Гордость, предубеждение и Демон (СИ)

Девушка ощущала нарастающий и сосущий страх, подкрепленный возросшим выбросом адреналином. Для неё это был совершенно несуразный вид. Она просто поверить не могла что вот эти люди, что улыбаются и непринужденно переговариваются, могут сделать ей что-то плохое.
Когда бабулька подкатила белобрысого инвалида в середину подвала лицом к пленникам, она пошла докладывать остальные хирургические принадлежности и достала лед в брикетах из металлической морозильной камеры слева от девушки. Трое разношёрстных мужичин ‒ лет тридцати пяти ‒ встали возле стола патологоанатома и выжидающе смотрели на пленников.
Громилы заняли место у подъема с серьезными лицами «бодигардов». А отец инвалида взял стул со спинкой у стола из правой части подвала и сел возле сына. Сложив ногу на ногу и обхватив колено ладонями, пальцами сцепленными в замок, он улыбаясь начал говорить:
‒ Интересно получается. Мой бездарный сынок не смог нагнуть какую-то девку и огреб от неё… как девка! ‒ засмеялся он над своей шуткой, а блондин недовольно посмотрел на своего отца. Но тот повернувшись к нему и улыбаясь, потрепал ему волосы мол: «да шучу я».
Взглянув на Женю он продолжил:
‒ Но кто-то счёл это недостаточным и поломал ему еще и ноги. Кстати, твоих армейских друзей, что это совершили ‒ уже закопали. Предварительно их выпотрошив на органы, ‒ улыбаясь он резко встал и подошёл к парню, следом нанес сильный удар в живот. Маруся в этот момент в страхе оцепенела.
Жеку скрючило, но задыхаясь от боли он проговорил:
‒ Делайте со мной что хотите… Я отвечу за это. Но… отпустите её. Ей всё равно никто не поверит…
После его слов этот седой мужик в голос рассмеялся, а его смех подхватили три мужичка что стояли сзади него, у стола. Ему было откровенно весело. Он даже передал мне чуть-чуть веселого настроя, что я заулыбался почти что как Пеннивайз. Гы-гы!
‒ Что за глупости ты говоришь? ‒ вытирая слезы от смеха сказал он. ‒ Такую подготовку отменить. Вам уже могилки вырыли и парни с моим младшим братишкой жаждут веселья! А уж заработать денег на ваших органах ‒ я шанса не упущу ‒ точно. В моем, неофициальном бизнесе, главное исполнять обещания, ‒ после этих слов он подошёл к Марусе и ударил теперь ей в живот, но уже чуть по слабее.
Женский организм даже от такого удара, получил сильнейший шок, задыхаясь от удушья ‒ боль отдавала даже в мочевой пузырь. Который она чуть не опорожнила от давления на него. Еще не много и я начну действовать…
‒ Твари! ‒ зарычал Жека. ‒ Я вас всех встречу в аду!
«О-о! Хм-м. Только сначала, тебе придется очистить душу. А уж потом. На выбор. Ты можешь остаться там и даже устроиться на работу в Геенну Огненную. Так уж и быть, я замолвлю за тебя словечко!» ‒ важно закивал я комментируя похвальный порыв Евгения.
‒ Страшно-страшно! ‒ заржал он с новой силой.
«Эх. Глупый человек. Когда ты попадешь в Геенну… Я уже представляю твоё разочарованное лицо! По которому текут слезы и сопли!» ‒ засмеялся я вместе с главарём.
Но быстро посерьезнев лицом, он тут же ответил:
‒ Давайте ребятки. Девку не бить, а отодрать во все дыры. Пусть насладится перед выниманием органов на живую. А наш Ромео пусть посмотрит на её наслаждение… но, бока с лицом, ему тоже намните. И аккуратно! Чтобы органы не повредить! ‒ повернувшись к троице сказал главарь и проследовал на свой стул.
Три мужичка заулыбались. Один из них, чернявый, небольшого роста и в спортивном костюме черного цвета, потирая костяшки кулаков подошёл к Евгению и начал его лупить по лицу.
Девушка смотрела на своего возлюбленного с содроганием. Её даже почти не заботила своя участь в данный момент, только бы прекратили бить его. Но прямо сейчас к ней начали подходить с сальными ухмылками оставшиеся двое. Один высокий, в синих джинсах и с красной майкой ‒ подошёл к девушке спереди. Он одновременно щупая себя за промежность, достал нож разрезал стяжки на ногах.
Второй, был в коричневых шортах и белой футболке без рукавов. Подошел сзади и начал расстёгивать ремень на её джинсовых шортах, одновременно упираясь чем-то твердым сзади девушки. Уже стало понятно, кто куда собирался пристроится. И я уже вот-вот, собирался перехватить управление телом.
 
Маруся с горечью, смотрела на избиение своего любимого, даже не замечая, что ремень у нее уже расстёгнут и они принялись за пуговицы, одновременно щупая её за упругую грудь.
Резкая вспышка ненависти, злобы и уязвленной гордыни вырвались из потаенных уголков её души. Отрешенно переведя взгляд на ухмыляющуюся рожу мужика в красной майке ‒ что больно трогал её за грудь. Она полушёпотом проговорила:
‒ Я согласна, демон… Убей их всех! ‒ шипя, выплюнула она последние слова. Урод что её лапал это услышал и заржал.
Моему игривому настроению не было предела! Ведь я сейчас в полную силу могу «побеспределить»! И относительно без последствий! Я даже иногда мечтал повеселиться как типичный продавец трусов!
‒ С удовольствием! Моя прекрасная муза! ‒ рассмеявшись сказал я и перехватил управление телом.
Я чувствовал, как душа носителя жаждет расправы. От этого мои силы возросли многократно. До такой степени, что я ощутил силу своего демонического тела! Моя духовная сила волной разлилась по телу девушки укрепляя его до крепости стали! Это было невообразимо приятно! Как мне повезло, что у меня попался адекватный носитель. Теперь моя очередь поступить адекватно!
Мой взгляд и улыбка Пеннивайза уже во всю красовалась на… уже моём лице! Хмырь что трогал девушку за окрепшую грудь, удивленно глянул на меня, но руку не убрал. И меня пробил истеричный смех! Сначала голосом девушки, но постепенно голосовые связки расслаблялись приобретая мой демонический бас.
Все, кто был в подвальной комнате недоуменно замерли и начали переглядываться. Евгения перестал бить, тот чернявый недоносок и с занесенными над Жекой окровавленными кулаками он удивленно пялился на меня. Возлюбленный Маруси поднял голову и краешком разбитых губ победно улыбнулся.
Резко перестав смеяться, я продолжил улыбаться. С глазами полными воодушевления, облизал губы и осмотрел недоуменные лица. Свешиваясь на цепи, я просто наслаждался их физиономиями! Эти выражения лиц ‒ бесценны!
‒ Она… наверное, умом тронулась… ‒ неуверенно сказал мужик в красной майке, когда повернулся к удивленному седому ублюдку, который прекратил улыбаться.
Но зря он повернулся… Когда он договорил, я рывком порвал наручники, схватил башку этого грешника и смял как алюминиевую банку. Меня окатила такая приятная и теплая кровь! Да! Вот он! Демонический беспредел!
Засмеявшись с новой силой, я прыгнул на потолок и благодаря телекинезу зацепился за него как паук. Облизывая кровь вокруг губ и хохоча я передвигался по потолку на четвереньках! Всегда мечтал такое проделать ‒ как в фильмах ужасов про одержимых! Ха-ха-ха!
Все кто находился в подвале, со страхом начали пятиться. Главарь подскочил со своего стула. Он даже забыл о сыне и с шоком на лице уперся в стену сзади него. Бабулька же, охая, уже со всех ног поднималась по лестнице на выход. Далеко не убежит… Старая грешница!
Двое громил достали пистолеты и начали в меня палить. Но я даже не уклонялся ‒ сейчас сил было достаточно, чтобы отклонять пули телекинезом не напрягаясь. Пирокинезом, на расстоянии, я резко подогрел внутреннюю часть рукоятей их «пукалок» и они тут же взорвались в их руках ‒ разнося их кисти в кровавую труху. Визжа они схватились за запястья и осели на пол, корчась в муках.
После этого двое экзекуторов и их главарь, который теперь плевать хотел на своего сына ‒ ломанулись к выходу. Инвалид пытался тоже направиться к выходу, но в дальнейшем у него физически не получиться подняться по пандусу одному. Так что я даже не обратил на него внимания, первые секунды.
 
Троих уродов я схватил телекинезом и пригвоздил к стенке на манер распятия. Зловеще передвигаясь по потолку я спрыгнул вниз, за пять метров от корчащихся бодигардов. Светлые волосы девушки полностью окрасились в красный цвет и они закрывали мне половину лица. Подходя медленно всё ближе и ближе, я смотрел на них исподлобья и широченно улыбался.