"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Оказывается, и в бытии модификантом тоже есть свои плюсы.
* * *
— Статистика говорит, девяносто с лишним процентов за успех, — Седьков выдал спич с донельзя довольной рожей, с окрылённым и счастливым взглядом и непрошибаемой уверенностью первого кирпича, который положили на дно ямы, залитой бетоном под фундамент.
Или ослика, который увидел морковку в яслях для кормления.
Она, естественно, не сдержалась:
— Бл*.
— Чё? — одноклассник чуть свысока и по-прежнему жизнерадостно покосился на неё, наклоняя голову к плечу.
— Повторюсь, но лучше не скажешь. Невежество рождает необычайную смелость в суждениях, — она поёжилась. — Знаешь, я это распечатаю на наклейке и на твой рюкзак налеплю: пусть будет девиз!
— А-га-га-га-га, — неподдельная эйфория Седькова (возникшая у него, видимо, после неких их взаимных и занимательных упражнений в местном санузле) получила сложную добавку из дофамина и окситоцина, если верить собственному анализатору в интерфейсе. — Там, откуда я родом, говорили "Слабоумие и отвага". А-га-га-га-га…
— А ведь это эндогенные процессы, не нейрокоррекция, — серьёзно заметила Айя в ответ на вопросительный взгляд одноглазой.
Та тоже видимо встревожилась — наверняка из-за непоняток со старшими внутри своей семьи (тут как раз было понятно: обещала одно, а по факту иное).
— Он нормальный? — Тераяма не была склонна к юмору ни в каком приближении. — Не то чтобы я очень нервничала — мы с вами случайные люди — но такая вот его реакция НОРМАЛЬНА?
Параллельно японка незаметно указала взглядом на один из столов в углу большого холла, где, судя по виртуальной эмблеме над столешницей, расположились представители прокуратуры.
— Как тебе сказать. Норма — штука индивидуальная, — честно ответила Мартинес. — Именно в таких ситуациях раньше его не наблюдала, но как правило он адекватен. Почти всегда.
— А в каких случаях нет? — японка не стала сдерживать любопытство.
— Когда переизбыток кое-каких гормонов, — Айя покосилась на ширинку одноклассника. — Но сейчас об этом речь не идёт, заявляю абсолютно компетентно и со всей ответственностью. Так что, наверное, адекватен.
— А-га-га-га-га, — на этой фразе Рыжий поймал ещё одну смешинку. — А-га-га-га-га!.. — покраснев от нахлынувшей бурным потоком радости, он громко шмыгнул носом и вытер слёзы рукавом. — Завязывай! Сейчас серьёзное мероприятие! Мне тоже нужно быть серьёзным!
— Что с ним? — абсолютно спокойно поинтересовалась Тераяма.
— Да хер его знает. Бля, Седьков. Это у тебя посттравматический шок? — неожиданно осенило её.
Может, и правда пора начинать беспокоиться?
— Не-а, я в адеквате. — Продолжая давиться смехом, родил в два приёма Виктор. — Ну реально ситуация смешная! Вернее, не сама ситуация, конечно, а твои слова. А я ещё вспомнил… И-хи-хи-хи-хи…
— Как есть идиот. — Грустно и серьёзно заключила вслух младшая Эскобар. — Даже неудобно тебя вырывать из грёз твоих иллюзий. Если отправишься на луну — передачи слать не буду.
Она только что поняла, что товарищ, пролистав наскоро какую-то информашку (благодаря новым способностям и тренингу от Миру), на основании статистической закономерности уверился в неизбежном торжестве справедливости.
Как следствие — успокоился, расслабился плюс на него навалился откат после стресса. Её личное предчувствие твёрдо подсказывало, что этот труп за спиной Рыжего был первым в жизни.
И ведь не скажешь ему сейчас, что общая статистика конкретно к данному кейсу неприменима от слова совсем: ни при каких разборках раньше ни титульным, ни дворнягам никогда не приходилось делить бессмертие.
Как сейчас.
А когда на кону появляются такие ставки — опыт её фамилии (даже обеих) говорит, что всеми предыдущими прецедентами можно подтереться. Как и договорённостями.
С другой стороны, нафига изводиться двоим? Ну нервничает сейчас она, он радуется — да и хрен с ним.
Пусть ржёт. Не дай Иисус, нервы ещё могут понадобиться.
— Я уже успел этот момент обдумать, — не по-школьному солидно кивнул одноклассник. — Если так, на луну рванём вместе? Там же народ тоже наверняка овощи кушает. Будем развивать семейный бизнес Эскобар? Сто процентов в тех местах процент клиентов больше на тыщу населения.
 
Последние слова были услышаны сотрудниками юстиции и в расчёте на них говорились.
Айя расфокусировала взгляд, подняла брови, вздохнула — и ничего не сказала.
Понятно, что если надо — то она и на луну поедет. И Эрнандес тоже. Но хотелось бы обойтись без подобного.
— Присядьте сюда, пожалуйста. — Прокурорский, идентифицировав Рыжего через профильное расширение со скоростью звука, без преамбул или даже формальной вежливости перешёл к делу. — Седьков Виктор… лет… регистрация проживания по адресу… арендованная квартира, так?..
* * *
— Будьте добры, скажите, в какой роли мы сейчас общаемся? — вежливо интересуюсь сразу после того, как джентльмен под виртуальной эмблемой прокуратуры заполняет в свою форму мою идентификацию, получая моё "да" на каждый пункт.
— Момент, будет в следующем параграфе. Виктор, вы опрашиваетесь как свидетель по факту смерти… — он называет японские имя и фамилию, которые мне ничего не говорят. Видимо, тот тип из тройки. — Вы же были единственным свидетелем происшествия?
— Ещё раз тысячу извинений. Уместно ли спросить, с кем имею честь? Если мы сейчас совершаем определённое законом процессуальное действие — это одна ситуация. Как кандидат в граждане я займу одну позицию. — Боковым зрением ловлю крайне озадаченный взгляд Мартинес. — Если же данный разговор не носит никакого юридического функционала…
— Это вы меня извините. — Парняга возраста Эрнесто только что не краснеет. — Моя фамилия Сосохара, офис прокурора. Я недавно на этой службе, ещё раз прошу прощения. Все ваши ответы фиксируются, как и мои вопросы… этап предварительного дознания… получение первичной информации возможно в отсутствии законного представителя несовершеннолетнего, поскольку связано с возможным федеральным преступлением, которое будет квалифицировано…
"Рыжий! Ты меня слышишь?!" — параллельно с такой занимательной беседой во внутренний чат начинает писать Айя.
И что ей сейчас ответить? Насколько я помню предостережения Тики, именно в такой вот атмосфере мне очень настоятельно рекомендовано воздерживаться от любой исходящей нейроактивности.
Говоря по-простому — держать уши и глаза открытыми, а рот — максимально закрытым. Потому что если вдруг натурал начнёт кому-либо отвечать, а эти ребята, как и моя опекуша, вдруг в состоянии видеть абсолютно все чаты в радиусе сотни метров — может получиться очень некрасиво.
"Рыжий, гад, не молчи!" — всплывающие со скоростью пулемёта иконки своих сообщений Айя сопровождает не менее темпераментной жестикуляцией в реале.
Она методически грамотно сместилась к окну, за спину прокуратуре: теперь её видит только пара полицейских. Последние, впрочем, имеют ярко выраженную этническую компоненту во внешности и с Эрнесто Вальдесом общаются по-испански. Насколько понимаю, и в участке работают в том же — значит, условно наши.
— На ваш вопрос: нет, я был не единственным свидетелем случившегося. Кроме меня, в момент нападения бандитов на врача в этом же помещении находилась и другая старшеклассница, правда, из первого лицея. Сата Тераяма.
"+" — однокласснице отправляю максимально короткий ответ.
"Можешь общаться открыто" — тут же приходит от неё. — "Защита и от Хамасаки стоит — Тика расстаралась, и наши продублировали. Если будет кто-то в канале — появится автоматическое уведомление и нас разъединит".
"Ты счт'ешь, счс оч пдхдщий ммнт дл наш рзгвра здесь?