"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Кажется, я здесь чего-то недопонимаю.
— По мне, крайне неудачный вопрос для подобного исследования, — честно говорю, что думаю. — И, вне зависимости от того, что чувствую, отвечать на него третьему человеку не буду.
— А и не надо отвечать, я уже по твоей морде все увидел. Так, блокировка работает… На самом деле два твоих вопроса — это один и тот же вопрос, — латинос забрасывает ногу за ногу.
— Пояснишь?
— Как думаешь, почему за столько времени элементарное дело по твоему отцу до сих пор не завершено? Если ты не в курсе: наезд был совершён средь бела дня, посередине многомиллионного города, где каждый квадратный метр уже давно находится под перекрестным контролем трёх или пяти камер наружного наблюдения. И система работает, поверь.
— Я думал через тебя предложить денег, чтобы дело сдвинулось с мёртвой точки. Там, откуда я родом, твои коллеги тоже не особо охотно выдавали трудились бесплатно в таких случаях. Но систему можно было заставить работать, простимулировав материально: только давать надо через кого-то из своих. Надёжнее.
— Хм. Зерно истины есть, но ты не в теме. Виктор, за это дело никто не возьмётся. Вернее, дознаватель будет тупить до последнего и в итоге повесит на себя висяк, но обвиняемых в деле не будет. Только неустановленные лица.
— Ты уже что-то узнавал?!
Он что, уже в курсе?
— Глянул материалы по сетке, — кивает Вальдес. — Потом спросил пару человек по горизонтали. Просто ты снаружи системы и тебе не ясно элементарное: если такой беспредел в центре города никто не расследует нормально, значит, проблема комплексная. Одними деньгами такие затыки не решаются, сколько ни заплати. Тем более, ты.
— А как правильно было бы действовать?
— Вначале нужно понять, что происходит, — роняет хмуро Мартинес. — Как говорит наш старший товарищ, оценить обстановку.
— Именно. Виктор, я дам тебе совет, даже больший, чем ты рассчитывал получить. При условии, — он переводит взгляд на мою спутницу. — Что ты будешь сидеть молча, прикусив язык и не лезть в разговор мужчин.
Айя картинно накрывает рот двумя ладонями и зажмуривается.
— Если бы я был на твоём месте, я бы боролся не со следствиями, — Вальдес как-то резко стареет на вид и перестаёт быть похожим на себя предыдущего. — Устранять нужно причину.
— Кто бы спорил.
— Тебе нужно как можно скорее поднять свой рейтинг до такого уровня, когда нашему департаменту и в голову не взбредёт игнорировать или не замечать.
— Хороший совет, — говорю как можно нейтральнее.
— А ты не язви. Как думаешь, почему Тераяма так буйволом попёр? Хамасаки всё же фамилия, мягко сказать, не из последних и не самая беспроблемная, чтобы с ней так бодаться.
— Не знаю. Мне кажется, нужно знать расклады титульных, чтобы понимать глубоко. По-моему, у старика просто крыша съехала — но это моё личное субъективное мнение.
— У Хамасаки пополз вниз рейтинг, причём сразу по нескольким иерархиям. Кроме того, из-за биржевого падения цен и капитализация их компании просела. А скоро и само существование компании будет под вопросом — если муж и жена при разделе имущества начнут её дробить.
— Слишком абстрактно для меня. И не прослеживается связь с моими вопросами.
— Если говорить в цифрах, они с недосягаемых небожителей за очень короткое время оказались просто высоко. Уже можно различить взглядом снизу, даже с нашего уровня. Дед скорее всего считает, что это падение продолжится — потому решил ох*еть.
— Ух ты. — Есть над чем задуматься, чего уж.
— Дай. — Мартинес отбирает у соотечественника один из стаканов и выпивает его до дна.
— Но я никогда не даю советы, которые невозможно исполнить. — Как ни в чём ни бывало продолжает латинос. — У меня в системе видно, что ты делал запрос на тему своего акционерного пакета HamQualCon. Было?
— Да, а чего так смотришь? Чего тут скрывать?
— А вот тебе непосредственно сам совет. У тебя, допустим, есть дом, он тебе достался в наследство от отца. Тебя какое-то время не было в городе и когда ты возвращаешься, ты в нём обнаруживаешь совсем других людей. Твои действия?
 
— Выношу на пинках, меняю замки и попытаюсь озаботиться, чтобы они в следующий раз даже близко подойти не могли.
Полицейский одобрительно кивает:
— Полностью солидарен.
— А где совет? Оно вроде и так на поверхности лежало, но может ты скажешь что-нибудь подробнее?
— А я тебе и так сказал больше, чем собирался. Давай заново, следи за губами. Самый лучший способ отбиться от деда — это поднять твой личный рейтинг до уровня титульных. Тогда ему пенис по всей бороде и искусственный интеллект суда тупо закроет все его претензии в твой адрес автоматически.
— Точно?
— Точнее не бывает. Ты меня позвал потрепаться или оперативную информацию купить?
— В…
— Вот это и есть, с моей точки зрения, для тебя главное. В отличие от других, у нас есть однозначное понимание сегодняшних работающих алгоритмов искина. Не спрашивай, у кого "у нас".
— И не собирался… Я понял. Спасибо.
— Едем дальше. Убийство твоего отца. Сведи воедино: мой намёк насчёт чужаков в твоей квартире, предыдущий пункт по поводу деда и такой маленький нюанс. Полиция "не работает" не на тебя. Она не работает вообще на нетитульных - вернее, учитывает интересы по остаточному принципу. А в твоём случае, скорее всего, где-то наверху вдобавок проскочила личная просьба от кого-то с очень толстым социальным рейтингом, попутно можешь угадать, от кого… я всё равно не знаю фамилий, хотя и хорошо понимаю схему… И эта просьба для нас, чернорабочих лошадок правоохранительной системы, прозвучала убедительно. Почему?
— Почему?
— Потому что тот же механизм, что и в случае с дедом. Хорошо, на тебе открытым текстом. Пока ущемлены интересы собаки, в обществе людей не будут сильно напрягаться, чтоб за пса вписаться. Хотя интересы собаки, по идее, законом защищены.
— А чтобы исправить ситуацию…
— Собаку должны начать ценить также, как и человека. Или даже больше.
— Ух.
— Угу. В отличие от примера, в реале это более чем возможно: институт социального рейтинга. Я тут прикинул накануне, лично у тебя более чем достаточно инструментов, чтобы достичь необходимой величины в самое ближайшее время.
— Слушай, ну сказал "а" — говори и "б"! Что за недоговорки?
— Не скажу, — перебивает Эрнесто с серьёзным видом и без тени улыбки на лице. — Я не могу прямо подталкивать тебя к этому решению.
— Почему?!!
— Ты же не думаешь, что все эти блокировки — прям панацея?
— Э-э-э???
— Отсрочка. Это отсрочка. Если кому-то очень захочется узнать, о чём мы с тобой здесь беседовали, оно будет сделано в течение… очень быстро, одним словом.
— А так?
— А так, даже если мне зажмут яйца в дверь и будут потрошить инквизитором, я абсолютно честно завизжу в ответ: сказал ему повышать социальный рейтинг и объяснил, почему сегодня его отец нахрен никому не нужен. И почему на справедливость рассчитывать не стоит. Остался чётко в рамках полномочий своего уровня, одним словом. И это будет чистейшей воды естественность и правда, которые инквизитор подтвердит.
— Ты меня сейчас весьма озадачиваешь.
— А жизнь вообще сложная штука и полной ясности в ней немного. Иногда простое является этой самой сложностью, а сложное, если разобраться — более чем простым. Я в тебя верю, ты не дурак. Разберёшься в течение половины часа после моего ухода — после того, как включишь мозги.
— Спасибо на добром слове.
— Не за что. Дать последний намёк?
— Да.
— Какое твоё самое главное качество, благодаря которому ты победил в школе?
— Хренасе ты глубоко копнул. Даже это выяснил. Воля к победе?
— Да, но это топливо, а не прицел. Для тебя не существовало границ возможного и невозможного. — Вальдес не мигая смотрит на меня. — В самом широком смысле. Ни физически, ни с точки зрения прецедента, ни юридически — поскольку ты тупо нахаркал на старте на разницу потенциалов между твоей мамашей-алкоголичкой и семьёй Али.