"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Лысый сориентировался уже в падении, врубая все подряд возможные расширения, плавно перекатываясь на спину, уходя дальше в кувырок с опорой на правую руку и вскакивая на ноги.
Очкарик тем временем стремительно сложил ладони вместе в жесте просьбы, оборачиваясь к латиносам:
— Айя! Ана! Умоляю, на секунду!
Высокие и спортивные Эрнандес и Мартинес, неожиданно абсолютно для всех, перетекли на два шага вперёд:
— Si?
Рыжий, продолжая ввергать в шок остальных, положил ладони девчонкам на шеи и наклонил их к себе, чтобы что-то горячо зашептать на ухо.
Смешно, конечно — но он действительно управился примерно за секунду.
Поднявшийся на ноги Рашид, взвыв что-то нечленораздельное, потрогал аккуратно свой нос и пошёл вперёд.
Седьков отпустил затылки более высоких латиноамериканок и, обогнув их по дуге в два шага, как ни в чём ни бывало двинулся к Лысому.
Эрнандес и Мартинес, продолжая шокировать старшую школу, стремительно нырнули в раздел ставок в виртуале и бросили по две половиной сотни в качестве пари на несколько закрытых пунктов: условия не будут открытыми до тех пор, пока искусственный интеллект не разрешит либо пока драка не завершится.
— Успели! — выдохнула Айя и подставила ладонь.
Ана звонко хлопнула по ней своею.
— Эй, вы это чего?! - не сговариваясь, занервничали Диего и Мануэль. — Дамы, что за расклады?!
— Парни, без комментариев. Это конфиденциально, всему своё время, - необычно серьёзно ответила Эрнандес за обеих.
Гарсия ещё почти целую секунду смотрел на неё задумчивым взглядом, не зная, что и подумать.
А в следующий момент Рашид и Рыжий наконец-то сблизились до дистанции, на которой могли достать друг друга — и Диего стало не до абстрактных размышлений: началось самое интересное.
Лысый, недолго думая, выбросил вперёд левую пятку. Очкарик отступил выпадом назад, согнулся пополам и принял удар на локоть.
Нога Рашида пошла обратно, в голову убогому полетел кулак.
Седьков уже знакомым образом изобразил своей причёской маятник: по дуге проскользнул под ударом, вынырнул сбоку, крякнул, чуть-чуть подпрыгнул вверх (и как только успел это всё на натуральном потенциале).
— Когда надеть успел?! — иконка максимального удивления в исполнении Гарсия смотрелась в чате весьма органично.
На обоих кулаках очкарика красовались вчерашние обрывки собачьего ошейника.
Правый кастет, казалось, замер в воздухе: именно так в ускорении выглядела следующая доля секунды.
А потом железо встретилось с верхней губой Рашида, разрывая кожу, дробя соединительную ткань, врезаясь в зубы и ломая сразу два передних верхних.
Одновременно с этим открылась ставка латиноамериканок: "Первый удар Виктора Седькова = среднее телесное повреждение Рашида Али".
— Хренасе. На пять сотен — почти десятка выхлопа, — мгновенно среагировал Мануэль.
— Бизнес, - синхронно пожали плечами Ана и Айя. — Один к двадцати. У тебя свои ставки, у нас — свои.
— Слушайте, а когда и с чего вы решили мутить с Рыжим?!
— Ты это серьёзно?! — отзеркалила удивление Эрнандес. — Мне тебе отчёт заполнить? И налоговую декларацию?
— Интересно же, — не на шутку обиделся парень. — Не знал, что у вас от своих секреты.
Гарсия, продолжая наблюдать за поединком, с интересом прислушивался к этому разговору.
— Это не наш секрет, - серьёзно покачала головой Мартинес. — У меня для тебя всё открыто, но это не наша информация.
— Хренасе новости.
Тем временем Рашид в первый раз за всё время учёбы упускал стратегическую инициативу.
Некритично — приложения наблюдающих показывали, что его физиологический ресурс не просел даже на четверть.
Но — Седьков сбросил свои железяки с кулаков под ноги и кулаками обрабатывал Лысого, как дворняга кусает за пятки неповоротливого пинчугу.
Здоровяк, пропуская удар за ударом по корпусу, в подбородок, снова по корпусу, время от времени находил силы — и выстреливал то одним кулаком, то другим, пытаясь отмахнуться от убогого, как медведь от роя пчёл.
Но не попадал. Не попадал. Не попадал.
 
— А ведь сейчас, возможно, переписывается сценарий, — озадаченно бросил Макс, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Сценарии регулярно переписываются, — раздался в полной тишине хриплый голос Хамасаки. — А сейчас рождается новая эпоха. Просто мы этого ещё не поняли.
Что она имела в виду, немец не успел переспросить: после очередного удара в подбородок снизу и сбоку голова лысого дёрнулась чуть сильнее, чем обычно.
Сам он зашатался, заплёлся ногами и начал заваливаться назад — на руки своим, по случайному совпадению.
Если верить расширениям, Рашид был в сознании, в ресурсе — но сухим языком спортивного судейства ситуация именовалась нокдауном.
— Тысяча! Рашид встанет! — в разделе ставок замигал полицейской сиреной жирный шрифт от Ченя.
Ему ответили сразу двое или трое.
Двери школы распахнулись с такой силой, что выбили каменную крошку из стены:
— НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИТЬ! — от здания нёсся заведующий учебной частью.
Его жир смешно вздрагивал и трясся вместе с одеждой при каждом шаге.
— Б*я, Рашид же под наблюдением! — быстрее всех сообразила Юлия. — Упс.
Над площадкой снова повисла мёртвая тишина.
Парни из группы Рашида тем временем молниеносно вернули его на ноги. Сам Лысый явно напряг ресурсы концентратора — потому что выглядел готовым продолжать, несмотря на внешний вид, рваную губу и прореху в зубах.
Седьков, оглянувшись на завуча, сделал из пальцев козу:
— ЕЩЩЩЩЁ ХОТЬ РАС-С-С…! — он бросил руку вперёд, хотя до лица противника явно не доставал.
— Оно грозится. — Спокойно констатировала Юлия.
— РАЗОЙТИСЬ! — продолжил орать Трофимов, ввинчиваясь в толпу и, словно ледокол, пробиваясь к дерущимся.
В следующий момент его здоровенная волосатая пятерня мелькнула в воздухе то ли чтобы отвесить очкарику подзатыльник, то ли чтобы ухватить его за шиворот и оттащить в сторону.
Седьков, словно имея глаза на спине, согнулся в поясе, как много раз до этого.
Лапа завуча пронеслась над головой дурачка и со всего маху впечаталась в лицо Рашида.
— Е-ать-колотить, — мгновенно отреагировал Гарсия в виртуале.
Здоровяка повторно бросило на руки товарищей.
Трофимов тоже покачнулся: потеряв равновесие неожиданно, он зашарил ладонями по воздуху, станцевал ногами чечётку на носовом платке и удержался только благодаря тому, что его подхватили под руки.
Виртуальный чат ожил.
— Кажется, Рыжему пи**ец.
— За что?
— Потом объясню.
— От Рашида?
— Не от Рашида, он не успеет.
— Ага. Здравствуй, шахтёрская планета.
Завуч был болезненно самолюбив, мстителен и ничего никогда не забывал. Сейчас же торопиться и бегать его явно вынудила необходимость присмотра за Рашидом: контракты на обучение очень многих, если не всех, предусматривали и медицинское сопровождение там, где показаниями мог предусматриваться амбулаторный режим.
Лысый только вчера загремел в реанимационнаую капсулу, соответственно, сегодня за него местами отвечала школа.
Единственным гарантированным исключением медицинского правила был Рыжий (у убогих свои законы), но из-за него завуч так и не торопился бы.
— Б*я. Сенсей. Из-за вас у меня ставки почти не сыграли, — выдал очкарик в следующую секунду.
Под гробовое молчание всех без исключения.
Юлия, артистично выгибаясь, как в замедленном видео хлопнула себя ладонью по лицу.
— Это жёстко. — Не уточняя деталей, кивнул Гарсия, рассеяно глядя сквозь Мануэля.
Ему явно было известно чуть больше других.
Судя по следующему выражению лица педагога, развернувшегося к Седькову, последнего и правда ждали не лучшие времена.
  
Глава 20
 
— Седьков! Немедленно ко мне в кабинет! — проревел Трофимов.
— Щ-щас, — очкарик беззаботно шмыгнул носом и огляделся по сторонам, словно что-то разыскивая под ногами. — Один момент.