"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Воспринимать их беседу я начал на том этапе, когда наш с Сё вообще личный междусобойчик в разговоре больших людей почему-то оказался увязанным с застройкой нового объекта компанией отца; с находящимся в коме боссом бати; с предстоящими выборами в нашем муниципалитете (тут вообще непонятно: остальные из других районов, им-то какое дело?).
Были и другие моменты, сути которых я вообще не могу сообразить (не владея базовым пакетом информации).
Отец рядом со мной посадил Ваку. Я даже попытался на ухо у неё расспросить, что за аггравации — но она в мгновение превратилась из юмористки и рубахи-парня в какую-то взрослую и серьёзную. Только молча накрыла мне рот ладонью, не глядя на меня и даже не обернувшись в мою сторону.
Кому другому я бы нашёл что ответить в этом случае, но вот ей.
Голос я в итоге решил подать только после того, как люди, сидящие по ту сторону стола, на полном серьёзе принялись обсуждать возможные сложности между организациями. Попутно проехавшись по ранению Томиясу и нападению китайцев (а тут мне интересно уже второй раз: насколько я понял от Хиротоши там, на месте, тема в общий информационный оборот категорически не должна была попасть. Откуда они знают?).
— А можно я за себя сам отвечу? — я уже смирился, что моё мышление в этот момент работает не самым точным образом.
Просто потому что отходняк. А раз так, то и слова подбирать особого смысла нет — всё равно ничего не придумаешь в таком состоянии. Можно говорить искренне и не задумываясь.
Отец озадаченно повернулся в мою сторону и ничего не сказал.
Ну, если так, на остальных мне вообще плевать. Пускай скажут спасибо, что я здесь честно сидел и ничего не делал. Всё это время.
— Господа, по вашим правилам считается, что я вроде как самая мелкая сошка в иерархии? По крайней мере, судя по возрасту и величине организации моего отца, к которой я вообще отношения не имею…
— Ваш сын не считает себя японцем? — мгновенно обращается к отцу вежливый мужик лет пятидесяти, представляющий противоположную сторону.
Судя по моему личному впечатлению, он из них самый адекватный. И кстати, в отличие от его соратников по борьбе, в его голосе нет ни скрытой враждебности, ни двойных подтекстов — чистое любопытство.
— Это сложный вопрос, — ворчит батя, опуская взгляд. — Дети нынешнего поколения, даже и не с такой внешностью, регулярно заставляют лично меня содрогаться… Мне с молодыми сложно вне зависимости от их этнического происхождения.
Сразу трое или четверо за столом делают понимающие лица и начинают согласно кивать.
— Народ, давайте я договорю, что хочу? И пойду? — предлагаю. — В отличие от моего гостя за моим столом, — киваю на Сё, — никакую организацию я не представляю. Для беседы в рамках закона, если с вами, лично мне подобный антураж не нужен, — веду рукой вокруг себя, на фоне нескольких напрягшихся лиц. — Если же есть вопросы по вашей узкой профессиональной тематике, то мой отец гораздо компетентнее меня в поисках компромиссов с вашей конторой!
Абсолютно все без исключения присутствующие, исключая Сёгуна и отца, смотрят на меня, как на заговоривший памятник.
— Я уже понял, что спрашивать меня напрямую при отце вы не хотите. А он, по чисто техническим причинам, не успел согласовать со мной позицию. А все мы здесь вместе, — веду подбородком слева направо, — категорически не хотим именно сейчас, до окончания переговоров, оставить противоположную сторону без своего присутствия. Правильно?
— Что ты хотел сказать? — я так понимаю, это напарник толстяка.
Напарник в том плане, что тоже руководит аналогичной организацией, и они между собой дружат либо сотрудничают.
— Я, на своём месте, категорически не вижу оснований для таких серьёзных разборок, — пожимаю плечами. — Как вы тут, ничтоже сумняшеся, обозначили. Куча взрослого народу, ни свет ни заря! Завуалированные угрозы друг другу сложностями и последствиями… Не слишком ли круто — для обычной кабацкой заварухи?!
— Ты сейчас о чём? — уточняет умный пятидесятилетний, по-прежнему фоня каким-то детским любопытством.
— Там, откуда я родом, никакие разборки в кабаке в нетрезвом состоянии никогда не являлись основанием не то что для дальнейших обсуждений — вот как это, — киваю ему. — А даже для того, чтобы наутро об этом вспоминать! Особенно в таком представительном составе.
— Как так?! — озадачиваются сразу двое человек, сидящие за ним.
— Да вот так! Народ, вы чего?! Вы по моему лицу что, не видите, что я могу быть носителем не только японской культуры?! Драка по пьянке — это самое обычное дело! Я бы даже сказал, национальное развлечение… кое-где севернее… Ещё и из-за женщины! Вы чего?! Какие ещё тёрки?! Вы не слишком ли легко переносите фрагменты одной иерархии, я сейчас об успехе у слабого пола, в другую?! В вашу профессиональную?!
— За свои поступки нужно уметь отвечать, — снова подает голос напарник толстяка. — Хотя, конечно, это очень удобно: съехать на базаре и уйти от ответственности. Переводя конфликт между группами в конфликт между личностями.
— Мудила, а давай я тебе прямо сейчас в лоб дам?! — чего-то мне кажется, что слова уже можно и не выбирать особо. Хуже всё равно не будет, можно быть самим собой. — Ты крутой?! За тобой серьёзные люди стоят, да?! Так они сейчас ни разу не помогут, если я обойду стол и подойду к тебе лично! Кстати, ты давно в тюрьме не сидел?! Вместе со своими «группами»?! Могу устроить! Если ещё ничего не сделал — значит, сядешь ни за что!..
Во время тирады, у меня возникло подспудное ощущение, что нынешний поток сознания несёт меня куда-то не туда.
А через четверть минуты меня просто выносят под руки из этого помещения.
Охранники действуют исключительно вежливо, потому, для вида поупиравшись, с облегчением присоединяюсь к Рейко и Цубасе за нашим столом.
А чуть позже к нам возвращается и Вака.
* * *Несмотря на внешне серьёзный антураж, половина сознания Ваки веселилась.
В отличие от присутствующих мужчин, она была более чем уверена: никаких серьезных последствий не будет. Ни для одной из сторон.
Всё случившееся было полным и стопроцентным экспромтом, но теперь не воспользоваться ситуацией было бы грех: такой пиар стоило придумать, если бы его не было.
Масу, видимо, на каком-то этапе второй волной догнало приходом от выпитого. По крайней мере, он нисколько не изображал и не играл, а был самим собой.
Хотя, конечно, шок у всех присутствующих он вызвал, особенно когда заорал (помимо прочего) партнёру Сё: «Давно х*й не сосал?!».
Фраза была настолько же яркой, насколько и в итоге эффективной. Такой вот смешной парадокс.
Другое дело, что этот парадокс заранее был понятен только ей, в силу профильного образования.
Именно в этот момент до всех присутствующих дошло: да пацан просто школьник! И если на то пошло, он вообще сидел себе, никого не трогал. Ну да — выпил. Да, он сын своего отца, но…
Но он просто школьник! Он просто отсутствует в системе нынешней застольной иерархии (и прицепилось же слово, чёрт побери)!
Не гоняться же за осой с топором?!
Быстро сориентировавшись, представитель управляющей компании (в которую были интегрированы и организации Сё и Шо) не стал нагнетать напряжёнку на ровном месте. Вместо этого он поступил благородно и тут же удалил подростка из дальнейшей беседы (и из комнаты).
Самое смешное, что и Сёгуну с напарником, по факту, больше нечего было предъявлять и делать. Уж разборы с женщинами точно не повод для такого собрания за столом, с учётом присутствующих личностей.
Ну и, на закуску, в правильности своей спонтанности и всех действий она убедилась только что, поймав взгляд старшего противоположной стороны в адрес двоих своих якудза.
Лично ей было абсолютно очевидно: управляющая компания, даже владея формально этим заведением и Хейдугой (каким-то пакетом акций), самого толстяка местами недолюбливает. Хотя и с ним мирится.
Ватару, как она и рассчитывала, тоже сориентировался мгновенно. Финансист технично и оперативно закруглил исчерпавшую себя тему дебоша с участием сына; и перешел к обсуждению совсем других вопросов.