзимэ Хамасаки собственной персоной.
Тика занимает диван у стены и, не обращая внимания на супруга, работает с виртуальными монитором и клавиатурой.
Миру сидит во втором кресле напротив отца и, не мигая, глядит на него, как змея на колибри.
— Я думал, допросная выглядит иначе, — как обычно в этом теле, ляпаю языком до того, как успеваю подумать.
Хотя, возможно, нечего пенять на зеркало, если сам не в порядке.
— Иначе, — подтверждает мать Айи, захлопывая сейфовую дверь бункера.
Теперь вижу, что она точно на расширениях, там не одна тонна. Голым бицепсом не вытянешь.
— Но это и не допросная, — продолжает Дальхис. — Другое помещение.
Интересно, а где всё это время находится сеньор Мартинес? Его и здесь не видать.
— Ты хотел знать исполнителя. Твоего отца, если говорить технически, убил вот этот человек. — Абсолютно спокойная Тика подвешивает в воздухе трёхмерную голограмму японца лет тридцати пяти и пару раз оборачивает её на триста шестьдесят градусов.
— Имя? Фамилия? Адрес? — Миру по-прежнему разглядывает своего родителя с каким-то непонятным мне любопытством.
И ведь не спросишь их, что здесь происходит.
— Рыжий, не парься, — одноклассница стремительно перетекает из низкого неудобного кресла в вертикальное положение и за какую-то долю секунды оказывается рядом со мной.
Не понял, они тут что, все на расширениях?